Попытка говорить 3. Нити понимания - Нейтак Анатолий Михайлович - Страница 73

- Будем знакомы, – кивнул я всем сразу. – Вот только маленькое уточнение: в настоящий момент вы, Онлус Хиом, не второй, а первый симплет региона.

- А…

- А магистр Рильшо, можно сказать, вышел в отставку. Он пришёл ко мне, попросил об избавлении от метки клана – и я удовлетворил его просьбу. Если желаете, я могу и вам оказать аналогичную услугу.

Тут, словно нарочно подгадав момент (а почему – "словно"? тут не без умысла, не будь я высшим!), на моём загривке возникла Схетта. Во всём своём великолепии. И сообщила своим до поджилок пробирающим голосом, демонстративно "не замечая" Шипов:

- Собирайся уже, пора возвращаться. Эй!

- А вот нечего топтаться по мужниной шее, – наставительно сообщил я. Новое обличье, принятое мной, отличалось высотой (не ростом!) около двух метров и большим количеством цепких щупалец… в объятия которых Схетта и угодила, спелёнатая в долю мгновения по рукам и ногам. Говорил я средней из трёх голов, насаженных на длинные гибкие шеи, а две других, все из себя многозначительные, кивали в полном согласии. – Моя шея не для того предназначена.

- Отпусти!

- А волшебное слово?

- Быстро!

Новая смена обличий. С возвращением к человеческому облику.

- Ты точно хочешь, чтобы я тебя отпустил? Мр-р-р?

- Уже… не очень. Может, мы… отложим…

- Что именно?

- А? Ну, возвращение в Теффор…

Клянусь Бездной, Дорогой Сна и виртуальной бородой Спящего: когда я заносил активно болтающую ногами Схетту в "Крылатый меч", я совершенно не думал о каких-то там Шипах. Благо, они вели себя очень, ну просто оченьтихо…

И с возвращением мы, разумеется, задержались. Сильно.

- Рин?! Это кто с тобой?

- Кроме Сейвела-то?

- Спасибо, его знаю. Представь меня остальным.

- Легко. Прошу: хозяин школы "Пламя над потоком", Ландек… нередко именуемый также Пронырой. Вот эти пятеро – Лиска, Винт, Куб, Тина и Спица.

- Боевая звезда?

- Именно. Огонь, воздух, земля, вода и шаман. Взыватель. Причём отличный. Все пятеро некогда приносили вассальную клятву сеньорам Черноречья, но сейчас свободны. Как и вот этот субъект по прозвищу Беркут. Его, коматозного, я прихватил из жалости.

- Угу. Жалость тебя когда-нибудь погубит. А… вон та троица?

- Бывшие кланники из Ночных Шипов. Магистр Рильшо, которому не нравится Мрак, магистр Онлус Хиом, которому не понравилось стать крайним из-за ухода магистра Рильшо, и Череп. Последней Мрак как раз нравится, но ещё больше нравится свобода от обязательств клану.

- Тоже, надо полагать… свободные?

- Верно. Пристроишь?

- Куда же я денусь… только вот что, Рин: с тебя дополнительное место. Делай, что хочешь: договаривайся с сугнади о расширении подземелий, с генеральным архитектором – об аренде или строительстве дополнительных помещений, колдуй с пространством или делай всё это разом, но чтобы к завтрашнему утру вот этой ораве было, где жить, где медитировать и где учить.

Кое у кого из новоприбывших сами собой открывались рты. Чтобы какой-то тианец, пусть даже маг не последнего разбора, ставил ультиматумы высшему магу? Я мысленно усмехнулся. Привыкайте, голуби! Тут вам не Левварн.

То есть Теффор – тоже не мёд с вареньем, но при наличии Сьолвэн и Манара здесь вполне можно не только бороться за выживание.

- Раз надо, значит, будет. Вот только с какой радости у тебя вдруг закончилось место?

- А это с вашей же подачи. Сам факт, что в моей школе учились сразу ДВА высших мага, вызвал та-а-акой прилив желающих… я поднял цены втрое, но, наверно, надо было впятеро…

- Совсем жарко?

- Совсем. Так что и всю звезду, и бывших кланников я могу приставить к делу сразу. Если будет место для занятий.

- Я же сказал, что место обеспечу. Или не веришь?

- Верю.

