Тусовки 6»Б» - Матвеева Людмила Григорьевна - Страница 47

– Как ты мог? Ни звонка, ничего! А я жду! Все меня доводят, смеются, что я одна мотаюсь по Лунному бульвару.

– Лида! Но ты же не одна! Я вот он!

Она держала своего Салата за руку, радостно смотрела на него, но все равно ворчала:

– Сюрпризы еще какие-то! Одни обиды от них!

– Ну что ты, Лида! Сюрприз – это классно. Особенно сюрпризы кулинаров. Один француз изобрел омлет «Сюрприз». Знаешь какой? Подают к столу горячий омлет, а внутри у омлета мороженое, холодное и нисколько не подтаявшее. Представляешь?

– Это бред, – не поверила Лидка. – В горячем мороженое растает. Оно даже в руке тает. А ты нарочно врешь, хитрый ты, Салат. Но и я не дурочка.

– А вот и не вру, – смеялся он, – весь секрет в скорости! Омлет «Сюрприз» жарят мгновенно, мороженое не успевает даже почувствовать тепло. Раз! И готов сюрприз! Пожалуйста, угощайтесь.

Лидка поверила и притихла.

– Лида, приглашаю тебя в кафе «Тройка». Отметим мое возвращение. Пошли?

– Конечно.

Он ждал, что они, взявшись за руки, дружно зашагают в сторону «Тройки», где любят собираться не только троечники, но и разные отличники и даже золотые медалисты. Но Лидка стояла на месте, опустив голову.

– О чем ты задумалась, Лида?

– Не будешь надо мной смеяться? Дай честное слово специалиста по холодным закускам!

– Честное слово? Хоть два, – веселился он. Как ему нравится Лида, такая непосредственная и свободная.

– Слушай, Салат. Мне очень хочется пройтись с тобой по главной аллее Лунного бульвара. А потом – по дорожке Сложных отношений, по площадке Случайных встреч. Ну и еще прошли бы по тропе Счастливых совпадений.

– Лида, объясни, зачем нам ходить кругами по всему бульвару? Пошли сразу в кафе, посидим, поговорим, посмотрим друг на друга. Закажем что-нибудь вкусное.

Она ловко перевела разговор на другую тему:

– А ты, Салат, так и не ответил, почему ты появился внезапно. Не позвонил, не предупредил.

– Я же объясняю – кулинары любят сюрпризы, я хотел явиться внезапно и встретить тебя на Лунном бульваре. И чтобы ты удивилась, обрадовалась и закричала: «Салат вернулся!» Я об этом мечтал в Париже и в самолете, когда летел домой. Глупо, да?

– Ничего глупого, – Лидка с нежностью прижалась к нему. – Ты еще вырос, Салатик, – мурлыкала Лидка. Она взяла его под руку и повела по всем дорожкам, площадкам и аллеям бульвара.

– Я так рад тебя видеть, Лида. Только не пойму, зачем ты выгуливаешь меня по всему бульвару.

– Ты давно здесь не был, – Лидка заговаривала ему зубы. – Одно дело какой-то Париж, а совсем другое – наш родной бульвар. Вон сидят старушки, Суворовна и Кутузовна. А вон идет красавица колли Лейла и ее хозяйка – не красавица.

Он смотрел по сторонам, вежливо кивнул старушкам.

– Перевоспитали его за границей, – Суворовна забыла, что Салатик и раньше был довольно вежливым. А Кутузовна врубила плеер. В наушниках звучала песня:

А я доверчивая, привязчивая и глупая,

Хожу за тобой, как пес.

И ты мне верен и предан,

Ты тоже доверчивый дурачок.

Мы – самые умные люди на свете.

Лидка спросила:

– А у вас там, в этом Париже, был конкурс? Какое место ты занял, Салат?

– Первое место, – гордо сказал он, но тут же скромно добавил: – Среди юниоров.

– Кто такие юниоры? Самые лучшие?

– Самые молодые, – честно ответил он, – до восемнадцати лет. А в жюри сидели самые опытные кулинары из разных стран. И мой салат признали самым лучшим.

– Здорово! Пошли дальше, – Лидка потянула Салата за собой. Тут она догадалась, о чем он хочет говорить и попросила: – Расскажи про свой салат, ну пожалуйста.

И он стал рассказывать.

– Значит так. Берем яблоко, несколько листиков свежей капусты. Горстку изюма, три киви, вареное яйцо, две веточки укропа, банан и очищенный лимон. Измельчаем все на доске, выкладываем в миску.

