13 сокровищ - Харрисон Мишель - Страница 47

— Но почему?.. — Внезапно Фабиан почувствовал себя совсем больным. — Почему они не убегают?

— Клетки железные. Они не могут сбежать, пока я не освобожу их.

— Все это время ты знал, что на самом деле произошло с Морвенной Блум.

Уорик повесил на пояс охотничий нож.

— Все это время волосы были здесь, прямо у меня под носом. Флоренс всегда подозревала, что Морвенна достаточно хитра, чтобы оставить здесь что-то для защиты. — Уорик внимательно осмотрел локон, сложил его и сунул в карман. — Договор был заключен в лесу, где магия сильнее всего. Только там он может быть и расторгнут.

— Но уже почти полночь! — воскликнул Фабиан на грани паники.

— Время еще есть, — произнес голос, которого он не узнал.

— Ворона! — воскликнул Уорик.

Фабиан резко развернулся и увидел на краю окна три маленькие фигурки: одну мужскую, одну женскую и еще одно убогое создание с потрепанными крыльями. Говорила женщина, в платье из перьев и с точеными чертами лица. Ворона.

— Она в лесу, — сказал Уорик. — Нам нужно идти.

Ворона кивнула.

— Нельзя тратить времени даром. Но кое-что ты должен знать: Шляпа-с-Пером исчез.

— Мы со вчерашнего дня не видели его, — сказал Гредин.

Уорик поджал губы в тонкую ниточку.

— Почему ты считаешь, что можешь доверять им? — спросил Фабиан. — Почему они не в клетке?

Уорик уже выходил из мастерской.

— Они на нашей стороне.

Фабиан выбежал наружу. У него появилось странное чувство, будто реальность распадается на глазах, как если бы он оказался в какой-то другой вселенной, где ничто не было тем, чем казалось. «Мой отец не домоправитель, — оторопело думал он. — Мой отец не сторож. Мой отец — охотник на фэйри».

Уорик между тем торопливо шагал к забрызганному грязью лендроверу.

Фабиан едва успел плюхнуться на пассажирское сиденье и захлопнуть дверцу, как Уорик отпустил ручной тормоз и поехал к распахнутым воротам поместья, разбрасывая колесами гальку.

— Остается только надеяться, что мы успеем вовремя.

Когда лендровер с шумом умчался в ночь, веки Флоренс затрепетали и открылись.

«Как будто Уорик куда-то поехал», — сонно подумала она и повернулась на другой бок.

«Это невозможно, — рассуждала она. — По ночам Уорик охраняет дом и следит за лесом — но он всегда ходит пешком. Всегда».

Она медленно уплывала в сон, туда, где нет ни мыслей, ни тревог. Она устала, устала как собака. Когда ее внучка бывала в доме, она всегда засыпала с трудом. Сегодня, однако, чувствуя себя до предела раздраженной и вымотанной, она в конце концов распечатала пузырек со снотворным, которое ей прописали еще месяц назад. Высыпала на ладонь две таблетки и проглотила их, запив кружкой солодового молока.

В эту тревожную ночь она спала лучше, чем когда-либо за долгое, долгое время.

25

У Тани мучительно болело все тело. Каждая клеточка устала от непрерывной борьбы, но путы нисколько не ослабели. В конце концов она обмякла, в отчаянии привалившись к дереву. Рэд так и не появилась. Никто не появился.

— Стихи — это был хитроумный прием. Ты знала, что мы попытаемся разгадать тайну, правда?

Морвенна подошла к ней — движение, напоминавшее змею, ползущую к своей жертве.

— Конечно. Хотя я никогда не додумалась бы до этого, если бы не мой хранитель.

— Какой хранитель? — Таня почувствовала, как ею снова овладевает страх. — О чем ты?

Морвенна рассмеялась.

— У всех, родившихся с вторым зрением, есть хранитель из королевства фэйри, знают они об этом или нет. Ты, надо полагать, не знала?

Таня покачала головой.

— Эти хранители предназначены для того, чтобы защищать нас и действовать в наших интересах. В моих интересах было найти тебя.

— И кто же мой хранитель? — спросила Таня. — Почему он не действует в моих интересах?

— О, он есть, — произнес знакомый голос. — И ты была под защитой. По крайней мере, пока я допускал это.

— Ты! — прошептала Таня.

Из мрака возник Шляпа-с-Пером.

