Гадюки в сиропе или Научи меня любить (СИ) - Лоренс Тильда - Страница 157

От Эшли пахло мятой, а еще почему

то апельсином и все тем же древесным одеколоном, что и раньше. А еще он казался Керри похожим на куклу. Она не знала, почему ей пришло в голову именно это сравнение. Но он, правда, был похож на очень красивую куклу. Совсем не идеальный внешне, но в недостатках крылся секрет его шарма, особого магнетизма, если угодно.

Керри не задумывалась о том, насколько правильно в этот момент поступает, но все же решилась произнести те слова, что уже довольно приличное время крутились у нее в голове:

– Я люблю тебя, – шепнула она и замерла.

Получилось тихо, она сама с трудом услышала свое признание. Но в тот момент, когда с губ сорвались эти слова, стало легче, чем прежде. Эта тайна перестала быть тайной. Но зато девушка смогла донести её до того, кому тайна и предназначалась.

– Я тоже люблю тебя, – произнес Эшли так же тихо.

И сейчас он в правдивости своих слов не сомневался. Он искренне верил в то, что произносил. У него было достаточно времени, чтобы проанализировать все, что происходило в жизни, понять причины своих поступков, разобраться в природе чувств.

Разумеется, снова не обошлось без скандалов. У Эшли состоялся серьезный разговор с Эмили. Он окончательно дал ей понять, что не желает продолжения отношений. Бланш не смогла смириться со своей отставкой, закатила истерику. И при этом совершенно забыла о своем правиле: никогда не унижаться перед другими людьми. В тот момент она выглядела именно жалкой, а Паркер чувствовал себя порядочной скотиной, но все равно оставил девушку в одиночестве, когда она сидела на полу, размазывая по лицу косметику вместе со слезами. Слезы сами из глаз лились. Эмили хотела быть сильной, но не получилось.

– Тебе не холодно? – спросил Паркер, тем самым немного снизив градус романтики, но у него всегда рационализм был на первом месте.

На этот раз, выскочив из дома, Керри ничего, кроме футболки не надела, даже ветровку или джинсовку на плечи не удосужилась набросить. Оттого возможность замерзнуть была гораздо выше. Дождь оказался на удивление холодным.

– Нет, – отрицательно покачала она головой.

Но тут же чихнула в опровержение своих слов.

– Замерзла, – все же резюмировал Паркер. – Идем в дом?

– В твой? – на всякий случай, переспросила Керри.

В памяти вновь возник тот случай, когда она сбежала из гостиной, стоило только Эшли поцеловать её. Воспоминания вгоняли в краску, заставляли чувствовать себя неловко.

– Да.

– Пойдем, – все же ответила согласием, хотя сомневалась в правильности своего решения. – Сейчас вот только…

Она собиралась пройти вдоль забора, а потом попасть в соседний двор цивилизованно, через калитку. Не лезть через забор, как обычно делали Эшли и Дитрих, желая попасть на территорию соседнего владения.

– Обними меня, – попросил Паркер.

– Зачем? – недоуменно спросила Керри.

– Просто обними, – усмехнулся он.

Дарк послушно обвила его шею руками, и в тот же момент вскрикнула испуганно, почувствовав, как земля уходит из

под ног. В голову полезли мысли о том, что Эшли может уронить её в любой момент, и тогда они не только промокнут, но и в грязи испачкаются.

– Боже, какая ты все же трусиха, – засмеялся Эшли, подхватывая Керри на руки.

– Я боюсь высоты.

– Даже такой небольшой?

– Да.

– И скорости ты тоже боишься.

– Ты ещё помнишь об этом?

– Я помню все, – отозвался он, поцеловав девушку в кончик носа.

Керри зарделась. Она все никак не могла смириться с тем, что у нее в жизни произошли кардинальные перемены. Рядом с Паркером она всегда смущалась, не могла ничего с собой поделать. Но это было нормально. Стандартное поведение влюбленной девушки. Пока она была вместе с Куртом, любовь её оставалась невостребованной, сейчас Керри не только любила, но и была любима. Проведя параллель между двумя типами любви, она поняла, что второй ей ближе. Да, несомненно, в любви кто

то всегда отдает больше, но если он получает что

то в обмен на свою любовь, то можно считать этот союз счастливым. Когда ответного чувства нет, любовь приносит лишь страдания. Страдать девушке надоело, ей хотелось не только отдавать свою любовь, но и быть уверенной в том, что человек, к которому она испытывает теплые чувства, отвечает ей тем же.