– Дальше не говори, – радостно перебила Лидка, – заправляем майонезом «Провансаль»!

– А вот и нет! Не люблю майонез, он всему придает одинаковый вкус. Заправку изобрел я сам. Сметана, ложечка горчицы, сахар по вкусу, лимонный сок. Заправили, салат готов!

– Даже слушать вкусно! – Лидка опять поцеловала его в щеку.

– Долго еще мы будем прогуливаться? Честно говоря, хочется поскорее в «Тройку».

– Скоро, скоро, Салатик. Расскажи мне еще про какую-нибудь необычную холодную закуску. Или, хочешь, я тебе расскажу? Стихотворение, слушай:

Возьмите сто граммов селедки и перца, и кваса,

Зеленый горошек и ломтик холодного мяса,

Нарежьте морковки, лука, укропа с иссопом,

Смешайте затем, апельсиновым сбрызните соком —

Весь секрет. Готов винегрет!

– Ну Лида! Какой рецепт! Да в стихах! Неужели сама сочинила?

– Списала из журнала, – призналась она, – и выучила наизусть к твоему приезду, Салатик.

Он обнял ее и расцеловал. И снова Лидка и Салат шагали по бульвару.

Они встретили литераторшу Курицу и математичку Клизму. Учительницы шли и негромко разговаривали.

– Наши училки, – шепнула Салату Лидка и выпустила его руку, – перетирают нашу успеваемость и, конечно, дисциплину. О чем еще им говорить-то?

Но учительницы разговаривали вовсе не о шестом классе «Б». Они говорили не об оценках, не о контрольных. Не о педсоветах. Они говорили о коте Рыжике.

– Он такой возвышенный! Так тонко чувствует оттенки слов. – Клизма очень умная, у нее железная логика. Но, когда речь заходит о котике Рыжике, она теряет большую часть своего интеллекта. – Он абсолютно точно улавливает настроение!

– Ваше? – простодушно спросила Курица.

– Свое! – ответила Клизма. Не уловила иронии, любовь к Рыжику опять лишила Клизму проницательности.

Лидка услышала разговор учительниц, толкнула Салата в бок и тихонько засмеялась, прикрываясь шарфиком.

– Наша математичка без ума от своего кота, – шепнула Лидка Салату, – а литераторша Курица, слышишь, ехидничает. Пошли теперь сюда, к кондитерской палатке, – он покорно двинулся за ней.

Лидка знала, что девчонок они там обязательно встретят.

– Пошли к палатке, мне так хочется сладкого! – по дороге уговаривала она.

Он, наконец, догадался, зачем она водит его по бульвару и засмеялся:

– Лида! Мне уже пятнадцать лет, я давно живу на свете. Я лауреат Международного конкурса салатов! Не пытайся меня перехитрить. Я догадался, кого мы ищем.

– Никого мы не ищем, Салатик. Просто гуляем, я хочу, чтобы ты прошелся по нашему Лунному бульвару, посмотрел на его деревья, собак, прохожих.

– И на тусовки зловредных девчонок, – весело добавил он, – которые достают тебя своими ехидными замечаниями.

Она собралась было отпираться, но тут они вышли к палатке «Тянучка» и увидели Агату, Олю, Сфинкса и Варвару, как всегда с тонной косметики на лице. Девочки обсуждали спектакль и ссорились:

– Главную роль Вадимыч обещал мне, – Агата нарочно их дразнит, а никто ей ничего не обещал.

Но они попались:

– Почему обязательно тебе? Я сыграю лучше! – Оля считает себя самой красивой, а кому же должна принадлежать главная роль? Конечно, красавице.

– Ты сыграешь лучше, – хихикает Сфинкс, – репку. Или мышку. А Царевну-лягушку буду играть я.

– Почему это – ты? – Варвара без Сергея бывает скандалисткой. При нем, серьезном и спокойном, скандалить неудобно. – Кто ты такая, Надя-Сфинкс? Что в тебе напоминает Царевну?

– Ну как же? У меня большой рот, как у настоящей лягушки. И у меня зеленые глаза.

– Вот придумала! Глаза у лягушек не зеленые!

– А какие?

– Болотного цвета!

Девчонки ругались до хрипоты. Но вдруг замолчали, забыв о ссоре. Они увидели Лидку Князеву. И они увидели Салата. Лидка и Салат медленно прошли мимо, он обнимал ее за плечи, заглядывал ей в лицо, что-то тихо говорил. А она тихо отвечала.

– Лида! – окликнула ее Агата. – Кого ты хочешь играть в спектакле? Майского жука? Или птичку-синичку?