Хранитель сада - Андерсон Кэролайн - Страница 25

Джорджия улыбнулась и покраснела.

— Верно. Это был хороший дизайн. Мне очень понравился ее сад.

— Моя дорогая, вы бы посмотрели на него сейчас! Чудесный. Все очень красиво выросло. Я с удовольствием расскажу ей, что виделась с вами. — Дама взяла Джорджию за руку и обошла вокруг роз. — А чем вы занимались с того времени?

— Ну, все тем же дизайном.

— Получили еще какие-нибудь награды? Джорджия рассмеялась.

— Не такие, как та. Правда, я буду представлять сад на будущий год в Челси, компания Мэтта спонсирует, и мы позаимствуем отсюда павильон, партер, фонтан и бордюр из роз. Дизайн еще не закончен, но работа идет.

— Я обязательно поеду посмотреть. Всегда бываю на открытии и в День участников. Гораздо интереснее без посетителей, вы так не думаете?

Джорджия, которая лишь раз получила привилегию побывать там без посетителей, согласилась.

Миссис Драгоценности помахала рукой с другой стороны сада, подзывая их.

— А вы знаете, что у этой странной розы цветки двух разных тонов — спросила она.

— Да. Это роза Йорк и Ланкастер. Ее так назвали, потому что в ней на одном кусте соединились розы двух родов Тюдоров: Йорка и Ланкастера, что символизировало мир между ними. Правда, эта роза не особо эффектная!

Они посмеялись над умелым описанием довольно невзрачного куста, а потом пошли в дом выпить чаю и посмотреть предварительные наброски Джорджии для Челси, а также Красную книгу. Миссис Гривз старалась втолковать дамам, что они находятся в компании известной персоны, смущая Джорджию похвалами и расспросами.

— Не хотите ли посмотреть студию? — спросила она.

Конечно, они согласились и с чашками в руках через двор отправились в сарай.

Джорджии потребовалась масса времени, чтобы снова вывести их оттуда. Им было интересно все, а дама в драгоценностях оказалась бывшим художником-графиком с неплохим вкусом. Это доказывает, что нельзя судить о человеке по одежке, строго сказала себе Джорджия.

Обед был еще удачнее ленча. Не расходились почти до двух часов утра.

Когда гости наконец удалились на ночлег, Мэтт проводил Джорджию в коттедж.

— Большое спасибо, — мягко поблагодарил он. — Им действительно понравилось.

Джорджия подумала, что и ей тоже. Как ни странно. То ли Мэтт оказался хорошим хозяином, то ли его признательность сделала для нее день интересным. И она ощутила себя частью происходящего, хотя в действительности таковой не была.

— Я тоже получила удовольствие, — честно сказала она.

Он ласково обнял ее, потом нежно поцеловал долгим поцелуем и отпустил с явной неохотой. Как странно закрывать за ним дверь после такого вечера, подумала Джорджия. Им следовало бы лечь вместе в постель...

Может быть, он просто не хочет ее компрометировать перед гостями?

— Было очень приятно познакомиться с вами, моя дорогая. Я расскажу Клодии, что вы собираетесь в Челси. Она будет в восторге!

— Обязательно передайте мой привет, хорошо? Мне также хотелось бы иметь фотографию сада, если возможно. Сейчас дам вам свой адрес...

Миссис Гривз засмеялась.

— Все в порядке, дорогая. Теперь он известен. Джорджия не успела возразить, как та села в машину рядом с мужем и помахала на прощанье.

Они смотрели, как разъезжаются гости, потом Мэтт взглянул на Джорджию и заулыбался.

— Блестяще. Четыре счастливые пары, огромная реклама. Возможны некоторые продажи.

— Думаю, Джон и Анжела хотят купить один, верно?

— Да. И мистер Гривз. Не знаю, как остальные, но считаю, с твоей стороны было гениально привезти дам на фабрику. Я бы до этого не додумался. Полагаю, женам интересно, на что уплывут немалые деньги из семейного сундука.

Если сундуки очень глубокие, то это не имеет значения.

— Честно говоря, женщины скорее беспокоятся о безопасности таких игрушек.

Мэтт рассмеялся, и в уголках его глаз образовались морщинки.

— Неужели? — поддразнил он. Потом сунул руку в карман, вытащил длинную узкую коробочку и протянул ей. — Прими с любовью.

Она подозрительно посмотрела на коробку.

