Нужная работа - Бабкин Михаил Александрович - Страница 72

А может статься и так, что оживленный, а затем убитый Фемах возродится в приемной кабине особняка. Невзирая на то что отрекся от „Обители черного дракона“. Что ж, тогда Фемах становится личной заботой шефа с Жанной, а эта парочка будет чертовски рада повидаться с беглецом.

В любом случае мир Фемаха должен быть разрушен. И точка».

— …Ты что, с открытыми глазами спишь?

Марвин почувствовал, как его трясут за плечо, вздрогнул и пришел в себя. Судя по нагревшейся в руке банке, просидел он в задумчивости довольно долго.

Похоже, спор давно закончился: Граф дремал, устроившись на свободном диване и положив мешающий пистоль на пол, а у ног Далия валялись пустые жестянки из-под пива. Сам же напарник выглядел заметно поддатым, что было по меньшей мере странно.

— Ого! Да ты, я вижу, ухитрился безалкогольным надраться? — с уважением заметил Марвин. — Молодец, спецом. Профессионал.

— Это я по памяти, — нетрезво отмахнулся напарник. — Типа условный рефлекс на вкус хмеля. Ерунда, скоро пройдет. Ты мне вот чего скажи, — голос Далия стал грустным, — а как быть с Рипли? Жалко ведь девчонку, пропадет вместе с этой поганой реальностью ни за что ни про что. Погибнет, понимаешь, в расцвете лет, и никто не узнает, где могилка ее. — Далий насморочно шмыгнул, утер нос пятерней и выжидающе уставился на Марвина. Глаза напарника подозрительно блестели, но Марвин списал это на начинающуюся простуду от слишком холодного пива.

— Ты сначала разрушь ту реальность, а после страдай, — буркнул он, ставя надоевшую банку на стол. — Думаю, ничего страшного не случится. Ну, погибнет, ну, очнется в приемной кабине, делов-то.

— А если не очнется? — надрывно спросил Далий. — Она же из другого мира, пришелица, вдруг кабина не сумеет ее восстановить? Или восстановит, но как-нибудь не так, как-нибудь навыворот. У нее ведь совсем иное устройство биологии, не то что у нас с тобой! Бедная девочка.

Терпению Марвина пришел конец. Он хотел было сказать Далию, что тот уже достал своими переживаниями; что напарник и сам пришелец дальше некуда; что Рипли та еще штучка, невесть кто и невесть откуда… Но не успел.

Под полом раздался скрипучий звук тормозящих колес, пустые банки покатились между ножками стола, а за темными окнами вдруг разгорелась яркая искусственная заря.

Мотовагон прибыл на место.

В самое, как выразился Граф, логово нусов, в запретный для любых посещений минусовник. Он же местонахождение древнего бункера, он же секретное хранилище расчлененного демона. Короче, место, не предназначенное для долгой и спокойной жизни.

— Что-то быстро управились. — Далий посмотрел в запотевшее матовое окно, ничего там не увидел, оглянулся на спящего Графа и зычно крикнул: — Подъем, ваше сиятельство! Сейчас мы быстренько проберемся в кладовку с запчастями Фемаха, быстренько его оживим и быстренько смоемся в направлении к ржавой вышке. А там через люк в подземный лабиринт, и вперед, в обитель, на заслуженный отдых с премиальными.

В отличие от Марвина у Далия сомнений не было. Да и то, чего зря голову ломать: пришли, арестовали, увели. Ну, или как получится.

— Шеф рекомендовал Фемаха с собой не брать, — веско намекнул Марвин. — Решить с ним вопрос на месте. Окончательно, без затей.

— Поддерживаю, — легко согласился напарник. — Не то мучайся, тащи его, слушай жалобы на трудности похода и застарелый геморрой. А тут бац, и он уже в обители, типа своим ходом. Лично мне идея нравится! — Далий подобрал с пола пиджачный куль, вытащил из внутреннего кармана забытые темные очки. Нацепив их на нос, он скептически оглядел пиджак, безрезультатно подергал связанные рукава. Сказал: — Проще новый купить, — и зафутболил его под стол.

— Очки-то зачем? — поинтересовался Марвин, удивляясь тому, что они до сих пор целые. Особенно если вспомнить, как Граф сидел-валялся на тех пиджаках. Или как Далий приволок пиво.

