Королевский гамбит - Скирюк Дмитрий Игоревич - Страница 72

И тут вступили в дело профсоюзы. Несколько лет долгих судебных разбирательств закончились нелепым на первый взгляд вердиктом — заявлением, что обе стороны пришли к соглашению, однако к какому, так и осталось неизвестным!

Ситуация на предприятиях тем не менее сразу нормализовалась. Администрация больше не предъявляла претензий, а ремонтники просто занимались своим делом, устраняя аварии, возникавшие с периодичностью два-три раза в месяц.

Я-то знал, что произошло, поскольку работал не кем иным, как заводским «разломщиком» — дестором (так со временем сократилось словечко «Destroyer»). Многие бы выложили кругленькую сумму, чтобы вычислить таких, как я! Угадайте, чем я занимаюсь на работе? Правильно. Именно я и устраиваю эти аварии, получая за это штатную зарплату лично от правительства. Работа, что и говорить, нелёгкая и рискованная, готовят нас, как диверсантов высшего разряда, да и экипировка соответствующая. Нас никто не видит и почти никто не знает в лицо (я, например, числюсь инженером). А аварии происходят. И все довольны.

Правда, не всегда.

И вот сейчас я лежал под потолком конвертерного цеха, спрятавшись за цистерной с охладителем, и размышлял над вставшей передо мною проблемой: откуда на заводе взялся второй дестор. «Допплера» я выслеживал уже два дня, наблюдая различные поломки то тут, то там. Тактика у него была стандартная — набедокурил и слинял, но вот аварии… Ничего не скажешь, аварии, которые он ухитрялся устраивать, отличались выдумкой и фантазией. У парня был редкий талант на пакости. Поломка конвертера выглядела вообще идеально.

Интересно, где он мог выйти на следующее дело? Прикинув возможные варианты, я остановился на агрегатах флотации или на отвальных сбросах, — пожалуй, именно там я устроил бы очередную диверсию, правда, не раньше чем через неделю.

Пробравшись туда и оборудовав надёжный наблюдательный пост, я стал ждать.

Двойник заявился через шесть дней и именно на сбросах — я почти угадал. Подкравшись к нему со спины, я бросился в атаку, и мы покатились, сцепившись в рукопашной. Дестор-2 был обучен, ловок и силён, — я никогда не жаловался на отсутствие подготовки, по рукопашной у меня была железная «пятерка», но, чёрт возьми, мне давно не доводилось проходить такое испытание. В пылу схватки он наконец заметил, что я не простой рабочий и не полицейский, и, отскочив, замер в изумлении.

— Что ты здесь делаешь?! — выдохнул он.

— Чёрт возьми! — парировал я. — Именно этот вопрос я хотел задать тебе! Быть может, поговорим в другом месте?

В любой момент сюда могли прийти. Поразмыслив, он кивнул, и мы удалились в укрытие, которое этот тип уже успел себе здесь оборудовать.

— Это мой участок, — сказал он, стягивая маску. — У меня задание, а вот ты… Ума не приложу, откуда ты взялся! Твой номер?

— Четырнадцать-А, — ответил я.

— Тогда какого лешего ты тут делаешь? Твой участок — это «Хэмишел дайнемикс» в Уитпорте!

— Но это и есть «Хэмишел дайнемикс»! — рявкнул я.

— Что? — упавшим тоном переспросил он. — Что?

— Я жду.

— Чего?

— Твоего номера. Ну?

— А… Шестнадцать-J.

Настала моя очередь удивляться. Под литерой «16» в кодовой системе Школы значился Хэмилтон.

— Так-так… Значит, Хэмилтон. И давно ты тут… действуешь?

— Две с половиной недели — я же в командировке… А это и вправду Уитпорт? — Я кивнул, подтверждая. Он почесал в затылке. — Совершенно не обратил внимания. Чёрт… Неужели я сел не в тот поезд? — Неожиданно он встрепенулся и посмотрел на меня. Глаза его тревожно заблестели. — Послушай, как ты думаешь… мне начисляли всё это время зарплату?

— Спроси у своей рассеянности, — буркнул я.

— Великолепно! — Босс откинулся в кресле и побарабанил пальцами по крышке стола. — Я не думал, что ты справишься так быстро! Подумать только — парень попал не на свой завод! — В глазах его зажёгся мечтательный огонёк. — Послушай, Стив, мне пришла в голову одна идея… Что, если ты, скажем, одну… нет, две недели из четырёх будешь проводить на комбинате в Хэмилтоне, подобно этому парню, но только так, чтобы тебя не раскрыли? Мы могли бы здорово прищемить хвост конкурентам!

— Об этом не может быть и речи, — запротестовал я. — Меня лишат лицензии, если я намеренно буду пакостить на соседней территории!

— Но парня же простили.

— Но это же была случайность! Вдобавок теперь у них есть прецедент.

Босс было приуныл, затем вдруг оживился:

— А как насчёт дополнительной платы? Скажем, двойной оклад?

Я покачал головой:

— Закон есть закон, босс. Ломать я ничего не буду.

— А кто сказал, что нужно ломать? — звенящим голосом спросил шеф. — Ведь есть другие способы насолить конкуренту. Клянусь, мы испортим им отношения дирекции с рабочими!

Регулярно, один месяц из трёх, я теперь торчу в длительном рейде в Хэмилтоне. Тройной оклад, не облагаемый налогом, — это вам не хухры-мухры, и всё же иногда я задумываюсь, какая муха укусила шефа, когда он всё это придумал. Джеффри — тот самый заблудившийся разломщик, работает за двоих, но всё равно уже вдребезги рассорился со своим начальством. Мне даже делается слегка неловко, когда мне об этом сообщают. Дирекция стремится уволить кое-кого из рабочих. Рабочие бастуют.

Я не ломаю там аппаратуру — для этого есть Джеффри.

Чёрт бы побрал моего босса, но я её тайно чиню.

Сказка о чуваке и мышке