Паркер поставил её на ноги, и она, взбежав по ступенькам, остановилась у двери.

– Твоя мама дома? – поинтересовалась, на всякий случай.

– Нет. Сегодня она на работе, – честно ответил Паркер, усмехнувшись.

Он тоже вспомнил, чем закончилась их прошлая встреча в подобной обстановке. Тогда Керри сбежала, не объяснив причин своей нервозности, и в итоге все обернулось неожиданным признанием, которое смогло поставить их с Дитрихом в тупик. Ни он, ни Ланц не ожидали той правды, что открылась им в ходе разговора с Керри.

– Ты ведь тоже сейчас редко бываешь дома?

– Практически не бываю.

– А мама знает, почему?

– Пришлось рассказать.

– И как она восприняла эту новость?

– Не сказать, что была в восторге, – признался Эшли. – Но и кричать не стала. Сказала, что главное для нее – мое счастье, так что мое решение она не осуждает. Если мне нравится играть в группе, то я могу продолжать этим заниматься, Шанталь не станет мне мешать. Она радуется моему успеху.

Керри толкнула входную дверь, поняв, что за ней никого не будет. Честно сказать, она побаивалась нос к носу сталкиваться с матерью Паркера. Все же редко можно встретить женщин, которые поддержат выбор сыновей. Чаще они остаются недовольны избранницами чад. Некоторые даже сами ищут невест своим сыновьям.

Узнав, что встреча откладывается на неопределенное время, Дарк немного успокоилась. Спокойно шагнула внутрь помещения.

– Сейчас принесу полотенце, – произнес Эшли, глядя, как с волос девушки капает вода.

– Спасибо, – благодарно откликнулась Керри.

Капли воды, стекая по шее, и забираясь под ворот рубашки, действительно, приятных ощущений не добавляли, и временами даже раздражали.

Она осмотрелась по сторонам. Многое ли изменилось со времен прежнего визита? Ничего практически. Все так же идеально чисто, как прежде. Девушка нарочно провела пальцем по перилам лестницы, ведущей на второй этаж. Ни пылинки. Эшли, как всегда, оставался в своем репертуаре. Чистота и порядок превыше всего.

Вернувшись из ванной, Паркер подал девушке чистое полотенце, приятно пахнущее кондиционером для белья с лавандовой отдушкой. Керри провела полотенцем по волосам, собирая капли воды.

– Знаешь, а у меня перед отъездом просили твой автограф, – произнесла она с усмешкой.

– Кто? – заинтересовался Эшли.

– Не поверишь. Курт.

– Какая честь, – выдохнул Паркер. – Он увлекается тяжелой музыкой?

– О, нет. Он преклоняется перед известностью, только и всего.

– Откуда он вообще обо мне узнал?

– Прочитал в «Metal Hammer», позаимствованном у одноклассника.

– Да, я совсем забыл об этом интервью, – протянул Паркер, проходя в гостиную. – Его давно брали, но напечатали недавно.

– Буквально месяц назад, – уточнила Керри. – Кстати, ты в курсе того, как к тебе относятся фанаты группы?

– Без особой любви, – отозвался Эшли.

– Не все, разумеется.

– Есть и те, кто, наоборот, от меня без ума.

– Точно. Девушки, в основном.

Подсушив волосы, девушка теперь осматривалась по сторонам, прикидывая, куда положить полотенце. После нескольких секунд сомнений все же перебросила его через руку, как обычно делают официанты.

– Девушки вообще составляют большую часть аудитории.

– Так всегда и бывает, – согласилась Керри. – Кстати, я наслышана о том, что у тебя тут есть одна особенно настойчивая поклонница. Ты все еще не можешь порвать с ней? Она никак не оставит тебя в покое?

– Эмили периодически напоминает о своем существовании. Но теперь делает это реже, чем раньше.

– Это она была с тобой в тот день, когда вы с Дитрихом ругались?