Рискуй, если любишь - Стилл Дженнифер - Страница 15

— Иными словами, ты вовремя не подружился с каким-нибудь сынком миллионера и потому не мог рассчитывать на то, что тебя заметят работодатели?

Он горько усмехнулся:

— Ты сделала правильные выводы.

— Неужели на твоем факультете не учились богатенькие девчонки, которых можно было бы охмурить для того, чтобы познакомиться с их влиятельными папашами?

— В ту пору я был глуп и наивен. Подобные методы казались мне грязными и нечестными.

Валери рассмеялась, запрокинув голову.

— С тобой ужасно весело, Эрик Стирс. Так что же заставило тебя сменить точку зрения?

— Бедность и несправедливость. А еще нелепая случайность, которая стала для меня роковой. Однажды я кутил с приятелями в клубе и со мной начала заигрывать стареющая красотка. Она настойчиво приглашала меня к себе, а я был так пьян, что у меня не хватило ума отказать ей. Утром она выпроводила меня из своего шикарного дома, сунув в карман моего пиджака сто долларов. Я был так возмущен, что в сердцах выбросил деньги в сточную канаву… Потом, правда, одумался и выловил купюру… А через неделю я встретил эту женщину снова. Она опять пригласила меня к себе, и… утром я снова вышел из ее дома с сотней баксов в кармане. После того как уже в другом городе другая стареющая красотка проделала со мной то же самое, я понял, что моя внешность — это, говоря твоим языком, акции прибыльной компании, которые могут принести мне неплохой доход. И с того момента, как на меня снизошло озарение, я стал пользоваться женщинами, а не они мной.

— Поучительная история, — с иронией произнесла Валери. — Раньше я не задумывалась о том, сколько же в мире одиноких стареющих красоток.

Эрик нисколько не обиделся на ее замечание, свидетельствовавшее о том, что его рассказ оставил ее равнодушной. Он давно привык к такому отношению. Кому интересно слушать душевные излияния постороннего человека? Он бы тоже начал откровенно зевать, случись ему выслушать чью-нибудь исповедь.

— Я жду твоего решения, — сказала Валери, вернувшись к изначальной теме разговора.

— Если ты поможешь мне стать красивым картофельным пюре, на которое польстится какая-нибудь богачка, я буду до конца своих дней молиться за тебя, — с ехидцей ответил он.

— Заметано! — Валери откинула простыню и призывно улыбнулась. — Закрепим изученное повторением материала, прежде чем начнется пора ночной охоты.

— Я почти ничего не понял из того, что ты сказала, но общий смысл до меня дошел, — сказал Эрик. — Нужно было сразу намекнуть, что хочешь продолжения, я бы не стал одеваться…

8

Валери неспешно прогуливалась под руку с Эриком по тенистым аллеям парка. Солнце клонилось к закату. Ветер шумел в кронах деревьев. Журчали фонтаны и пели птицы. Идиллия…

— Ненавижу такие прогулки, — неожиданно сказала Валери.

— Я тоже, — раздраженно произнес Эрик. — Я скоро свихнусь от этой неторопливости. Чего мы ходим туда-сюда, не пойму? Как будто нечем больше заняться…

— Мой доктор посоветовал мне больше дышать свежим воздухом.

— Ну так и дышала бы у себя в саду. Или этот воздух свежее? — с ехидцей спросил Эрик.

— Заткнись и иди.

— Ты порой меня так бесишь, Валери…

— Ты меня тоже, но я же не жалуюсь. Будь хорошим мальчиком, и мамочка купит тебе конфетку.

Он внезапно остановился и пристально посмотрел на нее, будто надеялся увидеть в ее лице нечто такое, что объяснит ему, почему она себя так ведет.

— Ты никогда больше не выйдешь замуж, — наконец сказал он.

Валери прыснула.

— Я и не стремлюсь, мой дорогой. Но все же хотелось бы узнать, как ты пришел к такому выводу.

— В одной из прошлых жизней ты была ядовитой змеей. И это видно невооруженным глазом. Ни один мужчина в здравом уме и близко к тебе не подойдет.

— Ты же подошел.

— Но я не собираюсь на тебе жениться.

— Не зарекайся, — усмехнулась Валери и хитро ему подмигнула. — А теперь пойдем дальше.

— Я больше не могу!

