Царствуй на страх врагам! «Прогрессор» на престоле - Махров Алексей - Страница 32

Так что сейчас Мишкин взял шефство над своими младшими кузенами и весь день активно посвящал их в таинства свежеполученных познаний. Поэтому Вилли-младший и Фриц где-то даже расстроены началом обеда. Им еще так много нужно было спросить, узнать и понять у такого взрослого и солидного «господина кадета», а тут…

За столом Моретта дуется и шепотом выговаривает мне, что я ее совсем забыл, что она мне не нужна и хотя она знала об этом всегда, но все же надеялась, а вот теперь… Короче говоря, исполнять совет Фрица мне придется начинать уже нынешней ночью, причем со всем прилежанием, иначе она так и будет дуться… Ну да ладно: где наша не пропадала!

Глава 14

Рассказывает Илья Дорофеев

(Владимир фон Шенк)

На втором году активной боевой деятельности Ирландской республиканской армии самодеятельность, наконец-то, закончилась. Российская империя не только накачала военную мышцу, но и создала достойную разведку, обросла агентурой, приступила к плановому ведению «диверсионного хозяйства». Мне поступили четкие приказы, новые средства ведения войны — крупнокалиберные пулеметы и снайперские винтовки, гранатометы и минометы, прибыла еще одна группа инструкторов и боевиков — специалистов по групповому оружию.

Что интересно — дипломаты России и Великобритании, сидя в Париже, ведут мирные переговоры, а на Британских островах царит настоящая массовая истерия. Победоносное выступление русской армии и флота вызвало в Англии ожесточенный зубовный скрежет. Да, пинок гордые бритты получили смачный. «Ястребы» с пеной у рта орали с трибуны парламента, газеты выли на разные лады, требуя всего и сразу. В первую очередь — поставить на колени обнаглевших русских варваров. Все это напоминало вакханалию, творившуюся в прессе и Конгрессе США перед Карибским кризисом. Эх, ешкин дрын, недодавили мы тогда… Чертов кукурузник на попятную пошел. А сейчас — хер вам, господа! На императора Николая где сядешь — там и слезешь! И для самых крикливых есть отличное лекарство — мягко досылаемое затвором в патронник. Впрочем, бегать за каждым, стрелять, проводить контроль… Тяжелая работенка, несовместимая с рациональной организацией труда. Как нас учили старшие товарищи в разведшколе ГРУ? Бить в самые уязвимые точки!

Где вся эта воинствующая шушера собирается? В своих клубах, салонах, пабах. Что стоит пробраться туда под видом обслуги и разложить толовые шашки. А эти милые английские домики так смешно складываются после взрыва — и хоронить никого не надо! Но это все тоже мелко! Вскоре одна интересная дата будет отмечаться — пятое ноября, празднование чудесного избавления короля Якова, и все интересующие нас фигуранты соберутся в одном месте…

…Традиционный, проводящийся перед каждой сессией парламента осмотр Вестминстерского дворца йоменами прерывается самым бесцеремонным образом. Из черноты темного угла большого зала бесшумно появляются расплывчатые фигуры. Призраки? Нет — звучит несколько негромких хлопков, и стражники валятся, заливая кровью истертые плиты. Над распростертыми на полу зала заседаний телами мгновенно возникает страшная фигура «безликого» с белой повязкой на руке и револьвером, «украшенным» толстой трубкой глушителя. Боевик привычно делает «контроль» и снова исчезает среди теней. Двадцать минут — и в здании не остается живых охранников.

Бойцы ИРА споро заносили доставленные на барже по Темзе ящики мелинита. Вот и пригодился накопленный изряднейший запас взрывчатки и не имеющие аналогов средства взрывания. К реализации плана я приступил с особым цинизмом — здание Вестминстерского аббатства вкупе с Биг-Беном является историческим памятником, гордостью англичан и визитной карточкой Лондона. Вот и получат, суки, от всей широты русской души новое украшение набережной — развалины всемирно известного комплекса. Снесем все на хер, чтобы, ешкин дрын, до седьмого колена помнили, твари! Пришлось напрячься, вспоминая положения «Руководства по подрывным работам» и формулы расчета потребного количества ВВ. До трех часов ночи распределяли у несущих стен и соединяли детонирующим шнуром заряды. Что я, что бойцы уломались по полной. Но оно того стоило.

