13 сокровищ - Харрисон Мишель - Страница 26

Посреди завтрака Таня встала и включила стоящее на подоконнике радио, чтобы послушать новости. Там было краткое упоминание об украденном ребенке и более подробное описание Рэд. Таня встревожилась. Она была не уверена, правильно ли поступает, покрывая ее. Ее раздирали противоречивые мысли. Рэд неуравновешенная, безрассудная. Безрассудные люди совершают безрассудные поступки. Опасные поступки. А вдруг она не сдержит слово и попытается проникнуть в дом? И в то же время она была единственным известным Тане человеком, обладающим теми же способностями, что и она сама. Обе девушки пострадали от рук фэйри, но Танины неприятности теперь казались ерундой по сравнению с тем, что выпало на долю Рэд.

Она выключила радио в середине прогноза погоды, который предсказывал летнюю грозу, и уныло смотрела на свой скучный завтрак, когда на кухню спустился Фабиан. Не говоря ни слова, он взял коробку с кукурузными хлопьями, запустил руку внутрь, вытащил горсть хлопьев и сунул их в рот.

— Фабиан! — возмущенно воскликнула Таня. — Неужели нельзя взять тарелку, молоко и ложку?

— Так вкуснее, — пробормотал Фабиан с набитым ртом.

Он повернулся, чтобы уйти, и тут Таня заметила на его виске синяк, резко выделяющийся на фоне бледной кожи.

— Откуда у тебя это? — спросила она. — Что с твоим лицом?

— Ничего, — опустив взгляд, угрюмо ответил Фабиан. — Упал.

— Упал?

— Да, упал, и что?

Таня прищурилась, но больше ничего не сказала.

— Ох, и спасибо, что починила мою футболку, — неожиданно добавил он, и Таня почувствовала, что он жаждет сменить тему разговора. — Стежки такие аккуратные. А ты еще говорила, что не умеешь шить.

— Не умею, — недоуменно ответила Таня. — Я не чинила ее.

За стеклами очков глаза Фабиана от удивления стали как у совы.

— Тогда кто? Флоренс говорит, это не она. И уж конечно не Уорик.

Уголком глаза Таня заметила, как невероятно длинные пальцы феи камина обхватили корзину с углем, и послышался легкий вздох. Таня с подозрением посмотрела на нее. Та мгновенно спряталась. Катушка зеленых ниток покатилась по камину, но тут же исчезла, схваченная быстрой рукой.

Таня повернулась к Фабиану и пожала плечами. Она не верила, что эту работу сделала фэйри, — даже если никакого другого объяснения не было.

— Как бы то ни было, нам нужно поговорить, — сказал Фабиан.

Забыв о фее камина, Таня смотрела на синяк у него на виске.

— О чем?

— О том, что мы обсуждали вчера, — о новом походе в лес.

— А, это…

Энтузиазма Таня не испытывала и не сумела скрыть этого.

— Нужно все хорошо организовать, — продолжал Фабиан. — Взять с собой кое-что. Теплую одежду, карту, фонарь, компас, еду и воду…

— Еду и воду? Я не собираюсь устраивать пикник!

— И я тоже, — сказал Фабиан. — Просто на тот случай, если мы снова заблудимся. Я уже раздобыл фляжку, карту и фонарь, так, может…

— Подожди-ка, — прервала его Таня. — Зачем нам фонарь? Мне на ум приходит только одно объяснение. Надеюсь, это не то, что ты задумал? — Его молчание подтвердило ее подозрения. — Ты что, всерьез? Я не пойду в лес ночью!

— Тише!

— Ладно, но я все равно не пойду!

Ноздри Фабиана затрепетали от раздражения.

— Послушай, я и сам не в восторге от этой идеи. Но, если ты заметила, Уорик вчера почти не спускал с меня глаз, как будто знает, что мы затеваем что-то. У нас есть один-единственный шанс — уйти, когда он не следит за мной. А единственное время, когда он не следит за мной, это когда он спит. — Он бросил на Таню сердитый, но полный отчаяния взгляд. — Я должен узнать, что произошло. Должен. Если ты отказываешься, так и скажи. Если же нет, не будем терять времени даром.

— А если мы выясним, что твой дедушка сделал… сделал что-то с Морвенной Блум? — спросила Таня. — Ты подумал, как ты будешь себя чувствовать? Сейчас ты живешь, ничего такого не зная. Может, лучше, чтобы все так и оставалось?

