Проект «Сколково. Хронотуризм» - Логачев Александр - Страница 9

По прибытии же на место, контейнер был вскрыт, и эксперт мастерской дал заключение. Какое бы вы думали?

– Подделка? – попытался предположить Васнецов.

– Именно! – всплеснул руками Иван Иванович. – Картинку похитили, хоть она и была под присмотром нескольких пар глаз, похитили не откуда-нибудь, а из движущегося броневика, оснащенного всеми возможными степенями защиты, какие были доступны на тот момент. Более того, ее не просто похитили, ее подменили. Сама подделка была выполнена виртуозно. Материалы, холст, цвета и даже состояние краски были подлинные и отличались от времени появления шедевра на свет всего на десять лет. Потрясающая мистификация, фантастическая, грандиозная! Кто бы мог подумать, что такое возможно?

– Что же вы хотите от меня, – пожал плечами Васнецов, – если десятки сыскарей, роя носом землю, не нашли «Девушку», хотя и искали на протяжении полувека? Хотя бы установили личность преступника?

– В том то и дело, что нет. Ни картины, ни заказчика, ни исполнителя преступления. Более того, ни одной улики, способной указать следственным органам того времени, в какую сторону нужно смотреть. По подозрению некоторых особо ретивых сыщиков, на лицо была подтасовка фактов и изъятие некоторых документов в ходе следствия. Но это скорее наблюдение, некий задел к предстоящей работе. От вас же требуется сущий пустяк. Найти реликвию и привезти ее в наше время.

– В наше время? – Петр непонимающе уставился на собеседника.

– Господин Васнецов, – покачал головой Иван Иванович, – вы знаете что-нибудь о хронотуризме?

– Перемещение во времени – государственная монополия и желанная кормушка для множества фирм и компаний, – выдвинул свою версию бывший разведчик. – Слышал вполуха, видел заметки в интернете, но никогда заострял на этом внимания. Мне, сами понимаете, экстрима и так хватало по долгу службы. Слухи впрочем, ходят про этот хронотуризм разные. Насколько мне известно, великолепно поставлена работа службы безопасности и организация взаимодействия официальных лиц и рядовых сотрудников. Строжайшая дисциплина, серьезное финансирование и весьма достойная оплата труда исключают воровство, волокиту и бюрократизм. Своего рода повторение Потемкинской деревни и идеальной модели коммунизма.

– Тем более! – обрадовался серый человечек. – Суть хронотуризма – это действительно путешествия во времени. Самые настоящие, реалистичные. Хотите посмотреть на Амерриго Веспуччи? Ради бога. Желаете вписать лишнюю строчку в Декларацию независимости? Тоже можно устроить. В нашем, правда, случае, будут Нидерланды и события пятидесятилетней давности.

– А как же «эффект бабочки»? – резонно поинтересовался Васнецов. – Ну, вы помните теорию, согласно которой все в мире взаимосвязано и даже малейшие изменения, внесенные неосторожным шагом с тропы, могут послужить катализатором глобальных изменений в эволюции и технологическом развитии. Полетит турист в прошлое, скушает не ту жабу, а по возвращении в «свое время» обнаружит, что миром правят разумные гусеницы или гигантские богомолы-телепаты.

– Исключено, – мягко улыбнулся Иван Иванович. – Вы же не летчик-испытатель. Умники из Сколково дают девяносто восемь процентов безопасности против двух…

– Прилично, – усмехнулся Петр.

– …но в том лишь случае, если вы, скажем, переместитесь в такое прошлое, где вам не откусит голову юрская рептилия с метровыми клыками. Достоверно я знаю только одно. Хронотурист, перемещаясь в прошлое, не способен изменить настоящее. Пусть он там хоть Третью мировую разыгрывает, хоть подписание договора об аренде Аляски Штатами срывает. Если это свершившийся факт, наша реальность останется прежней. Появятся, правда некоторые ответвления, параллельные миры, где эти события повлияют на ход истории, но нас это точно не затронет.

– Бред какой-то, – Васнецов в замешательстве поскреб подбородок. – А если я Пиночета решу на суд праведный притащить? Схвачу за шкирку, и в трибунал в Гааге. Они, голуби, страх как любят военных преступников.