— Я же говорил, нужная в хозяйстве вещь. — Далий взял с дивана кофр, вынул из него посох и, разминая руки, с силой крутанул оружие над собой. — Для взлома заблокированных комнат на этажах. Тайных, никому не доступных… Эх, а как обзавидуется шеф! — Похоже, последняя фраза была здесь самой главной.

— Точно, — вспомнил Марвин. — Золото-бриллианты, да-да.

Граф встал, кряхтя, подобрал пистоль с пола, сунул его за пояс шорт и направился к выходу. Открыв дверь, он вышел из вагона, осмотрелся; не заметив ничего подозрительного, Граф призывно махнул рукой напарникам.

— Итак, приступаем к заключительной фазе операции, — останавливаясь в дверном проеме, зловеще предупредил Далий. — Марвин, держись за мной! В случае чего беру огонь на себя и геройски погибаю, а ты заканчиваешь начатое, жестоко мстя врагам.

Марвин вздохнул и выставил напарника из вагона классическим пинком коленом под зад. А затем вышел следом.

Бункерная площадка почти ничем не отличалась от «Сортировочной». Разве что здесь не было холодильных шкафов с напитками и второго пути по другую сторону платформы, а в остальном она выглядела, будто их строили по одним и тем же чертежам. Для экономии средств на разработку проекта.

В конце платформы — неподалеку от мотовагона — высилась стальная стена с овальной дверью посреди. Дверь, разумеется, тоже была бронированная, с обязательным запорным колесом-штурвалом, чему Марвин нисколько не удивился. В этом мире все было схоже и единообразно, все было по устоявшимся представлениям его создателя.

Правее двери, на уровне плеча чернел непонятный квадрат. Поначалу Марвин решил, что это обычный проверочный экран, наподобие тех, к которым Граф прикладывал ладонь для опознания. Однако подойдя ближе, он увидел нечто вроде решетки с десятком пустых квадратов-ячеек. Для чего нужна была эта конструкция, Марвин понятия не имел. Но засовывать пальцы в подозрительные отверстия он не стал бы ни в коем случае, даже при крайней необходимости. Мало ли что могла создать буйная фантазия господина Фемаха! С него станется устроить доступ в бункер по составу крови или отрубленным подушечкам пальцев. Сумасшедший, что возьмешь.

— Странно, — разглядывая решетку, озаботился Граф. — Раньше здесь был кодовый замок с цифровыми кнопками. Двенадцатизначное число, я его до сих пор помню — как-никак это моя работа, знать технические средства безопасности. Хм, создается впечатление, будто кнопки кто-то намеренно выдрал, вон и царапины остались. — Граф провел ногтем по решетке. — Ума не приложу, что теперь делать.

— Элементарно, господин технарь, — снисходительным тоном отозвался Далий, направляя посох на дверь. — Всем отойти назад! Сейчас я кэ-эк врежу по калитке, одна дыра останется. Типа в труху, в железные опилки…

Марвин отстранил посох рукой, подошел к двери и молча повернул запорный штурвал. Внутри стены что-то тяжело стукнуло, вокруг стального овала обозначилась глубокая трещина; Марвин с натугой потянул за колесо, открывая дверь.

— Ну, можно и так. — Далий с сожалением сунул посох под мышку. — А жаль.

— Незапертый бункер, понятно, — скучным голосом сказал Граф. — Секретный, наглухо законсервированный, с содержащимся внутри государственным преступником-демоном. Заходи кто хочет, так-так. — Он быстрым движением вынул из-за пояса пистоль и снял его с предохранителя.

— Хо-хо, этот вариант мне нравится гораздо больше! — голосом опереточного негодяя восхитился Далий. — Значит, не зря ехал. Значит, не зря надеялся. — Он перехватил посох в боевое положение и злорадно оскалился.

Марвин окинул спутников скептическим взглядом: оборванец в драной майке и грязных шортах, но с заряженным пистолем в руке; напарник в мятых-перемятых брюках и залитой консервным маслом рубашке, но в пижонских очках и с посохом на изготовку. И он сам, без оружия, но с тяжелым дальнофоном в заднем кармане. Да, боевая команда подобралась что надо, на страх затаившимся в бункере врагам. Просто звери какие-то, а не люди.

Свое умение стрелять фаерболами Марвин во внимание не принимал: в бою необходима мгновенная реакция с мгновенным действием. А не ожидание, когда на бойца снизойдет вдохновение швыряться огненными зарядами. Хотя если нападение будет внезапным и Марвин, возможно, испугается — или разозлится, — то, наверное, посмертный бонус проявится во всей его разрушительной силе.