Метла и металлический шарик - Нортон Мэри - Страница 26

Неожиданно дорога вывела их на лужайку или площадь, и они очутились в толпе. Происходящее напомнило Кэри виденную где-то картину или исторический фильм, только в действительности все оказалось красочнее, чем на картине, и грязнее, чем в фильме. Мальчишки облепили ветки деревьев и изгороди, из каждого окна таращились люди. Над гомоном толпы возвышался чей-то голос, монотонно повторявший непонятную фразу. Кэри так и подпрыгнула, когда за ее спиной раздался женский голос:

— Кому апельсины-лимончики? Чудо что за лимончики!

Ближе дети подобраться не могли. Дородная тетка с тремя детьми прижала их к изгороди. Толстуха, в белом платке, обрамлявшем румяное лицо, и в шляпе поверх платка, разламывала детям пирог. От аромата корицы у Кэри засосало под ложечкой.

Девочка взобралась на нижнюю перекладину изгороди и, просунув голову между коленями мальчишек, что сидели на верхней жерди, смогла, наконец, разглядеть верхушку костра. Два солдата с мушкетами через плечо орудовали веревками. Когда они отошли, Кэри увидела Эмелиуса: безвольная согбенная фигура. Веревки стянули ему грудь. Девочка не могла разглядеть ни его ноги, ни поленницу. Не увидела она и мисс Прайс.

Чарлзу удалось примоститься рядом с сестрой. Кэри слышала, как он вскрикнул, заметив Эмелиуса, но тут Пол стал дергать девочку за полы халата.

— Я хочу засахаренное яблоко, — потребовал он. Кэри пришлось слезть с изгороди. Пол был слишком мал, ему не стоило смотреть на то, как будут казнить Эмелиуса, ему даже рассказывать об этом нельзя.

— У нас ведь нет денег, Пол, — попробовала Кэри урезонить братишку. Она огляделась и сразу заметила лотошницу, торговавшую засахаренными яблоками. Толстуха с тремя детьми протянула Полу кусок пирога с корицей. Она с любопытством поглядывала на детей.

— Кажется, она обратила внимание на нашу одежду, — испугалась Кэри.

Вдруг люди зашикали. Чей-то голос возле костра объявлял что-то, но детям ничего не было видно и они не могли разобрать ни слова.

— Похоже, скоро начнут, — предположил Чарлз, висевший на изгороди.

Кэри различила слабую струйку дыма. Она снова взобралась на изгородь подле брата, чтобы рассмотреть, что происходит. Девочка заметила факельщика, который с нетерпением ждал приказа. Теперь заговорил кто-то другой. Кэри разглядела долговязую черную фигуру: может, судья, а может, священник.

Человек у столба не поднимал головы.

— Мисс Прайс… мисс Прайс! — шептала Кэри, вцепившись в изгородь. — Спасите его! Пожалуйста, спасите бедного Эмелиуса!

Голос умолк. Толпа застыла в зловещем молчании, кто-то еще пытался вскарабкаться на забор. Глаза всех были прикованы к костру. Забили барабаны. Человек с факелом крутанул им в воздухе, а затем поднес к поленнице.

Кэри закричала и соскочила с изгороди. Барабанная дробь все нарастала. Клубы дыма взметнулись к небу. Мерцающая вспышка — и на одну секунду вся сцена озарилась светом молнии — молнии, зигзагом прочертившей небо. Грохот барабанов захлебнулся в оглушительных раскатах грома, от которых, казалось, земля зашаталась под ногами.

Кэри услыхала крики и вопли. Девочка снова вскочила на изгородь — посмотреть, что произошло. Неведомая сила, напугав людей, словно пригнула толпу к земле, как колосья в поле. Крики женщин становились все громче. Люди в панике пихали и расталкивали друг друга. Кэри прижалась к изгороди и привлекла к себе плачущего Пола.

— Смотри, Чарлз! — срывающимся от восторга голосом крикнула Кэри. — Смотри же!

Чья-то тень скользнула низко над толпой, словно огромная черная птица. Сужая круги, она, словно гребень волосы, рассекала испуганную толпу.

— Да это же она! Это мисс Прайс! — закричала Кэри. — Пол, это же мисс Прайс! Чарлз…

Люди, толкаясь, мчались прочь от неведомой птицы. Вот она на бреющем полете устремилась в их сторону, спускаясь все ниже. Толстуха завопила и бросилась прочь, таща за собой детей. Детвора кубарем слетела с изгороди.

— Ведьма! Ведьма! — орали они хрипло. — Ведьма на помеле!

Лишь Кэри и Чарлз, державшие за руки Пола, устояли на месте. Они вглядывались ввысь, неотрывно следя за черной развевающейся фигурой, приближавшейся к ним во мраке. Закутанная в плащ, так что ее невозможно было узнать, мисс Прайс пронеслась над детьми — жуткий шлейф, тонкий и пугающий, тянулся за ней по ветру.