– Не получится, – вздохнул серый человечек. – Вы не представляете, что бы началось, если бы подобное было возможно. Сотни обиженных и угнетенных ринулись бы в прошлое: казнить Кобу, ловить Ульянова или калечить Бонапарта. Все это они могут сделать, но только там, в том участке времени, где после их действий появится развилка, отслоение реальности. Проникнуть мы туда не способны, во всяком случае, пока, так что и беспокоиться об этом не будем.

Видите ли, милостивый государь, каждый биологический объект строго привязан к своей временной точке, и именно это является основой всего хронотуризма. Турист, он – как нарушитель, как «заяц» в трамвае. Открылась дверь, скакнул на подножку, ну и поехал, если повезло. Особая наносхема, помещенная в кристалл, дает телу человека возможность перемещаться в ту или иную точку времени и пространства.

– А что по поводу возвращения?

– Тут еще проще. Наносхема имеет программу, по которой вы, собственно, и оказываетесь в желаемой точке. Суть хронопутешествия такова, что схема должна постоянно находиться при биологическом объекте. Для того чтобы хронотурист не потерял микроскопический агрегат, он попросту его глотает.

– Стоп, – щелкнул пальцами Васнецов. – Неувязка. Чисто гипотетически я оплачиваю дорогое двадцатичетырехчасовое путешествие во времени, перемещаюсь, скажем, в Венецию, в тот момент еще Светлейшую Венецианскую республику, скажем, в век восьмой от рождества Христова. Там травлюсь несвежими устрицами и отправляю содержимое желудка в канал.

– Я понимаю, о чем вы, Петр, – успокаивающе кивнул Иван Иванович. – О сроках можете не беспокоиться. За сколько турист заплатил, ровно столько ему и предстоит пробыть в тот времени, которое он выберет. Естественно, мой шеф, человек острого ума, тоже был озадачен этим вопросом, но Эдуард Гладышев, зам по научной работе в Сколково, заверил его, что все пройдет без сучка и задоринки.

Капсула, в которую помещена схема, имеет две функции. Первая – предотвратить раннее появление туриста. Вторая – не допустить, чтобы человеческий организм отторгнул чужеродный предмет. Каждый тариф имеет свою капсулу, каждая капсула имеет свою оболочку. Все просчитано до мелочей.

– И как же эта противооторгающая схема умудряется не допустить перемещение кристалла по пищеводу?

– Она интегрируется в стенки желудка…

– Час от часу не легче. Значит, мало того, что я, в случае критической ситуации, не смогу воспользоваться аварийным выходом, так еще и получу жука в животе?

– …и именно поэтому, – рассмеялся Иван Иванович, – данный аспект несколько замалчивается перед солидной клиентурой. Ну, зачем, спрашивается, пугать туриста электронной пиявкой в животе? Нанокапсула для него не больше чем таблетка. Скушал, и вперед. Переварилось, – добро пожаловать на базу. Все чисто, отрепетировано заранее и не вызывает вопросов.

Нужную дачу Виноградов нашел удивительно легко. Ориентируясь на данные джипиэс-навигатора, он быстро проскочил последний оплот цивилизации, пост ДПС со скучающими у обочины сотрудниками в ярких светоотражающих жилетах, и, выжав педаль газа до упора, понесся по пригородному шоссе. Сорок минут езды, и вот уже развилка со старенькой бензозаправкой, а за ней нужный поворот.

Утрамбованная грунтовая дорога резко уходила в сторону от основного шоссе. Не знающий местности почти наверняка должен был проскочить этот маленький перекресток, а бурный поток грузового транспорта и узкая обочина исключали возможность движения задним ходом, что давало шанс при необходимости удачно уйти от преследования.

– Умно, – одобрительно хмыкнул Всеволод, закладывая крутой поворот. Подвеска служебной «Нивы» протестующее взвизгнула, но с честью выдержала это испытание. Получив удар по голове (потолок в машине был слишком низкий для рослого плечистого ветерана), водитель осторожно тронул машину вперед.