Проклятый Дар - Кашор Кристина - Страница 69

— Он врет, — твердила она. — Он врет.

Катса посмотрела на нее без выражения. Девочке этот человек тоже явно не понравился. Катса это учтет.

— Моя дочь больна. Мне больно смотреть, как моя дочь страдает, — сказал Лек, и Катса вспомнила и поняла, что он отец Биттерблу. — Помоги своей племяннице, — сказал Лек женщине, сидевшей слева от него. Женщина подскочила и двинулась к ним с протянутыми руками.

— Несчастное дитя! — воскликнула женщина. Она попыталась оттащить девочку от Катсы, чтобы обнять ее, и бормотала что-то приятное, но Биттерблу завизжала, ударила ее и прилипла к Катсе, словно перепуганный дикий зверек. Катса взяла ее на руки и бездумно стала успокаивать. Она посмотрела через голову девочки на женщину, которая каким-то образом приходилась Биттерблу тетей. Лицо женщины внезапно отозвалось в ее памяти. Ее лоб и нос были знакомыми. Не цвет глаз, но их форма. Катса взглянула на ее руки и поняла. Это была мать По.

— У нее истерика, — сказала мать По Катсе.

— Да, — сказала Катса и крепче прижала девочку к себе. — Я о ней позабочусь.

— Где мой сын? — спросила женщина. Ее глаза наполнились тревогой. — Вы знаете, где мой сын?

— И действительно, — сказал Лек своим раскатистым голосом. Он склонил голову на бок, и его единственный глаз смотрел на Катсу. — В вашей компании одного не хватает. Надеюсь, он жив?

— Да, — сказала Катса, а потом немного задумалась, не собиралась ли она сказать, что он умер. Разве она раньше не притворялась, что он умер? Но почему бы ей это было нужно?

Глаз Лека моргнул.

— Вот как? Чудесные новости. Возможно, мы можем ему помочь. Где он?

Биттерблу выкрикнула:

— Не говори ему, Катса! Не говори ему, где По, не говори, не говори…

Катса принялась ее успокаивать.

— Шшш, все хорошо, малышка.

— Пожалуйста, не говори ему.

— Не скажу, — кивнула Катса. — Не скажу. Она уткнулась лицом в шапочку Биттерблу и решила, что не стоит говорить этому человеку про По, если девочку это так расстраивает.

— Что ж, ладно, — сказал Лек. — Я все понял.

Он на секунду замолчал. Казалось, он размышляет. Его пальцы теребили рукоять ножа на поясе. Взгляд короля скользнул по Биттерблу и задержался, и Катса обнаружила, что прижимает девочку ближе к себе и прикрывает ее руками.

— Моя дочь не в себе, — сказал Лек. — Она сбита с толку и больна, ее сознание помутилось. Она думает, что я причиню ей вред. Я как раз рассказывал семье принца По о болезни моей дочери, — он обвел рукой комнату. — Я рассказывал, как она сбежала из дому после несчастного случая с ее матерью. О том, как вы и принц По нашли ее, госпожа Катса, и как вы берегли ее для меня.

Катса проследила за его жестом, оглядев комнату. Еще знакомые лица, вот мужчина постарше Лека, король, отец По. Его лицо суровое и гордое, но во взгляде туман. Такой же, как у всех в этой комнате, у этих молодых людей, которые, должно быть, братья По, и этих женщин, наверное, их жен. Или это туман в ее собственном сознании не дает ей рассмотреть их лица отчетливее?

— Да, — ответила она на что-то, что говорил Лек. Что-то насчет заботы о Биттерблу. — Да, я ее сберегла.

— Скажите мне, — прогремел голос Лека, — как вы выбрались из Монси? Вы пересекли горы?

— Да, — сказала Катса. Лек откинул голову назад и рассмеялся.

— Я так и думал, когда мы потеряли вас из виду. Я почти решил махнуть рукой и подождать. Я знал, что вы объявитесь где-нибудь рано или поздно, но когда навел справки, то узнал, что вас не очень-то ждут при вашем дворе, леди Катса. И я сходил с ума, совершенно сходил с ума, сидя дома и ничего не делая, когда мое любимое дитя… — Взгляд его единственного глаза снова задержался на Биттерблу, и он потер рот ладонью. — …когда моя девочка не со мной. Я решил рискнуть. Я, конечно, приказал своим людям продолжить поиски во всех королевствах, но в Лионид решил отправиться сам.

Катса помотала головой, но туман в ней не развеялся.

