Пьянящий аромат - Кэбот Патриция - Страница 63

— Да, сэр. — Дэниелз поднял с пола галстук хозяина и с отвращением посмотрел на него. — Она хочет увидеть вас. Вы будете бриться, прежде чем спуститься вниз?

Эдвард уперся локтями в колени и механически провел ладонью по заросшему щетиной подбородку. Арабелла здесь? Почему она не в Лондоне? Черт побери, ничего менее подходящего, чем ее приезд именно сегодня, и не придумаешь.

Дьявол, что ему делать с Пегги?

Взглянув снизу на слугу, Эдвард с деланным безразличием поинтересовался:

— Там сейчас есть кто-нибудь… э-э… с виконтессой, или она одна?

Дэниелз медленно бродил по комнате, собирая разбросанные предметы одежды Эдварда.

— Думаю, милорд, в данный момент мистер Картрайт развлекает леди Эшбери в утренней гостиной.

— Он? Больше никого нет? Я имею в виду… Ты, случайно, не видел, Дэниелз… мисс Макдугал не с ними?

К огромному облегчению Эдварда, Дэниелз покачал головой, хотя этот жест мог служить также и знаком неодобрения со стороны слуги, который обнаружил пустой графин, валявшийся у ножки кровати.

— Нет, сэр, — обронил Дэниелз. — Недавно пришла мисс Энн Герберт, и, вероятно, они с мисс Пегги в оранжерее.

У Эдварда отлегло от сердца. По меньшей мере Пегги не пришлось заниматься возмутительными обязанностями по приему его бывшей любовницы на следующий день после.. вот именно, на следующий день после. Может быть, это Алистер перехватил сообщение о приезде Арабеллы и избавил Пегги от общения с гостьей?

Во имя всего святого, что делать с Алистером?

Десятью минутами позже Эдвард, умытый, гладко выбритый и переодетый, распахнул дверь в утреннюю гостиную, постаравшись удалить недовольную гримасу со своего лица. Лучше не дразнить Арабеллу, решил он.

— Арабелла, — сказал Эдвард. — Какая радость. — Его голос, однако, не выражал восторга.

Арабелла повернулась от окна и улыбнулась ему. Виконтесса, как всегда, была одета по последнему слову моды, лазурно-голубое платье со стоячим воротником пенилось белыми кружевами. Алистер, стоявший рядом с ней, выглядел до смешного жалким.

— А, Эдди! — вскричал он. — Ты ужасно выглядишь. Что, вчера вечером слегка перебрал местного портвейна, так, старина?

Эдвард улыбнулся ему половиной лица. На другой застыла виноватая усмешка. При виде этого доверчивого крючконосого лица его внезапно пронзила боль. Как, черт побери, сказать Алистеру? Дьявол, что ему, наконец, сказать? «Мне очень жаль, старина, но я влюбился в девушку, за которой ты ухаживаешь, и тебе остается только смириться». Так?! Эдвард вовсе не был уверен, что Алистер покорно уступит ему Пегги. Когда они последний раз ссорились из-за девушки, дело дошло до кулаков. На этот раз Эдвард подозревал, что все закончится гораздо хуже. Скорее всего — пистолеты на рассвете.

— Ведь правда, это очень мило со стороны старушки Арабеллы, а, Эдвард? — Неубедительным тоном проговорил Алистер в сторону виконтессы. — Она приехала навестить Пегги. Только Энн Герберт приехала раньше, и я теперь не знаю, куда пропали девушки. Миссис Прейхерст пытается их отыскать.

Эдвард скупо улыбнулся:

— Очень мило.

У Арабеллы на лице было весьма самодовольное выражение, словно у кошки, которая приготовилась набедокурить. Ее визит, без сомнения, имел некую скрытую цель, и, к удивлению мужчин, Арабелла без всяких предисловий изложила ее, махнув рукой, обтянутой перчаткой.

— Причина, по которой я заглянула так неожиданно, Эдвард, — промурлыкала Арабелла, — заключается в том, что мне страшно неудобно перед мисс Макдугал.

Эдвард вопросительно поднял брови:

— О? Вот как?

— Ну, я живу в двух шагах от поместья Роулингзов, а моя новая соседка ни разу не приезжала в Эшбери-Хаус даже на чай. Чувствую себя очень неловко.

К сожалению, не настолько неловко, чтобы вообще забыть дорогу в поместье Роулингзов. Эдвард прикидывал, как долго леди собирается мариновать его. Он не выдержит этого светского тона больше пяти минут. Ему нужно наедине поговорить с Алистером, а потом найти Пегги. Будь он проклят, если он и дальше будет скрывать свои истинные чувства. Это выше человеческих сил.

