Война за Врата. Тетралогия - Сахаров Василий Иванович - Страница 264

— Накаркал, — буркнул Меченый, приготовившись к бою, и прошептал: — Ну, волчара мой, покажи класс. Только не убивай никого, не время для этого.

Приклад автомата крепко уперся в плечо воина. Глаза выловили первую цель, широкоплечего офицера, который подгонял своих бойцов приказами рассыпаться в цепь вдоль дороги. И палец плавно нажал на спусковой крючок. Короткая, не более чем в четыре патрона, очередь, разорвала спокойное и деловитое движение американцев. Офицер, с простреленной коленной чашечкой, как подкошенный, рухнул на обочину, и далее, Федор наблюдал за своими действиями, как бы со стороны. Дуло «Ареса» перескакивает на сантиметр влево. Огненная вспышка! Удары приклада по плечу. И очередной противник, валится наземь. Руки Меченого откидывают один рожок, следом опустошается второй, и на то, чтобы уронить и вмять в грунт всех противников, у зверя в человеке уходит три рожка и меньше двух минут.

Снова Федор перехватил управление своим родным телом, поднялся из кустарника и, пригибаясь, помчался через дорогу. По пути, один из раненых американцев, хотел выстрелить в него из пистолета, но на бегу, Меченый выбил у него из рук оружие и, было, хотел его прикончить. Однако, посмотрев в лицо противника, он узнал Натана Спирса, морпеха с ВМБ Картахены, и решил оставить ветерану ПЭК жизнь.

«Не простой боец-морпех, — машинально заметил «акинак», продолжая бег, — наверное, морской котик, или еще какой-нибудь спецназ».

Прыжок через дорогу. Обочина. Перекат. И в рваном ритме, петляя, словно заяц, быстрый и ловкий Меченый, скрывается в пригороде Картахены, которые населены скопищами нелегальных эмигрантов и гастарбайтеров из Северной Африки и являются такими трущобами, что вести в них поиск практически нереально.

Отход из аэропорта прошел без серьезных проблем и эксцессов. И уже через тридцать семь минут, скинув с себя автомат, броню и разгрузку и, переодевшись в нормальную цивильную одежду, с новыми документами и наспех измененной внешностью, «акинак» ехал в старом грузовичке своего знакомого, сеньора Борхеса, в сторону Мерсии. Там Меченого должны были встретить надежные люди, которые переправят его в Россию. И глядя на хибары из жести, картона и полусгнивших досок, в которых ютились нищие семьи негров и арабов, ищущих себе лучшей доли в чужом краю и, поглаживая трофейную «Беретту» 92FS в кармане, Федор Толстов подумал: «Прощай Картахена, город контрастов, и благодарю тебя за гостеприимство».