Красотка 13 - Коли Лиз - Страница 28

Кейти вытащила кусочек моркови из салата Энджи. Похоже, ее привычки не изменились.

— Ты, наверное, не знаешь, что если тебя увидят рядом со мной, то тебя ожидает общественная смерть. С тобой никто не будет общаться. Должна предупредить, что я теперь изгой, — сказала она таким спокойным, будничным тоном, что Энджи приняла это за шутку.

— Я не шучу, — продолжала Кейти. — Если ты не хочешь…

Энджи пожала плечами.

— Это из-за той бочки с пивом? — спросила она.

Кейти удивленно уставилась на нее.

— Вот видишь, даже ты, которая вернулась с того света, знаешь об этом. Кто тебе сказал?

— Грег и Ливви, — ответила Энджи.

— Так почему ты сейчас не с ними? — спросила Кейти, сморщив нос. — Они вон там сидят.

Энджи посмотрела в ту сторону, куда кивнула Кейти. Лив с кислым выражением лица наблюдала за Энджи и Кейти. Что же, в этом не было ничего удивительного. Если Грег рассказал ей о том, что произошло в его комнате, то у Лив есть отличный повод смотреть на Энджи подобным образом. Как только Энджи вспомнила о том досадном случае, сразу почувствовала, что ее щеки начали краснеть.

Однако если он все сохранил в тайне, то она, похоже, просто выражает им свое презрение. В тот день Энджи так и не позвонила Лив. Энджи заблокировала ее номер после того, как Лив в пятый раз попыталась ей дозвониться. Ей не хотелось начинать новую жизнь с серьезных разборок из-за нелепой случайности. Она ведь действительно не понимала, что делает. Однако такое объяснение, как «это сделал мой двойник», вряд ли устроит Лив.

И вот теперь Энджи обедает со всеобщим врагом.

Глядя на лицо Грега (оно было напряженным), Энджи так и не смогла понять, о чем тот думает. Однако, что бы сейчас ни занимало его мысли, стоило ей посмотреть на него, как у нее внутри все закипело и задрожало.

— Ха! Оказывается, произошли большие изменения, — сказала она.

Кейт посмотрела на нее, удивленно вскинув бровь.

— Ты легко сможешь вернуть его, если захочешь.

— Это не спортивные соревнования. — Энджи недовольно поджала губы.

— Нет, это именно соревнования, — возразила Кейт. — Вся наша жизнь — сплошные соревнования. За популярность, за любовь, за оценки, за успех. Просто нужно знать правила, по которым они проводятся.

Правила. Это слово задело Энджи за живое.

— Почему ты нарушила эти правила? Почему ты сдала их? — спросила она.

Кейт почему-то улыбнулась.

— Возможно, я проиграла соревнование за популярность, но получила награду за честность. Если бы кто-нибудь из них, сев пьяным за руль, разбился, спускаясь по той извилистой горной дороге, которая ведет от дома Курта к городу, то меня всю жизнь мучила бы совесть. Да и с Куртом я больше не смогла бы встречаться. Поэтому я и решила их выдать. Зато никто не пострадал.

— Никто, кроме тебя.

— Да, кроме меня. Вполне приемлемая потеря.

Несмотря на то что они сидели по разные стороны стола, Энджи захотелось протянуть руки и обнять ее. Однако она этого не сделала, боясь испачкать свою дорогую футболку соусом, которым был заправлен салат. Вместо этого она схватила Кейт за руку.

— Курт ведь был твоим парнем.

Кейт усмехнулась.

— Да, был.

— И ты, несмотря на это, выдала его? Я слышала, что его даже на несколько дней отстранили от уроков.

— Это было нелегко, — тяжело вздохнув, призналась Кейт. — Однако он поступил мерзко. Подверг опасности не только свою жизнь, но и жизни своих друзей. Да, я рассказала про них, нарушив тем самым первое правило нашей песочницы, которое гласит: никогда не выдавай своих друзей. Однако тогда я не могла поступить иначе. Я бы в таком случае нарушила другое правило и потеряла бы уважение к себе самой.

«Нельзя предавать друзей». Эти слова, словно эхо, прозвучали в ее голове. «Но мне пришлось это сделать. Он поступил мерзко». История, рассказанная Кейт, вызвала у Энджи очень странные чувства. Ей почему-то показалось, что ей тоже пришлось пережить нечто подобное. Эта история не давала ей покоя.