— Много же времени у меня ушло, чтобы заманить тебя сюда. Это я принес тебе стихи. Это я взял газетную вырезку из комнаты Амоса и вложил в книгу, чтобы ты ее нашла. И это я сделал так, чтобы ты постаралась сохранить компас ведьмы. Без моего вмешательства ты запросто выбросила бы его.

— Это был ты, — поняла Таня. — Тогда в автобусе. Ты хотел купить у нас компас.

— Нет, я только делал вид, что хочу купить его, — ответил Шляпа-с-Пером. — Потому что знал: тогда ты сохранишь его. Я подбрасывал тебе все эти подсказки, не сомневаясь, что ты клюнешь на них, не сможешь сопротивляться желанию разгадать тайну пропавшей девушки. Ты и твой глупенький приятель.

— Значит, именно этого вы все хотели долгие годы? Заманить меня сюда? Ради нее?

— Нет, не все, только я. Остальные защищали тебя — но я обманул их. Втерся в их компанию, сумел заслужить доверие. Сумел убедить в том, что хорошо отношусь и к ним, и к той части нашего королевства, которая называется Благий Двор. Правда, Гредин никогда полностью не доверял мне. Но я хитрее его… намного хитрее. Видишь ли, когда Морвенна покинула мир смертных, никому и в голову не пришло, что ее хранитель не последует за ней. Это был мой самый главный секрет. — Он победоносно улыбнулся. — Секрет, который приведет тебя к гибели.

— Так кто же мой хранитель? — спросила Таня.

— Гредин и есть твой хранитель, — ответил Шляпа-с-Пером. — Ворона — хранительница твоей бабушки. Оба считали, что это в твоих интересах — и в интересах Флоренс — держать тебя в неведении.

— А Мизхог?

Шляпа-с-Пером презрительно улыбнулся.

— Скажем так, твоя бабушка много лет назад спасла Мизхога от примерно такой же жалкой участи, какая постигла обитателя водостока. С тех пор он предан ей.

— Если они меня защищают, то почему не приходят?

— Потому что они в меньшинстве. И потому что уже слишком поздно, — ответила Морвенна. — Через минуту я буду свободна, а ты займешь мое место. Шляпа-с-Пером останется здесь, чтобы удостовериться, что ты не сбежала. В конце концов я обрету свободу, на которую имею полное право.

Ослепительная, раскаленная добела ярость захлестнула Таню с такой силой, как никогда прежде.

— Ты не заслуживаешь свободы!

— Что ты сказала? — обманчиво спокойно спросила Морвенна, но Тане уже было все равно.

— Ты эгоистичная и жестокая, ты не заслуживаешь свободы! — закричала она, дрожа всем телом. — Все эти годы тебя терзала ненависть. Ты обвиняешь мою бабушку, а ведь на самом деле ты сама во всем виновата. У тебя был выбор — и ты его сделала. И моя бабушка сделала выбор. Ты ушла, она осталась. Она свободна поступать так, как считает правильным. И она выстрадала свой выбор.

— Меня это не волнует! — взвизгнула Морвенна. — Мы заключили соглашение! Флоренс предала меня, струсила — и заслуживает того, чтобы быть здесь. Не я! Не я!

— Тебя это не волнует! — с отвращением воскликнула Таня. — Конечно! Почему тебя должно волновать, что за твою ошибку расплачиваются другие? Не только моя бабушка, но и Амос. То, что ты сделала, сгубило его. Но тебя это не волнует!

Морвенна тронулась с места, мелькая среди деревьев, словно призрак.

— Обмен уже начался.

Таня забилась в путах, бессильно глядя, как Морвенна исчезает из виду… и слушая, как Шляпа-с-Пером злобно высмеивает ее попытки освободиться. Ужас поглотил ее. Горячие слезы хлынули по щекам. Оберон подпрыгивал, подвывая от ужаса и смятения. Перед внутренним взором возник образ — ее фотография на объявлениях и внизу одно жуткое слово: РАЗЫСКИВАЕТСЯ.

«Не хочу быть девушкой, исчезнувшей в этом лесу. Не хочу быть очередной без вести пропавшей Тикиэнда».

Что-то зашевелилось во тьме, приближаясь неясным, расплывчатым пятном. Шляпа-с-Пером заметил его чуть раньше Тани.

Рэд.

Шляпа-с-Пером отвлекся всего на мгновение, но Оберону хватило и этого — он совершил прекрасно рассчитанный прыжок, и Шляпа-с-Пером умолк навсегда.