Иллюзион - Медведев Антон Николаевич - Страница 92

Наверное, в любой другой ситуации подобная мысль показалась бы мне чудовищной. Сейчас же я просто осознал ее правильность и логичность. Не станет Даши, и план мага окажется сорван. Конечно, он попытается повторить все через месяц, подыскав другую девушку. Но это будет уже совсем другая история — мне важно было остановить его сейчас, и я знал, как это сделать.

Пробиться наверх, к покоям хозяина резиденции, я бы не смог, да и не собирался этого делать. Вот из-за поворота выскочили сразу три охранника — уже зная, что сейчас меня снова настигнет боль, я шагнул им навстречу и выжал курок. Треск, грохот выстрелов, тяжелый удар в грудь, отбросивший меня на пару метров. И снова блаженное чувство свободы — поднявшись к потолку, я направился в апартаменты Харама.

— Ты молодец, Борислав, — произнес Харам, наблюдая за тем, как охранники выносят из машин его бесчувственных врагов. — Отличная работа.

— Ты же знаешь, я всегда все делаю хорошо, — ответил тот.

— За это тебя и ценю. Останься еще на сутки?

— Зачем? — поинтересовался Борислав.

— Побудешь моим телохранителем. Разумеется, за хорошее вознаграждение.

— Ты же знаешь, Харам, я не охранник. Это не для меня. Кстати, я обещал отпустить жену и дочь Алексея.

— Раз обещал, отпусти. Мартин, приведи бабу и девчонку!

— Слушаюсь, хозяин, — отозвался стоявший все это время чуть поодаль помошник и не торопясь зашел в дом.

— Что ж, не буду тебя больше задерживать. — Харам пожал Бориславу руку. — Желаю удачи.

— Тебе того же, — ответил киллер. — Понадоблюсь, звони.

— Непременно, — пообещал Харам и направился в дом. Он спускался на тюремный этаж и думал о том, нужно ли посоветовать Бориславу покинуть Москву. Хороший работник, ответственный. Таких надо беречь. С другой стороны, если завтра все получится, Борислав ему будет уже не нужен. Как и все эти люди — он холодно взглянул на вытянувшихся при его приближении охранников. Забавная ситуация: десятки человек самоотверженно помогают ему, не сознавая, что его удача сулит им смерть.

Дверь в камеру была открыта. Пленники, неподвижные и беззащитные, лежали на полу. Волох, Каар, Эдуард, Кира…

Взглянув на женщину, Харам отметил, что она помолодела и похорошела. Все верно — как он и предполагал, Каар при первой же возможности подарил ей бессмертие. Вот и верь после этого его речам о бремени вечности… Губы мага дрогнули в презрительной усмешке.

— Заприте их, — велел он, взглянув на топтавшегося рядом начальника охраны. — Никого не впускать, внутрь не входить. Если что не так, немедленно сообщать мне.

— Все будет сделано! — заверил его тот.

— Я на это рассчитываю… — отозвался Харам и пошел прочь.

Поднимаясь в свои апартаменты, он с удовлетворением думал о том, что на этот раз уже никто не в силах ему помешать. Пройдут всего лишь сутки, и перед ним откроются такие возможности, о которых никто из смертных не может даже мечтать.

Уже подходя к двери кабинета, он поморщился — болела голова. Она побаливала еще с обеда, однако тогда Харам списал это на излишнее напряжение. Теперь боль стала гораздо сильнее, это настораживало. Времена, когда у него могло что-то болеть, давно прошли. Так откуда же боль?

— Что такой хмурый? — встретила его Даша.

— Голова болит, — ответил маг.

— Дать таблетку?

— Я не пью всякую дрянь… — ответил Харам, подойдя к столу. Опустился в кресло, устало вздохнул. — Пройдет…

— Как хочешь, — пожала плечами Даша. — Кстати, что там за шум был во дворе?

— Привезли Волоха и его друзей, — пояснил маг. — Заперли их в подвале.

— Ты шутишь?! — удивилась девушка.

— Нет.

— Пойду посмотрю! — Даша торопливо выбежала из комнаты, Харам не успел ее остановить.

Вернулась она через несколько минут, очень рассерженная.

— Эти гады меня не пустили! — гневно заявила девушка. — Немедленно накажи их!