— Давай мы с тобой вдвоем будем прокаженными? — предложила она.

Кейт улыбнулась. Такой радостной, сияющей улыбки Энджи уже давно не видела.

Прекрасное субботнее утро началось с громкого звонка будильника, который был заведен на шесть часов утра (в это время Энджи обычно просыпалась, когда ей нужно было идти в школу), но ей не хотелось выбираться из мягкой постели. Однако снова заснуть Энджи так и не смогла. Этот день был особенным. Она очень волновалась, ведь именно сегодня должно было начаться экспериментальное лечение. Энджи вскочила с кровати и потянулась. Вверх, к потолку. А потом наклонилась к полу. Ее руки коснулись пальцев ног, и она вдруг заметила черные пятна на среднем и указательном пальцах левой руки. Такие следы обычно остаются от карандаша. Странно. Она ведь не левша, она всегда писала правой рукой. Энджи потерла пальцы друг о друга, и пятна посветлели. На столе она увидела смятый лист бумаги, усыпанный розовыми крошками. Такие крошки обычно появляются, когда что-то стирают ластиком. Энджи расправила листок и застыла от изумления.

Слова, написанные детским размашистым почерком, расползались по странице, в конце каждой строки резко съезжая вниз. Некоторые слова были стерты, потом написаны заново, более ровно, с наклоном вправо. Так обычно пишут левши. Из-за стертых слов текст казался еще более неразборчивым. Должно быть, автор, закончив работу, от досады скомкал свое письмо. Опустившись в кресло-качалку, Энджи начала читать.

Дарагая Энджи,

Мне очень трудно песать, но большие девочки сказали, что я должна это сделать. Я нодеюсь, что ты сможешь прочитать мое песьмо. Я была первой девочкой, которую ты услышала. Было это всего несколько раз. Но я прячус от страшной леди доктора. Я хочу, чтобы ты взяла касетный магнитафон. Песмо песать очень трудно и медлено. С уважением, Болтушка. Большая девочка возле двери скозала, что все хорошо, что я должна расказать тебе все, чтобы больше некому не было плохо.

Прочитав письмо, Энджи почувствовала, как по спине пробежал холодок. Левой рукой она судорожно схватила карандаш и попыталась скопировать письмо на чистый лист бумаги. Это точно был не ее почерк. Ей с трудом удавалось выводить буквы левой рукой. Почерк ребенка по сравнению с ее собственным почерком казался более ровным и гладким.

Первая, которую она услышала? Что это значит? И кто такая эта большая девочка возле двери? Может быть, это Девочка-скаут, а может, кто-то другой. Может быть, привратник?

Ее жизнь — это сплошные вопросы, ответы на которые найти сможет только она сама. И чем дальше, тем тайн и загадок становится все больше и больше. Удивительно. Количество ее двойников тоже увеличивается. И все они заперты в ее голове.

Что же такое страшное и ужасное случилось, о чем она не может рассказать даже себе самой? Она, в конце концов, смогла выжить!

То, что маленькая девочка темной ночью сидела, согнувшись над столом, и усердно трудилась над письмом для нее, взволновало ее до глубины души. Даже объяснения доктора Грант, облеченные в словесную форму, никогда не вызывали в ней такого волнения. Он реально существует, этот ребенок, со своими мечтами и страхами. «Страшная леди доктор». Энджи улыбнулась.

Улыбка моментально исчезла с ее лица, когда она вспомнила о новой терапии. Доктор Грант пообещала, что все двойники-альтеры будут иметь возможность поговорить с Энджи, прежде чем их «сотрут». Это им, альтерам, решать, что из того, что они знают, следует рассказать Энджи. А Энджи придется решить, как много ей хочется узнать.

Она смотрела на помятый лист бумаги в своей руке и думала о маленькой девочке, которая хотела поговорить с ней лично, прямо сейчас, пока еще есть время.

Может быть, они знают о том, что сегодня днем ее начнут лечить новым методом? Возможно, они все слышат и понимают, и эта смятая записка — последняя отчаянная попытка маленькой девочки найти способ поговорить с Энджи перед тем, как ее «сотрут»?