13 сказок про любовь - Михалевская Анна - Страница 22

"Эгегегей!" — гулкое эхо оттолкнулось от величественных горных вершин, стремительно скатилось вниз по отвесным кряжам и утонуло в травяном ковре долины. На одном из нависающих над пропастью выступов, почти под самой вершиной сидел юноша и пускал солнечных зайчиков, ловко орудуя карманным зеркальцем. Иногда, когда непослушные зайцы разбегались, кто куда, он подбадривал их криками "Эгегегей", и пушистые комки солнечного света сразу же устремлялись в долину, вслед за падающим эхом. Когда все зайцы были отправлены в надлежащее им место, юноша, ловко прыгая с уступа на уступ, выбрался на ведущую вниз тропку и заспешил вслед за своими питомцами. Через час он будет внизу, в долине вдыхать аромат весенней травы и мечтать, глядя на снежные шапки гор.

О чем может мечтать пастух солнечных зайчиков, не знал никто. В своей деревне он никому никогда и слова не сказал, никто не помнил, как он там очутился, и ни одна живая душа не могла утверждать, что он вообще существует — ведь стоило пастуху уйти в горы, как не оставалось никаких доказательств его реальности. Даже пастушья хижина, которая и так выглядела заброшенной, в его отсутствие странным образом исчезала в высоких зарослях диких кустов неухоженного сада.

Пастух и сам не понимал, как он попал в этот благоухающий, светящийся мир, и верно не стал и задумываться над этим, если бы… если бы не эта девушка, которая приходила к нему каждую ночь. Стоило юноше закрыть глаза, как он видел прекрасное лицо, склонившееся над ним. Прекрасное, но какое печальное! Губы девушки трепетали, глаза были застланы слезами и горем, волосы, как живые змеи, в беспорядке струились по плечам. Она плакала над ним и шептала страшные слова на непонятном языке. Юноше так хотелось успокоить ее, прикоснуться к руке, улыбкой прогнать слезы с глаз, но он не мог пошевельнуться. Он мог только смотреть на ее лицо и ждать…Однажды, очнувшись после такого видения, юноша заплакал, из глаз его выкатилась ледяная снежинка и он понял, что влюбился.

Атласный домик на краю неба окружила ночь. Звезды заглядывали в окна поздороваться с маленьким человечком. Луна запускала свои любопытные лучи сквозь окошко, и они прыгали по полу белой спальни. "Лунные зайчики!" — вдруг сказал маленький человечек, но спохватившись, повертел колпак, и принялся смотреть дальше.

Король одного взаправдашнего королевства всегда недоумевал, почему все вокруг так стремятся занять его место. Он только пожимал плечами, когда проходил по коридорам мимо своих братьев, душащих друг друга в надежде уменьшить количество претендентов на престол. К ядам он давно уже привык и не реагировал на них. Иногда даже сам заказывал определенные виды у заморских купцов, чтобы подлечить подагру или сердечную недостаточность. Детей во избежание покушения он решил не заводить, а жена, занятая проблемами поиска философского камня, не представляла угрозы ни его свободе, ни королевской политике. Жизнь была тем более скучна, чем больше он старался управлять своим государством. Его указы исполнялись не так, как он хотел, и все попытки улучшить жизнь своих поданных оборачивались против него же.

Однажды, издав указ о повсеместном просветительстве, он наблюдал панический ужас, охвативший жителей его королевства, неожиданно для себя открывших, что Земля круглая. Они так боялись с нее упасть, что три дня булочники не пекли булочек, цирюльники не стригли, а молочники не разливали молока, так как думали, что оно выльется на небо. Пришлось принимать дополнительную поправку о силе тяжести. Ее хоть и не все поняли, но на некоторое время успокоились.