Не обращая внимания на негостеприимное молчание Эдварда, Арабелла принялась ходить по комнате, юбки ее платья призывно развевались. Эдвард, разгадав ее замысел, сдержал зевок. На самом деле неплохо было бы позавтракать. Где же Эверс с кофе?

— Поэтому я сказала себе: «Арабелла, дорогая, — виконтесса всегда обращалась к себе очень нежно, — ты должна немедленно пригласить мисс Макдугал на обед». — Арабелла оказалась рядом с Эдвардом. Она вцепилась в рукав его сюртука и игриво заглянула вшсные серые глаза. — И вот я здесь, чтобы лично передать приглашение, так труднее будет отказаться. И ты мне не откажешь, правда, Эдвард?

Ресницы Арабеллы затрепетали, что должно было изобразить испуг. Эдвард закатил глаза.

— Для тебя все, что угодно. А теперь езжай домой, ладно? Я хочу есть.

Арабелла тут же отпустила его рукав.

— Ох, Эдвард, ты всегда был грубияном. Я жду вас всех ровно в восемь. А вы двое постарайтесь приехать трезвыми, договорились? — Она повернулась, чтобы уйти.

— Что? — Грохочущий голос Эдварда заставил ее остановиться на полпути.

Леди Эшбери повернулась у дверей, на ее лице было написано нетерпение.

— Ну, Эдвард, — проговорила она, почти не разжимая губ, — я же просила тебя не говорить «что». Это совершенно…

— Мы сегодня не сможем обедать у тебя, — решительно заявил Эдвард.

— Почему? — спросила Арабелла тусклым голосом. — У вас другие планы?

— Да, — сказал Эдвард. — Разве нет, Картрайт?

Алистер развалился в кресле, обтянутом мягкой кожей, и с отсутствующим видом смотрел на огонь в камине, мечтая, в чем у Эдварда не было никаких сомнений, об упругих белых бедрах Пегги — смешно, конечно, ведь он никогда их не видел. А если бы видел, то у Эдварда не было бы другого выхода, кроме как убить его.

Эдвард быстро пересек комнату и ударил по креслу ногой, пробудив Алистера от любовных грез.

— Разве нет, Картрайт? — угрожающим тоном спросил он.

— Что ты имеешь в виду, старина, — забормотал тот, моргая, будто его только что разбудили. — Планы на вечер? У нас нет никаких планов.

Арабелла радостно хлопнула в ладоши:

— Ну вот и отлично! Тогда я жду всех ровно в восемь. И не забудьте захватить с собой юного герцога. Мне давно хочется поближе познакомиться с этим милым ребенком. До встречи, джентльмены.

Пока Эдвард собирался с духом, чтобы продолжить спор, дама вышла из комнаты. Правда, спорить с Арабеллой всегда было бессмысленно. Если ей было не по душе то, что говорилось, она просто пропускала это мимо ушей.

Черт, что за дурацкая ситуация! Теперь нужно будет сидеть на одном из ее невыносимо скучных обедов. И терпеть, глядя на Картрайта, который весь вечер будет смотреть на Пегги телячьими глазами. Нет уж, он не собирается длить эту пытку. Он объяснится с Картрайтом прямо сейчас, и плевать на обед. Решительно повернувшись, Эдвард начал грубым голосом:

— Послушай, Картрайт…

Дверь в гостиную распахнулась, и на пороге появился Эверс с подносом, уставленным приборами для кофе и тарелками, от которых шел аппетитный пар.

— Ваш завтрак, лорд Эдвард, — объявил он.

— Ладно, ладно. — Эдвард махнул рукой. — Поставь все где-нибудь.

Эверс, не обращая внимания на нетерпеливость хозяина, молча накрыл стол к завтраку. Эдвард с недовольной гримасой наблюдал за ужасно медленными движениями дворецкого.

Алистер, который по-прежнему сутулился в кресле, с отрешенным видом произнес:

— Надеюсь, Арабелла не станет опять подавать эти чертовы заливные перепелиные яйца. Я их терпеть не могу.

Эдвард машинально пожал плечами. До чего некстати появился Эверс! Ничего, он слышал кое-что и похуже…

— Послушай, Алистер. Это по поводу Пегги.

Картрайт прекратил рассматривать собственные ногти.

— Да? Что там по поводу ее? — Впервые обратив внимание на страдальческое выражение лица Эдварда, Алистер поморщился. — О, Роулингз, пожалуйста. Ты же не собираешься по новой заводить речь о том, что я не должен ухаживать за ней? Потому что я больше не вынесу твоего лицемерного хныканья о том, что она еще ребенок, который находится под твоей опекой и…