Она тут же пожалела о своих словах, увидев в глазах Фабиана выражение муки.

— Я, наверное, согласился бы с тобой, если бы мы не видели ее… или кто там был в лесу, так похожий на нее, — еле слышно сказал он. — Я не могу просто забыть. Уж лучше узнать все наверняка, чем воображать невесть что. Что бы ни произошло, не может быть ничего хуже неизвестности.

Таня прикусила губу. И хотя все в ней противилось этому, она услышала, как говорит:

— Ну… ладно… Я пойду с тобой.

Лицо Фабиана осветилось, и она поняла, что поступила правильно, хотя в глубине души оставалась при своем мнении.

— Когда?

— Сегодня вечером, — очень серьезно ответил Фабиан.

Таня впервые оказалась в комнате Фабиана. Обычно он никого туда не пускал, и теперь стало ясно почему. Его комната была похожа на некий гибрид научной лаборатории и маленького музея. На столе у камина, среди вороха бумаг, исписанных неразборчивым почерком Фабиана, стоял огромный глобус. На полках громоздились черепа и зубы животных, стояли толстенные книги по самым разным научным дисциплинам. О некоторых Таня имела хоть какое-то представление, но были и такие, о которых она никогда даже не слышала.

Имелись тут подробные зарисовки и диаграммы и странное увеличительное устройство, которое Таня видела у Фабиана в первый день ее пребывания в поместье. Она с отвращением заметила стакан молока, стоящий здесь так давно, что молоко начало превращаться в сыр, — результат то ли эксперимента, то ли неаккуратности Фабиана.

В углу комнаты стоял человеческий скелет в натуральную величину, который, наверное, наводил бы ужас, не будь на нем школьного галстука и пиджака Фабиана.

— Он же не настоящий? — спросила Таня.

— Пластиковый.

— Где ты его достал?

— В школе. Теперь, что касается карты…

— Ты же не украл его, правда?

Таня с трудом подавила смех, представив себе Фабиана, утаскивающего скелет, полностью одетый, чтобы можно было выдать его за настоящего человека.

Ноздри Фабиана опять затрепетали — как всегда, когда его что-то раздражало.

— Он нужен мне для одного проекта. Теперь минуточку помолчи и послушай.

Он взял карту и развернул ее. Отодвинув в сторону грязный носок, Таня села на кровать.

— На этой карте изображен лес Висельника и его окрестности. — Фабиан показал на церковь и Тикиэнд. — Входы в катакомбы ясно обозначены. Вот где мы вошли в лес. — Он постучал пальцем по поляне около ручья. — Вот первый провал, на который мы наткнулись, видишь? Тот, большой. Девушку мы видели около вот этого, поменьше. На самом деле он совсем недалеко от первого, но в тот день мы заблудились и, наверное, ходили кругами, поэтому казалось, что он далеко. Мы должны пройти тем же путем, с картой это будет легче. Я собрал все, что нам понадобится, кроме компаса, но у Уорика он есть, и, значит, мне просто нужно придумать способ…

— У меня есть компас, — сказала Таня, вспомнив о подарке цыганки.

От мысли о том, какое это странное совпадение, на душе заскребли кошки.

— Ты имеешь в виду то барахло, которое тебе подарила Безумная Мораг? — Фабиан закатил глаза. — Ладно. Может, он и сгодится, если я не доберусь до компаса Уорика. Пока никого нет поблизости, я спрячу рюкзак в саду, а ты принеси компас. Может, я смогу починить его.

— Может, это все же не такая уж хорошая идея…

Фабиан вперил в нее твердый взгляд.

— Уж не собираешься ли ты снова передумать?

Таня неловко поерзала.

— Нет… Просто, ну, я слышала прогноз погоды на сегодняшний вечер. Обещают грозу. Может, отложим?

Фабиан покачал головой.

— Нет. Эти прогнозы не всегда сбываются. К тому же гроза может сработать в нашу пользу.

— Почему?

— Потому что никому — даже Уорику — не придет в голову, что мы можем удрать в лес в такую погоду. Даже если он догадывается, что мы затеваем что-то, то решит, что гроза отпугнет нас.

Таня молча обдумывала его слова. В некотором роде они имели смысл, хотя от этого ей легче не стало.