Генеральный архитектор Ирвана, говоря технически, являлся химерой. Но если говорить технически, химерой была и Схетта. (А по дому Фартожа в Ламайне расхаживали големы, ага…) При росте под два метра генарх производил из-за некоторой квадратности впечатление, близкое к устрашающему. При взгляде на неторопливые движения могучих ручищ, всех четырёх, как-то непринуждённо верилось: этот при нужде не только без инструментов, одними ладонями вырубит, обтешет и отполирует гранитную глыбу – магистральный трубопровод узлом завяжет. Или даже бантиком, если чуть напряжётся. А если напряжётся всерьёз… гм. Даже воображение сбоит, чего может вот этот, если – всерьёз. Во весь размах.

При этом для более-менее знающего существа телесная мощь генарха отступала на второй или даже третий план в сравнении с иной мощью. Создавая Баацежа (таково было его имя), Мать Сьолвэн ухитрилась вылепить настоящего гения. Никаких шуток, никаких преуменьшений. Гений, и никак иначе. Изначально он всего-навсего отличался тончайшим вкусом по части архитектуры, сочетаемости ландшафта и недвижимости, сотворённой усилиями разумных разных видов, нюхом на удачные инженерные решения плюс являлся эстетом комплексных каркасных чар. То есть не просто знатоком или там мастером, мастерство тут вещь подразумеваемая, а именно эстетом. Но со временем (а века полтора тому назад он справлял пятнадцатитысячный юбилей) генарх заделался знатоком и ценителем красоты в почти любых её видах.

С равным успехом он улавливал как прелесть шинайских головоломок, так и сложнейшие гармонии мельской музыки, мог оценить скульптуру сугнади и альбомы с пахучими легендами хашшес. Ради того, чтобы своими глазами посмотреть на созданные им иллюзии, люди – и не только люди – прибывали в Ирван из мест, куда более отдалённых, чем домен Левварн. Кроме того, имелась у Баацежа, по натуре своей, как многие маги, сущего бессребреника и аскета, коллекция артефактов. За которую, если бы кто-нибудь совершил двойное кощунство, украв и распродав её по частям, можно было скупить весь вверенный его заботам город.

А ещё он, единственный из всех моих знакомых в Хуммедо, посмотрев на Схетту (уже после нашего второго возвращения, приобщённую к власти Хоровода Грёз), сказал:

- Рин! Я не знаю, чего это будет тебе стоить, но если ты не убережёшь эту красоту от зла и гибели, я тебя своими руками…

Запнулся. И закончил:

- Нет. Ничего я с тобой не сделаю. Если ты её потеряешь, всё прочее станет прахом.

Вот каков был генеральный архитектор Баацеж. Один из считанных разумных, в чьём присутствии я не мог избавиться от робости. Да и не хотел избавляться. Потому что понимал: в некотором смысле генарх и Древотец – фигуры равновеликие. Достижения одного порядка. (Тут и вылезает наружу относительная ценность разных разумных существ, рассчитываемая по их достижениям и успехам. Теффор создал одноимённый домен и принимал непосредственное участие в низвержении Владыки Демонов. Сьолвэн – выжила, наполнила жизнью огромные просторы, прокляла Квитага, создала Древотца, Баацежа, до некоторой степени – Манара и Схетту. А я что сделал? В смысле – настоящего? Дворец Видений отгрохал, не без помощи жены?

М-да. Очи в пол и не отсвечивать.

С другой стороны – молодой ещё. Глупый. Имею ненулевой шанс исправиться… вот только не вышло бы так, чтобы запомнили меня, если что, по мрачному аналогу "дела Квитага". А то ведь ломать – не строить, и Геростратом быть проще, чем Фидием или ещё каким Архимедом).

Отношения у меня с Баацежем в своё время сложились довольно ровные. Но при этом, само собой, неравные. Глупо было бы настаивать на равенстве с существом, которое, пусть даже будучи химерой, Сотворённым, искусственным организмом с умело подобранным набором функций, – давно этот набор переросло и в ряде отношений превзошло свою создательницу. Мало ли, что традиция предписывает творениям знать своё место и почтительно склоняться перед творцами! В технике оно так. В искусстве. В магии. А вот в живой природе сплошь и рядом так получается, что, в точности по Библии, идущий следом оказывается сильнее. Не обязательно в буквальном смысле, конечно. Но – земноводные происходят от рыб, и птицы происходят от пресмыкающихся, и прямоходящий, двурукий, большеголовый покоритель огня и изобретатель письменности – от мелких насекомоядных предков. Это называется эволюцией. Ну или, применительно к генарху, автоэволюцией. Self-made, выражаясь не по-русски.