— Терпи. Это тебе нужно, не мне.

— Что? Что мне нужно?!

— Прекрати орать и посмотри туда. — Валери указала на красивую белокурую женщину лет тридцати, которая сидела на скамье и читала книгу. — Это Ребекка Деверо. Дочь чикагского миллионера. Она не замужем, и ее, образно говоря, можно брать голыми руками.

— Дочь миллионера? Здесь? В парке?

— Если бы ты был более внимательным, то заметил бы, что в радиусе десяти метров от нее прогуливаются и дышат свежим воздухом несколько здоровенных парней, которые свернут шею любому, кто на нее косо посмотрит.

— Ну а мы-то тут что делаем?

Валери остановилась и окинула Эрика взглядом, полным возмущения.

— Я же ради тебя стараюсь, глупенький. Неужели ты не хочешь стать любовником этой Барби? Тебя к ней и на двадцать шагов не подпустят, а вот я запросто смогу к ней подойти, чтобы вас познакомить.

— Так бы сразу и сказала, — проворчал Эрик.

— Ты бы тогда начал вести себя неестественно. А так она ни о чем не догадается. Мы уже два раза мимо нее прошли.

— А на третий раз ты сделаешь вид, будто только что ее заметила? Да, она действительно ни о чем не догадается… если она круглая дура!

— Ну так она действительно дура, — усмехнулась Валери. — И ты в этом убедишься, как только заговоришь с ней. Кстати, ты не заметил, что она читает? У нее в руках сборник сказок! «Золушка», «Белоснежка и семь гномов», «Русалочка», «Красавица и чудовище»… О чем это может говорить?

— О том, что, хоть ей и тридцать лет, она до сих пор ждет принца на белом коне и не может осилить ничего сложнее детских сказок.

— Вывод?

— Она круглая дура.

— Что и требовалось доказать.

Валери подтолкнула его вперед. Вообще-то она особо не рассчитывала на то, что Ребекка клюнет на Эрика. Эта красивая, но бестолковая блондинка не смогла найти себе жениха, несмотря на папочкины миллионы. Ходили слухи, что общение с мужчинами она начинает с фразы: «Какой ваш любимый сказочный персонаж?» Судя по тому, что Ребекка никогда не была даже помолвлена, правильный ответ не угадал никто.

Не успели они подойти к скамье, на которой сидела одинокая читательница, и на пять шагов, как путь им преградил здоровенный детина с почти квадратной головой, выросший словно из-под земли. Валери замерла на месте от удивления. Мысленно она прикидывала, можно ли использовать эту голову в качестве подставки для чашки с кофе и сложно ли этому человеку подобрать головной убор.

— По какому вопросу? — спросил крепыш.

Эрик отступил назад, не желая испытывать судьбу, но Валери смело обогнула телохранителя, в мгновение ока оказавшись за его спиной, и громко воскликнула:

— Ребекка! Ты ли это? Не верю своим глазам!

Блондинка опустила книгу и окинула Валерии затуманенным взором. На мгновение у Валери остановилось сердце: если Ребекка ее не признает, то здоровяк, который уже готовился стереть нахалку в порошок, заодно прикончит и ни в чем не повинного Эрика.

— Валери? Валери Тейн? — Блондинка захлопала ресницами. — Здравствуй! Как поживаешь?

Валери облегченно перевела дух, смерила полным призрения взглядом телохранителя и поманила к себе Эрика, побледневшего настолько, что казалось, будто его лицо измазано белилами.

— Я вернула свою старую фамилию, — не без гордости заявила Валери. — Теперь я снова Мэтьюс.

— А зачем ты сменила фамилию? — Ребекка удивленно округлила глаза. — Так сейчас модно?

— Вроде того, — не стала вдаваться в подробности Валери. — Я тебе не помешаю?

— Что ты! Я совершенно ничем не занята. Если не считать чтения книги. — Ребекка подвинулась, хотя на скамье и без того было полно свободного места.

Валери ухватила Эрика за руку и подтащила его к себе.

— Позволь тебе представить Эрика Стирса, — сказала она. — Вы ведь, кажется, не знакомы?

В глазах Ребекки наконец появился интерес. Впрочем, ни одна женщина не осталась бы равнодушной при виде Эрика. В этой белоснежной рубашке и черных брюках он вполне сойдет за принца из сказки, решила Валери.