Прикладная некромантия - Пьянкова Карина Сергеевна - Страница 68

Суть мысли я уловил. И мне даже стало страшно.

— Ну в целом ты прав, будет…, но оно-то нам и надо, собственно говоря. Светлые заклинания сметет подчистую. Чтобы плотина рухнула, достаточно и небольшой бреши, — оптимистично сказал Рем.

Как мне все это не нравилось!

— Ты чокнутый. Нас тоже сметет.

— Не факт. — Староста пожал плечами. — Выбора-то все равно нет. Не бросать же Ялли. Что, рискнем?

— Твою мать… — с чувством произнес я. Это походило на самоубийство. — Рискнем.

— Рискнем, — кивнул Анджей, криво усмехнувшись. — Не такое проворачивали! А смерть… Мы некроманты, рано или поздно все равно с ней свидимся!

И тут нас грубо прервали:

— Эй! Что вы тут делаете?

Ребята вздрогнули. А я выругался. Я узнал этот голос. Это был тот поганец, который едва не попался мне в подземелье! И у него было лицо Сандера, старшекурсника-светлого. Того самого, которого я считал лояльным к нашему факультету. Как выяснилось, зря.

— Привет, Сандер, — протянул я. — Ты у нас, оказывается, любишь по ночам гулять по катакомбам. И помогать приносить в жертву студиозусов. Жизнь — это, конечно, достойная плата. Но уж точно не за такое.

Светлый попытался что-то ответить. Но вдруг захрипел, хватаясь за горло, свалился на пол и задергался. Ребята за спиной испуганно ахнули, и я услышал, как участилось биение их сердец. Сам я смотрел на задыхающегося студиозуса с удовлетворением. Госпожа наша мудра, милостива и порой может прислушаться к просьбам. А я мало кому желал гибели столь сильно. Я просил Карающих о праве убить, но сам бы сделать это не сумел, а мог лишь попросить Ее. Она же сочла наказание соответствующим вине.

Через минуту Сандер перестал дергаться.

— Воздаяние по заслугам, — дрожащим голосом произнес Анджей.

Мне не пришлось ничего объяснять. Ребята старались не смотреть на труп, а занялись делами более насущными. Меня могли вот-вот хватиться, и нужно было еще начертить нормальную фигуру, которая хотя бы отчасти работала.

— Келе, заклинание с тебя. Мы только на подхвате, — «осчастливил» ко всему прочему Рем.

Брать именно на себя ответственность за все не хотелось. Было жутковато. Сделаю что-то не так — и все пойдет прахом… И друзья умрут… Труп Сандера тоже не настраивал на позитивные мысли.

Правильно ли обменивать одну жизнь на три, а то и больше?..

Хотя я не прав. Ректор успел убить уже многих. И наверняка количество жертв не ограничилось только моими друзьями. Если спасти Ялли, то, может быть, это помешает этому подколодному гаду убивать и дальше…

— Э… Рем, ты умнее!

Он отмахнулся:

— Ты лучше как практик. У тебя работает даже то, что не должно было работать в принципе! Нам нужно нечто, что приведет в это стерильное место нашу силу. Чтобы здесь даже камни заплакали!

Камни заплакали… Я закрыл глаза. Тут не хватит изученного за три курса… Нужно заклинание высшего порядка. Что-то из того, чему обучала меня бабушка Гира. Декан бы умер от шока, узнай, какого рода заклятия знает моя семья.

— Я не буду этого делать, — веско сказал я, глядя на Рема в упор. Тот растерялся и попытался было возразить.

— Один не буду, — пояснил я. — Не смогу. Сил не хватит. Мы втроем проведем обряд. Древний обряд… И смерти здесь будет столько, что сама Жизнь испуганно отступит в сторону, наблюдая за величием своей сестры. А уж Свет — так просто отпрыгнет.

Ребята переглянулись. На их лицах я прочел закономерное недоверие: еще бы, студиозус третьего курса — и говорит о таком.

— Не забывайте, кто мои мать и бабка. Семейное наследство, — пояснил я. — Не спрашивайте. Просто помогите.

— Поможем, — заверили ребята. — Мы справимся.

Что ж… Если не справимся, будет уже все равно. Даже мое специфическое бессмертие не поможет, если я не удержу то, что попросил у нашей Госпожи… Она всегда отсыпает мне своих милостей щедрой рукой, и полученное часто бывает куда больше просимого.

