Голубая луна (ЛП) - Хэндленд Лори - Страница 57

— Я думала, что помогаю.

— Думала она!

— Разве ты не знала, что к чему?

— Я думала, раз его укусили, то это уже будет не важно. И все были так чертовски уверены, что ему нужна вакцина. Я растерялась. — У нее задрожали губы, но она сжала их и бросила на меня взгляд. — Скоро ты получишь по заслугам.

— Да?

Она улыбнулась. Выражение ее лица не сулило мне ничего хорошего.

— Ты знаешь, как создать волчьего бога, стерва?

— Вроде бы.

— Кровь. Твоя. Скоро. — Она облизала губы. У меня желудок перевернулся — то ли от головной боли, то ли от обсуждения моей крови, не знаю, возможно, по обеим причинам.

Я несколько раз глубоко вдохнула и некоторое время смотрела в землю, а не на ружье. Только я начала чувствовать себя лучше, как Черри прошептала:

— Они идут.

Я слишком резко подняла голову, и мир вокруг завертелся. Мне пришлось сглотнуть накатившую желчь. Я услышала шаги: не одного человека, возможно, двух.

Кто-то раздвинул кустарник, и на поляну, спотыкаясь, вывалился Уилл. Сердце тяжело и болезненно ухнуло. Замешательство затуманило рассудок. Он же не оборотень, так… почему я?

Я увидела шишку у него на лбу, свежую кровь на чистой рубашке, связанные руки. Он пришел сюда не по своей воле.

Кустарник снова зашелестел, и я обратила взгляд на новое действующее лицо. Поднялся ветер и словно прошептал: «Кровь того, кто тебя любит».

Я все гадала: почему я? Теперь все стало ясно.

Из леса вышла Зельда Хапмен.

Глава 40

— Прекрати пялиться на меня так, словно тебе мозги отшибло, девочка. Не говори, что даже не представляла меня одной из них.

Я не представляла. Ни на минуту. Ни разу не заподозрила, что моя лучшая и единственная подруга — оборотень.

Но сейчас… во многом появился смысл.

Она дымила как паровоз, пила как сапожник, один Бог знал, сколько ей лет, — и при всем при этом Зи обладала нюхом и слухом… волка.

Важнее всего то, что она управляла этим городом — или близко к тому. Зи получала информацию раньше всех и могла контролировать, что станет известно полиции, куда направятся дежурные.

Иметь в шерифах соплеменника было гениально. Неудивительно, что эти двое смогли так далеко зайти.

— Мне следовало догадаться, — пробормотала я. — Если лидером был не Клайд, оставалась только ты.

— Как ты вычислила?

— Потому что никто не говорил Клайду, что ему делать.

— Кроме меня.

— В яблочко.

Индейцы продолжали петь — казалось, они впали в транс. Я посмотрела на Уилла, и он сделал шаг в мою сторону. Волк бросился на него, целясь в пах. Уилл отскочил, и зубы зверя клацнули в сантиметрах от его мужского достоинства.

— Но, но, но, Гораций, — предостерегла Зи. — Он мне пока еще нужен. Можешь съесть его позже.

Волк уселся перед Уиллом и уставился на него, словно на баранью отбивную.

— Ты знаешь, почему ты здесь? — спросила она его.

— Я слегка путаюсь в деталях, так как в моей книге недостает страниц.

Она улыбнулась:

— Умно с моей стороны, хм?

— Ты вырвала страницу? — выпалила я.

Зи кивнула:

— Проникла в его офис, когда искала тотем, а обнаружила книгу. Красть ее не хотелось — слишком заметно, — поэтому вырвала окончание описания ритуала.

— А ты не думала, что он мог заказать еще одну? — спросила я.

— Конечно. Вот зачем мне Гораций — он приглядывал за почтой красавчика. Должен был приносить мне все посылки, что и делал.

Я взглянула на Горация и поняла — почтальон. Несколько трудно узнать, когда он вот так весь покрыт мехом.

Неужели Зи внедрила оборотней во все сферы нашей жизни? Похоже на то.

— Что было на той странице, которую ты вырвала? — спросила я.

— Самая важная часть. То, что случится сегодня.

— А именно?

— Я стану неуязвимой.

Манденауэр, до этого неестественно молчавший, фыркнул. Зи повернулась в его сторону. По щелчку ее пальцев волки расступились. Она подошла к охотнику.

