Волны любви - Мэтьюз Патриция - Страница 62

10 декабря 1845 года

Поскольку в День благодарения все были заняты, пытаясь обогнуть мыс Горн, мы празднуем этот праздник только сегодня. Благодарить нам Господа есть за что. Вчера мы наконец-то обогнули злополучный мыс Горн и вошли в Тихий океан. Сегодня утром шторм прекратился, ветер надул паруса, и мы, наконец, поплыли вперед.

Наш кок (третий по счету, который заменил того, с поврежденной рукой, и который в отличие от остальных знает свое дело) приготовил нам великолепный ужин, не хуже того, что нам довелось бы отведать дома. Индейки, правда, не было, но мы не переживали по этому поводу, поскольку и без нее еды оказалось предостаточно: фаршированный цыпленок с картофелем, репой и луком, томленая клюква, маринованные огурчики и великолепный сливовый пудинг в винном соусе. На сладкое я открыла банку клубничного варенья и достала фруктовый кекс, который припасла как раз для этого случая. Мы все были очень рады, что наконец-то обогнули мыс Горн и вошли в более спокойные воды. Я даже почти простила Адаму его поведение, хотя и не до конца.

11декабря 1845 года

Сегодня видели корабль, но переговариваться с ним не стали, прошли мимо. Скорость у нас все еще небольшая: нет ветра. Правда, в течение нескольких часов он дул, и весьма сильный, но вскоре стих. Адама это очень беспокоит. Говорит, мы теряем время.

Днем видели стаю дельфинов. Когда матросы помчались за оружием, чтобы подстрелить нескольких, один из них спугнул цыплят, которые бегали по палубе, и те бросились врассыпную. Один из них, крупный, коричневого цвета, перемахнул за борт. Не успел бедняга коснуться поверхности воды, как какие-то морские птицы – кажется, альбатросы – бросились на него и разорвали в клочья. И хотя это был обыкновенный цыпленок, я ужасно расстроилась.

20 декабря 1845 года

Сегодня утром прошли мимо острова Маус-Афуэра, однако Адам решил на берег не высаживаться, поскольку ветер очень слабый. Он сказал, что мы не можем позволить себе роскошь попусту терять время.

А жаль! Мне так хотелось хоть на часок ощутить под ногами твердую почву. Я смотрела и не могла насмотреться на высокие горы. С корабля они казались просто великолепными. Говорят, что на острове полно коз, да и рыбы там водится видимо-невидимо. Я не отказалась бы отведать свежей козлятинки и рыбки, а то наш рацион день ото дня становится все скуднее.

Закаты здесь просто восхитительные, и мне еще никогда не доводилось видеть такого ночного неба – оно сплошь усыпано звездами. Адам показал мне Магеллановы облака: две кучки звезд, напоминающие два белых облака. Такое впечатление, что природа выставляет на наше обозрение все свои чудеса.

22 декабря 1845 года

Сегодня днем переговаривались с кораблем «Бриджит», после чего его капитан, мистер Хоуленд, и первый помощник, мистер Братер, поднялись к нам на борт. Они принесли с собой крупную черепаху. Говорят, суп из нее просто восхитительный. Мне они подарили корзиночку с прелестными, сделанными из перьев цветами.

Позже в этот же день мы видели китов, однако ни одного из них добыть не удалось. В глубине души я была этому очень рада. Я начинаю ненавидеть охоту на китов – мерзкое, кровавое занятие! – хотя и понимаю, что это глупо, ведь именно добыча китов дает нам с мужем средства к существованию. Умом-то я это понимаю, а вот сердцем принять никак не могу.

23 декабря 1845 года

Сегодня утром заметили кашалотов. Двоих удалось добыть, однако дорогой ценой: две лодки дали течь. Большую часть дня я провела в своей каюте, чтобы не видеть, как будут разделывать китов, и не вдыхать мерзкий запах. Заодно выгладила белье. Откровенно говоря, терпеть не могу гладить, но больше заняться было нечем. Наш новый кок, пожилой негр, развел мне великолепный крахмал. Мне давно нужен был именно такой. По крайней мере теперь наше белье будет хрустящим и свежим, хотя, признаться, я бы предпочла, чтобы эту работу за меня делал кто-нибудь другой.