Люди убегали боковыми улочками и переулками. Лужайка и пыльная дорога опустели. Торговец корзинами бросился было собирать свой товар, разлетевшийся во все стороны, но, едва завидев над собой летящую черную фигуру, в страхе все побросал и пустился наутек к таверне.

Теперь дети без труда могли рассмотреть место казни. Дым рассеялся, красные языки пламени ползли вверх по бревнам. Эмелиус, связанный по рукам и ногам, подался вперед, натянув веревки.

— Пламя подбирается к нему! — закричала в ужасе Кэри. — О, мисс Прайс, поторопитесь, Бога ради!

Солдаты, стоявшие в оцеплении вокруг костра, сбились в кучу и целились из мушкетов в летящую фигуру. Лишь один солдат остался стоять у костра, он перезаряжал ружье и то и дело опасливо поглядывал ввысь, словно боялся, что летящая черная ведьма нападет на него сзади.

— А вдруг она забыла заклинание? — в испуге шепнул Чарлз сестре. — Ведь она сожгла все книги.

Грохнул выстрел. Эхом пронесся он от дома к дому. Вновь сверкнула молния, и гром раскатился по разгневанному небу. Теперь на площади не осталось никого, кроме солдат да детей, спрятавшихся за хлевом. Убегая, люди побросали на землю всякий хлам: перевернутые скамейки, сломанные стулья и табуретки — те, что они принесли с собой, чтобы, стоя на них, получше разглядеть казнь.

Вот и последний солдат, заметив приближающуюся зловещую фигуру, подхватил мушкет и бросился наутек. Казалось, что метла и развевающийся черный плащ почти касаются горящих поленьев. Дети увидели, как блеснул клинок.

— Это же сабля ее отца! — радостно воскликнула Кэри. — Она перережет веревки и освободит его!

Наблюдая безуспешные попытки удержать метлу на надлежащем расстоянии от костра — не очень близко, но и не слишком далеко, Кэри не на шутку перепугалась: «Боже! Да она, того гляди, отрежет ему голову!»

Эмелиус наконец очнулся, натянув путы, он из последних сил старался увернуться от смертоносных ударов. Сполохи дыма и огня взметнулись ему в лицо, дети увидели, что он закашлялся. Мисс Прайс снова и снова предпринимала безуспешные попытки освободить его.

— Осторожнее! — крикнула Кэри. — Пожалуйста, осторожнее, мисс Прайс!

Вновь раздался выстрел, а следом еще два. Солдаты палили в воздух. Кэри со страхом глядела на воронкообразные дула мушкетов и недоумевала, как можно было промахнуться из такого ружья.

— Похоже, они попали в нее! — всполошился Чарлз.

— Нет, — возразила его сестра, — не может быть! — Она взглянула на костер и поспешно закрыла рот рукой, чтобы сдержать крик.

Метла замерла в небе над костром. Меч выпал и острием вверх застрял среди поленьев. Метла покачнулась и начала медленно падать прямо в костер, но в последний миг она как бы собралась с силами, приподнялась и неуверенно устремилась к дороге, прочь с площади. Солдаты медленно развернулись, держа на прицеле летящий предмет. В дверях домов показались люди. Несколько мужчин похрабрее выскочили на улицу. Взоры всех были прикованы к черному растрепанному предмету, в страшном прыгающем полете то слегка взмывавшему вверх, то снова спускавшемуся к земле.

Дети не сводили глаз с метлы, они словно забыли про костер, меж тем огонь с каждой минутой приближался к Эмелиусу. Но детей в этот миг волновала лишь мисс Прайс, ее безопасность. Они в ужасе прижались друг к дружке и неотрывно следили за метлой. Вот метла немного приподнялась, неуверенно раскачиваясь из стороны в сторону, словно потеряв ориентацию, она летела по улице на уровне второго этажа.

Кто-то швырнул вдогонку камень. Солдат пальнул из ружья. Метла застыла в воздухе. Дети увидели, как за какую-то долю секунды полы черного плаща обвисли, а потом мрачное одеяние камнем упало в дорожную пыль. Больше они ничего не смогли рассмотреть. Отовсюду: из дверей, из садов, из переулков — к месту падения устремились люди. Кое-кто вооружился досками и дубинками. Дети заметили мужчину, должно быть мясника, с огромным блестящим топором. Все они мчались к тому месту, где упала метла. Узкую улочку запрудила все прибывающая толпа, в основном мужчины и мальчишки. Все и думать забыли о костре. Никто не обращал внимания на начавшийся дождь, который полил совсем неожиданно. Капли воды, стекая по щекам девочки, смешивались со слезами и превращали пыль на лице в липкую грязь.