— Вам есть что сказать, герр Манденауэр?

— Неуязвимых не бывает. Уж в этом-то за все годы охоты я убедился.

— Нынче ночью вы узнаете кое-что новое. Волчьего бога нельзя уничтожить. Я буду жить вечно и править всеми.

— Зачем? — спросила я.

Я не могла придумать занятие, которым бы хотела заниматься меньше, чем править миром. Дерьмовая работенка.

Зи повернулась ко мне, и волки снова окружили Манденауэра. Ярость засверкала в ее глазах.

— Потому что когда-то я была беспомощной, и Менгеле превратил меня в монстра.

— Менгеле? — Я вспомнила, что Манденауэр рассказывал мне о нацистах. — Ты была одним из его экспериментов?

— Да.

— Но у тебя нет акцента, — ляпнула я.

Подведенная карандашом бровь Зи приподнялась.

— И это все, что ты можешь сказать?

Я была в шоке. Об опытах Менгеле я знала. Но никогда не встречала урожденного немца, который смог избавиться от акцента.

Она махнула рукой.

— У меня было полно времени, чтобы тренировать свой английский. Об этом я беспокоилась меньше всего.

Я посмотрела на Уилла. Он описал пальцем круг. Гораций проследил взглядом за жестом, словно рука Уилла была расфасованным собачьим лакомством.

Я поняла сообщение. Пусть она продолжает говорить. Почему бы нет? Я не хотела переходить к той части, где ей нужна моя кровь.

— И какие у тебя были заботы?

Она одарила меня скептическим фырканьем.

— Посмотри на меня. Менгеле что, не мог заразить меня своей дрянью, когда мне было двадцать и я была красива? Нет, ему понадобилось сделать это с восьмидесятилетней уродливой старухой.

Я моргнула.

— Тебе было восемьдесят в сороковые?

— Оборотни не умирают, Джесси. Если только не выстрелить в них серебром.

— Я могу вам помочь! — вызвался Манденауэр. — Просто верните мне ружье.

— Я могла бы сама себя убить, если бы хотела умереть. Но если я умру, Менгеле победит. Я хотела найти лекарство. Десятки лет потратила на его поиски. Объехала весь земной шар, исследовала каждую легенду об оборотнях, испробовала все примочки, зелья и заклинания, пока до смерти не устала.

— А потом?

— Потом я приехала в Висконсин и обнаружила кое-что намного лучше лекарства. — Она улыбнулась. — Слышала когда-нибудь: «Если не можешь победить врага, присоединись к нему»? Мне больше нравится: «Если не можешь вылечиться, наслаждайся болезнью».

— Я не совсем понимаю, как ты собираешься править миром, став волчьим богом.

— Это вовсе не так трудно. Если моя армия постепенно распространится, страна за страной, вскоре оборотнями станут все.

Ага!

— А ты — их богом.

— Неплохо сработает, не так ли?

Вдруг Зи подошла к костру, схватила мачете, нагревавшееся у кромки огня. Поманила нас с Уиллом.

— Не-а, — сказала я.

Одновременно со мной Уилл пробормотал:

— Нет, спасибо.

Зи испустила нетерпеливый вздох:

— Джесси, мне нужна твоя кровь, но мне на самом деле не важно, если я получу ее после твоей смерти.

— Я думала, ты была моим другом.

— Была. Остаюсь им. И буду снова, если ты мне поможешь. В сущности… — На ее некогда милом лице промелькнуло жестокое, но при этом задумчивое выражение. — Ты могла бы присоединиться ко мне. Мир станет непригодным местом для простых людей. Позволь мне укусить тебя, после, конечно. — Она покачала огромным ножом. — Тогда мы сможем быть вместе навсегда.

— Как бы привлекательно это ни звучало, вынуждена отказаться.

— Прости, это не тебе решать. А теперь иди-ка сюда, и твой дружок тоже.

— Зачем тебе Уилл? Если я подойду, ты можешь его отпустить.

— Джесси. — Уилл казался рассерженным.

Зи не обратила на него внимания.

— Ты не слушала, девочка, а это на тебя не похоже. Для ритуала мне нужен парень из волчьего клана.

На меня накатил холодный озноб.

— Что ты собираешься делать?

В голове пронеслись жуткие картины. Человеческое жертвоприношение. Садомазохистский секс. И это только то, чему я знала название.