— Не стоило волноваться, — сказала она. — Я ее сберегла.

— Да, — сказал он. — И теперь вы привели ее прямо ко мне, на мой порог, в мой замок на западном побережье Лионида.

— Ваш замок… — тупо повторила Катса. Она думала, что это замок По. Или ее собственный? Нет, это чушь, она же из Миддландов, и замка у нее нет. Она, наверное, недопоняла что-то, что кто-то где-то сказал.

— Настало время тебе отдать мне мое дитя, — сказал Лек.

— Да, — согласилась Катса, но ее беспокоила мысль оставить заботу о девочке, которая перестала упираться и теперь висела на Катсе, бормоча всякий вздор и всхлипывая. В оцепенении она шепотом повторяла слова Лека снова и снова, как будто проверяла, как они будут звучать, сказанные ее голосом.

— Да, — снова сказала Катса. — Я отдам… но только когда она поправится.

— Нет, — сказал Лек. — Отдай мне ее сейчас. Я знаю, как ей помочь.

Катсе категорически не нравился этот человек. Эта его манера распоряжаться — и то, как он смотрел на Биттерблу, каким-то странным взглядом, который Катса видела раньше, но никак не могла припомнить. Биттерблу была на ее ответственности. Катса подняла голову.

— Нет. Она останется со мной, пока, ей не станет лучше.

Лек рассмеялся. Окинул взглядом комнату.

— Леди Катса полна противоречий, — сказал он. — Но, думаю, не стоит ее осуждать за желание защитить девочку. Что ж, неважно. Я наслажусь обществом моей дочери, — его взгляд снова скользнул по Биттерблу, — позже.

— А теперь вы расскажете мне о моем сыне? — спросила женщина, стоящая около Катсы. — Почему он не здесь? Он ведь не ранен?

— И вправду, — сказал Лек. — Утешьте сердце матери, леди Катса. Расскажите нам все о принце По. Он где-то поблизости?

Катса обернулась к женщине, нервничая оттого, что кусочки головоломки в голове никак не хотели складываться в картинку. Что-то о По можно было сказать, но разве кое-что не лучше бы сохранить в тайне? Границы размывались. Быть может, лучше ничего не говорить.

— Я не хочу говорить о По, — сказала она.

— Не хотите? — переспросил Лек. — Очень жаль. Потому что я хочу.

Он сжал подлокотник кресла и на секунду задумался.

— Наш По — сильный юноша, — продолжил он. — Сильный и смелый. Гордость семьи. Но он немного себе на уме, вы не находите?

Катса внезапно почувствовала, как нервы напряглись до того, что в пальцах закололо, Лек наблюдал за ее реакцией.

— Да, — сказал он. — По — непростой человек.

Король нахмурился и поджал губы, а потом как будто принял решение. Обвел взглядом комнату, разных член семьи По и лучезарно улыбнулся, а затем заговорил приятным тоном.

— Я собирался сохранить кое-что втайне, — сказал он. — Но теперь мне подумалось, что По действительно очень сильный и однажды он может появиться на нашем пороге. И возможно, в ожидании этого мне стоит рассказать вам кое-что, что может, — он слегка улыбнулся, — повлиять на то, как вы его примете. Ибо, видите ли, леди Катса, — продолжал Лек, заглядывая ей в глаза, — я довольно много думал о нашем дорогом По, и у меня появилась теория. Теория, которая покажется вам потрясающей, хоть и немного печальной. Да, — сказал он, улыбаясь в ответ на озадаченные лица окружающих. — Всегда печально узнавать, что вас обманывали, а тем более, если это делал член семьи. И вы, госпожа Катса, как раз тот человек, на котором я хочу свою теорию проверить, потому что думаю, что вы знаете правду о По.

Отец и братья По заерзали на стульях и нахмурились, и Катса больше не могла связно думать от ужаса и недоумения.

— Это теория о Даре принца По, — сказал Лек. Катса услышала, как рядом кто-то тихо ахнул. Это была мать По. Женщина шагнула к Леку, прижав руку к горлу.

— Подождите, — сказала она. — Я не знаю…

Она замолчала, обернулась и посмотрела на Катсу, озадаченная и напуганная. Катса совсем запуталась, ее одолевала отчаянная тревога. Она чувствовала… она понимала… она почти готова была что-то вспомнить…

— Я полагаю, ваш По скрывал от вас кое-что, — сказал Лек. — Скажите, прав ли я, леди Катса, что принц По на самом деле…