Декан факультета некромантии — после четверти часа спора с ректором — понял одну пренеприятную вещь: студиозус под шумок успел удрать с места событий. Куда и зачем, понять было легко. Оболтус решил вытащить свою подругу, пока старшие препираются. Если бы этот невероятно сильный мальчишка обладал знаниями, достаточными, чтобы свободно орудовать в этой обители Света! Но чего ждать от недоучки? Радовало лишь то, что остроухий мальчик пришел в относительную норму и чудовищная сила оставила его. Иначе в запале Эльдан разнес бы всю Академию и все селения на несколько десятков лиг окрест.

Впрочем, из наблюдений за талантливым и все-таки слишком бестолковым студиозусом глава факультета понимал: даже при нормальном магическом потенциале он собственными силами вполне способен устроить небольшой катаклизм. Из исследовательского интереса. А уж ради спасения друга он может устроить катаклизм большой.

Айаллэ тоже завертел головой, заметив, что воспитанник, не так давно столь эффектно возникший, успел исчезнуть.

То, что заметили двое, тут же заметили все. В том числе и ректор.

— Где студиозус Эльдан? — тут же поинтересовался он.

— Не поздновато ли всполошились, милорд ректор? — протянул Карающий Халдрид с издевкой. Он смотрел на светлого мага с откровенным вызовом. — Боюсь, что сейчас этот предприимчивый молодой маг уже планирует, как разобрать корпус по камушку, чтобы добраться до своей одногруппницы.

Ректор пошел красными пятнами:

— Здесь нет никакой «его одногруппницы»!

— Бесполезно, Келлис. Вина уже доказана, — неожиданно спокойно и безо всякого выражения сказал Халдрид. — Вы применили магию во зло ради своей выгоды. Вы причинили смерть многим. Вы посягнули на власть Карающих. Наказание за это — смерть.

— Приговор вынесен, — подхватил его напарник.

— И будет исполнен без промедления, — произнесли оба Карающих, будто были одним человеком.

Муарр торжественно кивнул. Судьба главы Академии была решена. Что бы он ни делал теперь, что бы ни делали другие — ничего изменить было нельзя. Некромант слишком хорошо знал Карающих. Вынесенный приговор будет исполнен. Даже если погибнет эта пара — придут другие и закончат.

Однажды Карающие уже интересовались милордом Келлиссом, только не успели вынести приговор. Слишком поздно поняли, кто стоит за преступлениями. Да и слишком беспечны были, слишком кичились силой, которую получили. Так стало на двух Карающих меньше…

Келлис улыбнулся. Через мгновение улыбка превратилась в оскал. Оскал бешеной собаки.

— Чтобы исполнить приговор, нужно иметь силу. А здесь у вас ее нет. В Академии вам не удастся использовать свою власть.

— Как ты заговорил! — подал голос Муарр. Он наклонил голову набок и разглядывал ректора, как разглядывают редкое, но до тошноты мерзкое насекомое. Перед тем, как раздавить.

Никогда полноватый, внешне столь неказистый и жалкий декан не выглядел столь внушительно и жутко.

— Твоя смелость более походит на глупость. Считаешь, что в этих стенах ты всесилен?

Слова падали мерно и бесстрастно, словно капли, которые неспешно разрушают камень.

— Ты будешь это оспаривать? — На лице Келлиса прорезалась пренебрежительная ухмылка. — Забыл, чем ты мне обязан, слизняк?! Думаешь, если полетит моя голова, твоя останется целой только потому, что ты решил изобразить из себя добропорядочного мага?

Смех декана был тихим и от этого еще более жутким.

— Ты еще глупее, чем я представлял… До сих пор думаешь, Келлис, что рядом с тобой находился твой верный прихвостень? — Муарр уже глумился.

Тело его словно бы замерцало и начало расплываться. Через несколько мгновений вместо похожего на раздувшийся шарик почтенного некроманта стоял рослый, поджарый, как волк, мужчина. Лицо его было подобно тем, какие обычно изображают на монетах. И только само выражение лица не изменилось ни на гран.

Вызов.

Издевка.

Ярость.

Злорадство.

— Ты?! — одновременно выдохнули ректор и Халдрид с Тейнором.