Ровно в полночь, когда вокруг парламента собралась изрядная толпа и запылали первые чучела Гая Фокса, [63]из-под земли раздался глухой удар и, окутавшись клубами пыли, башня Биг-Бена рухнула на самое большое скопление народа. Стены аббатства, на протяжении многих веков успешно противостоящие времени, сложились, как карточный домик. Пороховой заговор [64]получил логическое завершение.

…Военный корабль — это единение брони, мощных орудий и хорошей мореходности. Из истории известно, что вывод стальной махины из строя, не говоря уже об утоплении, представляет собой далеко не тривиальную задачу. Но насколько корабль защищен снаружи, настолько же он беззащитен изнутри. Когда в полыхающей топке котла самый обычный на вид кусок первоклассного кардиффа внезапно взрывается, разнося паровые трубки и глуша команду кочегаров, это страшно, но почти не сказывается на боеспособности — на корабле может стоять до двадцати котлов. И потеря одного — всего лишь досадная помеха. Да, в походных условиях котел не восстановить, но в базе есть ремзавод и запас котельных трубок. Хотя после русской взрывчатки товарища Горегляда помочь может только капитальный ремонт.

Однако «угольная мина» не одна — раз за разом гремят в топках взрывы. И вот уже потерявший ход и безвольно раскачивающийся на волнах броненосец становится обузой для всего отряда. И буксировать тяжело, и бросить нельзя. И он такой не один — аналогичные диверсии происходят почти на каждом корабле эскадры, — ведь бункеровались они в одном порту. Кому-то везет больше — отделываются всего парой котлов, кто-то почти полностью лишается хода. Проверка запасов топлива ничего не дает — фальшивый уголек выглядит, как кардифф, пахнет, как кардифф, и по весу не отличается. Можно посоветовать пробовать каждый кусок на зуб. Если зубов хватит… Эскадра, идущая с «дружественной» миссией в Сингапур, застревает на Фолклендах.

Новинок удостоились и мои излюбленные английские железные дороги. Оригинальное приспособление, придуманное белорусскими партизанами во время Великой Отечественной, безотказно действует шестьюдесятью годами ранее — «партизанский клин» [65]стабильно отправляет поезда под откос. Самое приятное заключается в том, что следов диверсии не остается. Их просто не рассмотреть под грудой хлама, в который превращается эшелон.

После практических упражнений с подрывом стволов морских орудий на заводах Армстронга нашего пристального внимания удостоились другие предприятия военной промышленности — заводы Виккерса и Уитворта. Сколько времени уходит на изготовление одного пушечного ствола? Слово «много» относится к правильному ответу. А на изготовление специализированных станков? «Очень много» дополняется не менее существенным: «И очень дорого». Заряд в металлической оболочке легко превращает достижение инженерного гения в груду металлолома. Достаточно положить фугас на станину и поджечь фитиль запального шнура. После нашего недружественного визита проще построить предприятие заново, чем мучиться с ремонтом.

Да, господа Армстронг, Митчелл, Виккерс и Уитворт были очень возмущены. Требовали голову командующего ИРА, погашения убытков государством, охраны предприятий войсками, карательных операций… Вот только они забыли, что никакие деньги, как, впрочем, и жадность, не делают фабриканта пуленепробиваемым. Пришлось эффектно напомнить — началась охота на оружейных фабрикантов.

А до кучи мы решили разобраться со всеми, кто кует меч Британской империи, — высококлассными инженерами, квалифицированными рабочими и в особенности с изобретателями. Послезнание без проблем позволило выбрать несколько сотен человек, чьи действия в будущем помогут Англии сохранить и преумножить славу «Владычицы морей». Ну, мы ведь не звери — для начала всем занесенным в проскрипционные списки делалось предложение сменить страну пребывания на расположенную несколько восточней Британских островов. К сожалению, добрым увещеваниям вняли считаные единицы. Среди них Уильям Уайт [66] и Джон Айзек Торникрофт. [67]Остальные, видимо, сочли, что климат туманного Альбиона подходит им больше, нежели континентальный. В итоге вскоре газеты украсились некрологами о скоропостижной смерти в результате передозировки свинца в организме блестящих математиков и преподавателей Йоркширского научного колледжа Барра и Струда, великолепных инженеров-изобретателей Парсонса, Максима, Норденфельда, талантливых кораблестроителей Рида, Ренделла, Ярроу и многих других…