Через два дня Рождество, однако я не очень радуюсь. Я взяла с собой подарки для Адама и членов команды, чтобы было что положить под елку. Но все дело в том, что никакой елки не будет. И все-таки хорошо, что скоро праздник, а то мне так скучно. Адам теперь большую часть времени проводит на палубе, а когда спускается в каюту, возится с какими-то бумагами, книгами и картами.

Иногда я думаю, что лучше бы мне было остаться в Сэг-Харборе!

25 декабря 1845 года

Рождество! Хотя ни за что не подумаешь, такая стоит жара, прямо-таки июльская, а для меня Рождество – это прежде всего снег.

Стюард приготовил для нас с Адамом разноцветные чулочки, чтобы мы повесили их на ночь. Я была чрезвычайно тронута такой заботливостью. Он сказал, что хочет напомнить нам о том, как мы справляли. Рождество в детстве. Как мило! Правда, на Аутер-Бэнкс никаких чулочков не было и в помине. Мы вообще не отмечали этот праздник. Но в последние годы, надо признаться, я полюбила этот день, и теперь, когда наступило очередное Рождество, душа моя ликует от радости. Мы со стюардом украсили каюту лентами и всякими безделушками, а вечером к нам с Адамом придут первый и второй помощники капитана, чтобы поздравить нас с праздником, подарить подарки и выпить праздничного чаю.

Странно, весь этот день мне не давала покоя одна мысль: мысль о ребенке, которого я потеряла. Если бы он родился, он (а я уверена, что это был мальчик) был бы сейчас с нами. Лежал бы себе в кроватке, весело смеялся и пытался поймать своими крохотными ручонками ленту. Должна признаться, мысль о моем неродившемся сыне часто меня посещает, и всякий раз я плачу.

26 декабря 1845 года

Мы славно отпраздновали Рождество и, надо сказать, даже как-то воспрянули духом.

А подарки оказались просто великолепные! Адам преподнес мне изумительной красоты шаль, коробку для рукоделия из дерева и слоновой кости и серьги. Коробку и серьги он сделал своими собственными руками, и я от них просто в восторге.

Кроме того, Адам подарил мне флакон моих любимых фиалковых духов, который купил в Сэг-Харборе и приберег специально для этого случая, и очаровательную накидку, которую, конечно, я больше буду носить дома, чем здесь, на корабле.

Милый, заботлийый Адам!

От первого помощника капитана, мистера Карнса, я получила в подарок изящную шкатулку из слоновой кости, а от второго помощника капитана – резной деревянный подсвечник.

Гости заявили, что и мои подарки им очень понравились, после чего мы сели за стол. В такой праздничный день, как этот, кажется, что лучше жизни на море ничего нет.

2 января 1846 года

Сегодня днем увидела в море какую-то странную рыбину. Мистер Карнс спустил на воду лодку, и ее удалось поймать. Оказалось, что это так называемая бриллиантовая рыба. Мне сказали, что ее очень трудно поймать. Все долго разглядывали диковинку.

Закаты в этой части света просто изумительные. Как жаль, что я не умею рисовать, а то бы запечатлела их на бумаге, а по возвращении показала своим друзьям. Уверена, что тот, кому никогда не доводилось бывать в море, ни за что мне не поверит, если я возьмусь их описывать.

Вдали показался остров Албемарл, один из Галапагосских островов. Адам сказал мне, что теперь до самых Сандвичевых островов земли мы не увидим. Скорее бы уж нам добраться до них! Ловлю себя на том, что чем дольше мы находимся в море, тем больше мне хочется ощутить под ногами твердую землю.

19 февраля 1846 года

Сегодня впервые после острова Албемарл на горизонте показалась земля. Это остров Гавайи. Как приятно снова видеть землю! Ведь в течение многих недель куда ни взглянешь – на восток, на запад, на север или на юг, – всюду бесконечный и безбрежный океан.