Каин и Авель - Арчер Джеффри - Страница 45

Авель осторожно приблизился к клетчатому пиджаку.

– Вы спрашивали меня, сэр?

– Конечно, спрашивал, – сказал тот с сильным южным акцентом. – Меня зовут Дэвис Лерой, а это моя дочь Мелани.

Глаза Авеля тут же перестали смотреть на Лероя и встретились с парой самых зелёных глаз, которые он когда-либо видел.

– Я наблюдаю за тобой последние пять дней, Авель, поскольку в тебе есть класс, настоящий класс, а я всегда ищу только таких. Элсворт Стэтлер оказался полным дураком, что не перехватил тебя сразу, как увидел.

Авель внимательнее присмотрелся к Лерою. Его лиловые щёки и двойной подбородок не оставили у Авеля сомнений в том, что этому мужчине явно ничего не сказали про сухой закон, а пустые тарелки объясняли, как у него появился такой надутый живот; однако ни имя, ни лицо ничего не говорили Авелю, – а ведь обычно он знал всё о клиентах, которые сидели во время обеда в Эдвардианском зале за его тридцатью семью столиками. В тот день в зале сидели двое неизвестных, и мистер Лерой был одним из них.

– Я не из тех мультимиллионеров, – продолжал южанин, – которые обязательно должны сидеть за угловыми столиками, когда они приходят в «Плазу».

Авель был задет. Клиент не должен разбираться в относительной привлекательности разных столиков.

– Но дела мои обстоят неплохо. В самом деле, Авель, мой лучший отель вполне может однажды достичь такого же уровня, как и этот.

– Уверен, что так оно и будет, сэр.

Лерой, Лерой, Лерой. Это имя ничего ему не говорило.

– А теперь позволь мне пояснить кое-что, сынок. Главному отелю моей сети нужен новый помощник управляющего, который отвечал бы за рестораны. Если тебе это интересно, заходи ко мне в номер после смены.

Он вручил Авелю дорогую визитную карточку с тиснением.

– Благодарю вас, сэр, – Авель посмотрел на карточку: Дэвис Лерой, Ричмондская сеть отелей, Даллас. Ниже был напечатан девиз: «Каждый день – новый отель в новом штате». Имя всё равно было неизвестно Авелю.

– С нетерпением буду ждать тебя, – улыбнулся общительный техасец в клетчатом пиджаке.

– Благодарю вас, сэр, – сказал Авель. Он улыбнулся Мелани, чьи глаза так и остались невозмутимо зелёными, и вернулся к Сэмми.

– Ты что-нибудь слышал о Ричмондской сети отелей, Сэмми?

– Да, конечно, мой брат когда-то работал младшим официантом в одном из них. В ней то ли восемь, то ли девять отелей по всему югу, а владеет ею какой-то придурочный техасец, но я не помню его имени. А тебе зачем?

– Да просто так, – сказал Авель.

– У тебя ничего не бывает просто так. А чего хотел этот, за столиком номер семнадцать? – поинтересовался Сэмми.

– Ворчал по поводу шума с кухни. Не могу сказать, что виню его.

– А что прикажете мне делать – посадить его на веранде? Что этот тип о себе думает? Что он, Джон Рокфеллер?

Авель предоставил Сэмми считать деньги и ворчать, а сам как можно быстрее убрал со своих столиков. Затем отправился к себе в комнату и стал проверять Ричмондскую сеть. Несколько звонков по телефону, и его любопытство было удовлетворено. Сеть оказалась частной компанией и включала одиннадцать отелей, самым впечатляющим из которых был один, класса «люкс», на триста сорок два номера. Находился он в Чикаго и назывался «Ричмонд Континентал». Авель решил, что ничего не потеряет, если зайдёт в гости к мистеру Лерою и Мелани. Он посмотрел, в каком номере остановился мистер Лерой. Номер 85 – лучший из тех, что не «люксы». Авель прибыл незадолго до четырёх и с огорчением обнаружил, что Мелани в номере отца не было.

– Рад, что ты заглянул ко мне, Авель. Садись.

Авель сел как гость – впервые за всё время его работы в «Плазе».

– Сколько тебе платят? – поинтересовался мистер Лерой.

Неожиданный вопрос застал Авеля врасплох.

– Я получаю двадцать пять долларов в неделю вместе с чаевыми.