— Что это?

— Маленькая благодарность за все, что ты сделала в этот уикенд.

Ей не нужна благодарность, ей нужно гораздо большее. Да, она хочет быть его женой. Ошеломленная этим открытием, Джорджия взяла коробочку и открыла ее.

Внутри на белом атласе лежала прекрасная золотая ручка, такая, какими пользуются в черчении и графике, необыкновенно высокого качества и с ее выгравированным именем.

К глазам подступили слезы. Она подумала, что это часы или ожерелье или что-нибудь безвкусное. А оказался прекрасный подарок, действительно нужный ей, но все же не то, чего она хотела. Правда, сказать ему об этом невозможно, когда он вот так стоит и смотрит с надеждой, хоть и немного неуверенно.

— Чудесный подарок, — честно признала она. — Спасибо. Не надо было делать это.

— Знаю. Ты помогла бы только из любви. — Мэтт улыбнулся, и Джорджия спросила себя, знает ли он, насколько близок к истине.

Она отвела глаза, вдруг налившиеся слезами, и сделала вдох, чтобы успокоиться.

— Итак, что теперь? — спросил он.

— Поеду за детьми, сделаю для них все, что положено мамочке, а днем устроим праздник Джо. Отправимся с его друзьями в «Роллер Мэджик» за бургерами, булочками и сломанными щиколотками.

Мэтт рассмеялся.

— Ты сошла с ума. Хочешь, я помогу тебе в этом деле?

— Думаю, ты будешь занят, — заметила она, стараясь отговорить его, но он не поддавался. Проклятье. Теперь ей придется быть с ним весь день, он будет играть перед мальчиками роль настоящего мужчины и травить ей душу.

Только этого ей и не хватало!

Мэтт блистательно держался с мальчиками. Джорджия, которую даже ради спасения жизни нельзя было бы поставить на ролики, сидела в стороне с чашкой кофе и с трепетом наблюдала, как он носится с ними, учит, как поворачивать и ехать назад, как подпрыгивать, как кружиться... Где он всему этому научился? Мальчишки были, конечно, в восторге и бурно протестовали, когда Мэтт, покачав головой, медленно поехал к ней и, бездыханный, свалился на другой стул. На лбу у него блестели капельки пота, он вытер лицо о рукав и улыбнулся.

— Давно я так не веселился, — со смехом произнес он.

— У тебя здорово получается, — признала Джорджия.

Мэтт покачал головой.

— Не так, как я делал это раньше, чтобы произвести впечатление на девочек.

Он вытянул ноги, закинул руки за голову и стал наблюдать за детьми, а Джорджия тайком наблюдала за ним. Он был таким живописным, что на него нельзя было не смотреть!

Другие женщины тоже смотрели на него, что наполнило ее гордостью собственника, пока она не вспомнила, что не имеет права на подобные чувства.

— Кофе? — спросила она, резко поднявшись.

— Чего-нибудь холодного. Но я схожу.

Он встал и подъехал к прилавку, а Джорджия степенно пошла за ним. Продавщица стала с ним флиртовать, и Джорджии захотелось выцарапать ей глаза.

Ее это потрясло.

— Когда вы будете поить свою компанию чаем? — спросила девушка у Мэтта, и он вопросительно повернулся к Джорджии.

Девушка моргнула, как будто только сейчас заметила присутствие Джорджии.

— Минут через двадцать, — ответила она.

— Прекрасно. — Девушка снова улыбнулась Мэтту, опустив ресницы.

— Я думал, что уже слишком старый для таких взглядов, — хихикнув, пробормотал он, когда они возвращались к столику.

— Это потому, что ты ведешь себя как мальчишка, — заметила Джорджия противным голосом.

— Ой-ой-ой, — сказал он нараспев. — Мы рассердились?

— Понимаешь ли ты, как часто мне приходится выслушивать, что Мэтт сделал это, Мэтт сделал то, Мэтт, Мэтт... Джо без конца твердит о тебе, а ты... ты — воображала! — выпалила Джорджия, притворившись сердитой. Или она не притворялась?

Ей стало смешно от собственной ревности. Она пыталась изо всех сил сохранить строгое лицо, но он выкатил глаза, стал хихикать и свел на нет ее усилия. Через несколько мгновений мальчишки снова утащили его поиграть, а она потягивала кофе, наблюдая за ним, и сочувствовала официантке... и себе.