— Охранники просто делают свою работу. Вот если бы тебя пропустили, тогда бы я их наказал. Не хмурься — иди сюда…

Девушка подошла к нему, привычно уселась на колени. Маг обнял ее, поцеловал.

— Уже завтра… — сказал он. — Завтра.

— А это не опасно? — поинтересовалась Даша, запрокинув голову и подставив шею для поцелуев Харама.

— У меня все под контролем, — заверил ее маг, подумав о том, что знать всю правду этой глупышке совсем не обязательно.

— Пойдем? — Даша соблазнительно улыбнулась и кивком указала в сторону спальни.

— В другой раз. Голова болит.

— А при чем тут голова?.. — усмехнулась девушка, вскочила и решительно потянула его за собой.

Утром он проснулся от совершенно непереносимой боли. И если к головной боли он уже успел притерпеться, то боль в паху оказалась совершенно нестерпимой. Харам знал, что не в состоянии подхватить никакую заразу, в противном случае у него наверняка возникли бы вопросы к Даше — с кем она гуляла и почему ему теперь за это приходится расплачиваться.

Даша спала, блаженно улыбаясь. Чувствуя себя совершенно разбитым, Харам с трудом поднялся, кое-как оделся. Это было не просто странно — за всем происходящим явно стояла чья-то злая воля. Маловероятно, чтобы Волох или его друзья опустились до столь грязных штучек, к тому же они со вчерашнего дня в его подвале. Это явно не они. Но тогда кто?

Он вспомнил о Насте и Андрее. Они? Вздор, это не их стиль. Возможно, все-таки постаралась Кира — до того, как уснула. Это могло быть частью их плана — максимально ослабить его перед решающей схваткой.

— Схватки не будет, — холодно процедил он, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом схватил взглядом стоявшую на тумбочке китайскую вазу, с трудом приподнял. Ваза начала выскальзывать, Харам попытался удержать ее — и не смог. Изделие древних китайских мастеров выскользнуло из невидимых пут и рухнуло на пол, рассыпавшись на сотни осколков.

— Твою мать… — выругался маг. Не из-за вазы — просто понял, что его враги, кем бы они ни были, не ограничились банальным колдовством. Они уничтожили его энергетические ловушки — теперь Харам в этом был уверен.

— Ну что там еще у тебя? — Даша приподняла голову и сонно взглянула на него. — Вазу грохнул?

— Помолчи… — оборвал ее маг, все еще прислушиваясь к своим ощущениям и пытаясь оценить нанесенный ему урон.

— Подумаешь… — Даша сладко потянулась и отвернулась.

Урон был значительным, но терпимым. Терзавшая тело боль доставляла большие неудобства, но и она не помешает тому, что он задумал.

— Никто не сможет остановить меня! — прошептал он. — Никто!..

Харама никогда не интересовало банальное колдовство, в его понимании все это было слишком мелочным. Вот и теперь он стал искать решение свалившихся на него проблем не в колдовских гримуарах, а в силе элатриума. Взяв в руки по Ключу, он около часа сидел, пытаясь закрыть свою энергетику от внешних губительных воздействий. Нельзя сказать, что ему удалось это сделать в полной мере, однако донимавшая его боль значительно ослабла. Она все еще раздражала, но помочь его врагам уже не могла.

— Вот так вот! — удовлетворенно произнес он и спрятал Ключи обратно в шкатулку.

Близился обед. Харам сидел за столом, размышляя над тем, как обустроить предстоящее действо. Ритуал будет проходить на крыше: значит, надо отправить на соседние здания несколько человек, чтобы за всем там присмотрели. Мало ли что — достаточно одного снайпера, чтобы испортить ему весь праздник. Дашу ему сейчас надо беречь, как зеницу ока.

Из комнаты девушки не доносилось ни звука — несколько минут назад они снова поругались. Его подружка включила музыку: вырывавшиеся из музыкальных колонок глухие ритмичные удары были настолько сильны, что от них дрожали стены. Харам, все еще чувствовавший головную боль, просто вошел в комнату, поднял проигрыватель и разнес его о стену. Стало тихо.

— Я ведь сто раз тебя просил: не включай громко эту гадость! — заявил он.