Другой, потерпевший полное фиаско, проект короля, был посвящен повсеместному осчастливливанию. На городской площади была выставлена волшебная шкатулка. Каждый, кто к ней подходил и говорил о своих искренних желаниях, получал то, что просил совершенно бесплатно. Возмущенная толпа из "осчастливленных" чуть не снесла дворцовую дверь, когда несколько из женщин, пожелавших богатых мужей были проданы в триста пятьдесят восьмую и триста пятьдесят девятую жену султана-миллионера, проживавшего в соседнем королевстве. К счастью, все те, которые пожелали себе долгую жизнь, не смогли поучаствовать в этом маленьком восстании, так как превратились в камни, которыми потом украсили сад, примыкающий к городской площади.

И вот, в одну ветреную ночь, король облачился в простые льняные одежды, и не предупредив домашних, вышел во тьму, оставив позади спящее королевство.

Всего лишь одна история имела право родиться на свет из колпака, прежде чем наступит решающий момент. Поэтому маленький человечек немного помедлил, перед тем, как дать право на жизнь и надежду очередным персонажам, выглянул еще раз в окошко, вдохнул аромат чая из лесных ягод, и снова плюхнулся в уютное кресло. Ну что ж, пора…

И тут маленький человечек увидел историю о том, откуда берутся его истории. Их сочиняло много людей. Каждый из них думал, что он один. Но каждый из них вплетал узор своих фантазий в общую мозаику жизни. Они ерзали на стульях, морщили лоб, то и дело пили горячий чай или кофе, смотрели в потолок, а потом с горящими глазами запускали свои пальцы в буквы, как ищеек запускают в лес. И те нащупывали, угадывали, вынюхивали, рассказывали то, о чем зачастую до этого момента не знали и сами хозяева. Про луну, про небо, про солнце, про саму любовь. Тысячи, миллионы, триллионы и неисчислимые множества раз про любовь. Но все время по-новому, потому что любовь не бывает одинаковой. Это слово состоит из одних и тех же букв, но вместе они звучат всегда не так, как это было раньше. Каждая настоящая история — это история про любовь. Не так уж важно, что в ней идет речь о смерти, потере, разочаровании и отстраненности; не важно, что многие ее герои умерли, а те, что остались жить, не знают, что с этим делать. У каждого своя мера любви — для кого-то она измеряется в тысяче смертей, для кого-то в десяти жизнях разочарований, а кому-то надо отдать всего одного близкого человека, чтобы познать ее. И все эти истории из колпака — тоже ЕЕ мера. Целая жизнь зрителя чужих сюжетов в обмен на знание, что ОНА есть.

За окном бело-синего атласного домика, на самом краю неба рождался рассвет. Самое лучшее время для начала новой истории. Дверь домика скрипнула, и на пороге появился маленький человечек. Несколько минут он помялся в нерешительности, поправил сползший на лоб колпак, осторожно прикрыл за собой дверь, и побрел прочь от домика, рассеяно ступая по белоснежным облакам. "В этот раз все будет не так, как раньше" — напоследок подумал он. За его спиной в оранжево-красном солнце таял атласный домик. И стоило маленькому человечку спрыгнуть на последнее облако, отделявшее его от земли, как домик исчез полностью.

Девушка подбежала к окну, и вздох облегчения вырвался из ее уст. Она так боялась, что никогда уж больше не увидит своего любимого, не сможет прикоснуться к его непокорным волосам, поговорить с ним, порадоваться его улыбке. Однако все страхи оказались напрасными. Юноша вернулся победителем из нелегкого поединка. И как она потом узнает, был на волосок от гибели. Клинок его врага, нацеленный в сердце, наткнулся на подаренный ею день назад оберег. Воспользовавшись смятением, юноша нанес решающий удар и выиграл бой, а заодно и свою жизнь. Он возвращался назад через цветущие луга, и по дороге сорвал для своей любимой букет из васильков. Он протянул ей цветы, а она не в силах произнести ни слова, лишь подняла глаза — слезы в них были очень похожи на капельки росы в васильках. И тогда юноша понял, что пусть даже ему предстоит еще сотня таких же поединков, он ни за что не умрет, он навсегда останется с ней.