– У меня начнёшь с тридцати пяти в неделю.

– А какой отель вы имели в виду? – спросил Авель.

– Если я разбираюсь в людях, Авель, ты сбежал со своего поста в три тридцать и тридцать минут потратил на то, чтобы выяснить, какой. Я прав?

Этот человек начинал нравиться Авелю.

– «Ричмонд Континентал» в Чикаго? – предположил он.

– Я был прав относительно тебя, – рассмеялся Лерой.

– А сколько человек занимают должности выше, чем помощник управляющего? – Мысль Авеля работала быстро.

– Только менеджер и я. Менеджер медлителен, мягок и скоро уйдёт на пенсию, а поскольку мне надо следить ещё за десятью отелями, то над тобой не будет много опеки, хотя должен признаться, этот отель в Чикаго – мой любимый: он первый на севере, и Мелани там учится.

Авель внимательно слушал.

– Показатели работы отеля съехали вниз в последнее время, – продолжил Лерой, – а последний помощник управляющего неожиданно уволился без объяснения причин. Поэтому мне нужен человек на его место, чтобы реализовать возможности этого отеля полностью. А теперь послушай, Авель: я внимательно наблюдал за тобой и знаю, что ты – тот самый человек. Тебе не кажется, что переезд в Чикаго будет тебе интересен?

– Сорок долларов в неделю и десять процентов от дополнительной прибыли, которую я обеспечу, – и я возьмусь за эту работу.

– Что? – переспросил ошарашенный Дэвис Лерой. – Никто из моих сотрудников не получает долю в прибыли. Другие потребуют повышения зарплаты, когда узнают.

– А я не собираюсь им говорить, если вы не скажете.

– Да, теперь я понимаю, что нашёл нужного человека, раз он торгуется лучше, чем янки, которому надо обеспечить приданым шесть дочерей. – Он хлопнул по ручке кресла. – Я согласен на твои условия, Авель.

– Должен ли я представить рекомендации?

– Рекомендации? Я знаю твою подноготную и всю твою жизнь с того дня, как ты приехал из Европы, и до получения степени по экономике в Колумбийском университете. Как ты думаешь, чем я был занят последние несколько дней? Я не могу рисковать, назначая человека на второй по значимости пост в моём лучшем отеле. Когда ты сможешь начать?

– Через месяц, считая с сегодняшнего дня.

– Хорошо. Буду ждать тебя с нетерпением, Авель.

Отъезд из Нью-Йорка и прощание с «Плазой» – его первым настоящим домом после замка под Слонимом – оказались эмоционально гораздо тяжелее, чем предполагал Авель. Расставание с Джорджем, Моникой, немногочисленными друзьями по университету было неожиданно трудным. Сэмми и официанты устроили ему прощальную вечеринку.

– Мы ещё услышим о тебе, Авель Росновский, – сказал Сэмми, и все с ним согласились.

«Ричмонд Континентал» разместился в прекрасном месте на Мичиган-авеню в сердце самого быстрорастущего города Америки. Это порадовало Авеля, слишком хорошо знавшего выражение Элсворта Стэтлера о том, что в гостиничном бизнесе есть три главных фактора успеха – местоположение, местоположение и местоположение. Авель вскоре обнаружил, что местоположение – это единственный благополучный элемент в работе отеля. Дэвис Лерой слишком мягко оценил его деятельность, когда сказал, что производственные показатели несколько снизились. Управляющий Дезмонд Пэйси был не медлителен и мягок, как сказал о нём Лерой, а просто ленив. Он не понравился Авелю ещё и тем, что выделил ему небольшую комнату в пристройке для персонала, а не в самом отеле. Даже поверхностное знакомство с бухгалтерией «Ричмонда» показало, что гостиница в среднем заселена менее чем на сорок процентов, а рестораны никогда не заполняются больше чем наполовину, не в последнюю очередь ещё и потому, что готовили там отвратительно. Персонал говорил на трёх или четырёх языках, среди которых не было хорошего английского. Не было также и намёка на приветливое отношение. Ясно, почему последний помощник управляющего сбежал отсюда в такой спешке. Поскольку чикагский «Ричмонд» был любимым отелем Дэвиса Лероя, Авель испугался за остальные. Их судьба будет незавидной, даже если его новый работодатель нашёл бездонный мешок с золотом в углу своего техасского ранчо.