Под сенью замка - Диксон Хелен - Страница 2

У Джейн не было ни малейшего желания думать о человеке, чьей женой она могла бы стать, если бы не война, которая высветила подлинное лицо каждого. Воображение рисовало ей совсем иного героя — сэра Саймона Баттериджа, дружившего с ее братом и частенько бывавшего в замке Боуден.

Впервые она познакомилась с ним в романтическом шестнадцатилетнем возрасте. Тогда он очаровал не только Джейн, но и лучшую ее подругу Энн Толбот, сестру того самого человека, за которого ее хотел выдать замуж отец.

Она вспомнила, как безжалостно подшучивал над ней Джеймс. Брат предупредил ее о том, что Саймон — отпетый волокита и слывет человеком сомнительной репутации. Правда, это еще больше заинтриговало Джейн. Она верила, что Саймон попросил бы ее руки, не будь она помолвлена с лордом Толботом. Что с им стало? Они не виделись уже два года. Красивый и веселый Саймон отправился сражаться вместе е Джеймсом на стороне короля.

Слезы навернулись на глаза при воспоминаниях о детстве, но какой в них смысл перед лицом смерти?

— Независимо от того, что нас ждет утром, Том, выспаться все-таки не помешает. Спокойной ночи.

Джейн кивнула ему и ушла, как показалось Тому, с покорным видом, поглубже запахнувшись в шаль. Но когда он увидел, как решительно расправила она плечи, то снова восхитился ею.

Девушка спустилась по каменным ступеням во двор и остановилась поговорить с людьми, собравшимися у костров, — они кипятили оставшуюся смолу, чтобы вылить ее на головы врагов, если те полезут на стены замка.

У себя в комнате Джейн ощутила беспомощность и пустоту в душе. От голода и усталости она свалилась на постель прямо в одежде.

Как и ожидалось, решающая атака началась на рассвете. Джейн очнулась от недолгого сна под грохот обстрела. Тело у нее ломило, и она с трудом поднялась с кровати. Она знала, что сегодня все закончится. В комнате было холодно, камин нечем было топить, а когда Джейн выглянула в окно, то увидела, что идет дождь.

Ополоснув лицо холодной водой, она поспешно спустилась во двор и очутилась в аду. Предчувствие конца не покидало ее — вероятно, к ночи никого из осажденных не останется в живых.

После долгого обстрела из тяжелых пушек одна из башен рухнула — повалил удушающий черный дым, а в стене образовалась широкая брешь. Через нее, словно муравьи, в крепость полезли «круглоголовые». Защитники замка сражались отчаянно, но вскоре были почти все перебиты, а те, кто от истощения не мог даже встать, стали молить о пощаде, и, что удивительно, вопреки своему обыкновению убивать всех без разбора, парламентаристы почему-то оставили их в живых.

С тяжелым сердцем Джейн вернулась в замок, в огромную сводчатую залу, решив в ней встретить врагов. Она услыхала топот сапог капитана Дагдейла еще до того, как тот вошел в залу. От этого зловещего звука девушка вздрогнула. Измученная, охваченная ужасом, она не знала, чего ждать от капитана парламентской армии. Но чувство собственного достоинства изгнало страх из ее души, вернуло мужество, и она встретила его с величавым спокойствием.

Капитан Дагдейл снял шлем, и Джейн увидела его коротко остриженные седоватые волосы. Среднего роста, с полным багровым лицом, толстой шеей и мощными плечами, он походил на быка. После унижения, которое он испытал, воюя с женщиной, капитан смаковал свою победу над Джейн Марло. Но он тоже устал. Он и не предполагал, что взятие замка Боуден настолько затянется. Два месяца осады показались ему двумя долгими годами.

Капитан пребывал в дурном настроении, так как незадолго до последнего штурма, когда солдаты уже предвкушали, как они разграбят замок и тем самым вознаградят себя за двухмесячную осаду, прибыл посыльный с приказом от начальства: обойтись минимальным кровопролитием при взятии Боудена, а самое обидное — запрещалось что-либо брать из замка. А жаль, подумал капитан Дагдейл, похотливо глядя на девушку. Какая красотка! Кольца густых белокурых волос выбились из-под заколок и ручейками струились до талии. После стольких дней осады она, конечно, исхудала и была перепачкана, но это беда поправимая.

Ему с трудом удалось удержать солдат, жаждущих роялистской крови, от мести.

— Ну, мисс Марло, что вы теперь скажете? Пришлось вам-таки сдаться на милость победителя. Глупо было так упорствовать!

Джейн оставила без внимания его слова.

— Извините за столь нерадушный прием, капитан Дагдейл… хотя, должна признаться, никакой милости я от вас не ждала и весьма удивлена вашей снисходительностью.

Дагдейл свирепо посмотрел на нее, сощурив маленькие глазки, отчего лицо его сделалось еще более отталкивающим. Он жутко разозлился, увидев прямую, полную достоинства фигуру Джейн и услышав ее презрительный ответ.

— За это вы должны благодарить не меня. Будь моя воля, вас всех предали бы мечу. Без пощады. Вы подписали себе приговор в тот день, когда отказались сдать мне Боуден.

— Тогда перед кем же я в долгу?

Он пожал плечами и ничего не ответил. Капитан с жадностью оглядывал огромную залу, оценивая все, что в ней находилось. Выходец из простонародья, он был поражен окружающей роскошью — простому человеку таких богатств не скопить тяжкими трудами всей жизни.

— Как вы понимаете, мисс Марло, мне приказано оставить в замке гарнизон.

— Зачем это нужно парламенту? — возразила Джейн. — Замок расположен в таком месте, что не представляет стратегического интереса.

— Тем не менее он поступает во владение парламента, так что попрошу всех отсюда поживее убраться. А что касается вас, мисс Марло, я не возражаю, если вы составите мне компанию, — нагло заявил он с игривой ухмылкой.

Его намек был столь ясен, что Джейн содрогнулась от отвращения.

— Я скорее умру, чем останусь здесь, капитан Дагдейл.

Он снова пожал плечами.

— Это легко устроить. Несчастный случай, к примеру. Ваше имя будет внесено в список убитых на войне. Кстати, где ваш брат?

Вопрос застал Джейн врасплох.

— Мой… брат?

— Да, ваш брат. У вас ведь есть брат?

— Конечно. Но почему вы думаете, что он здесь?

Капитан Дагдейл встал перед девушкой, пытаясь испугать ее своим грозным видом.

— Ну-ка, выкладывайте правду. Есть приказ об его аресте. В последний раз его видели направляющимся сюда после сражения в Нейзби, а вот чтобы он уезжал из Боудена, такого не заметил никто. — Дагдейл угрожающе приблизил к Джейн свое лицо. — Ваш брат прячется в доме. Признавайтесь, мисс Марло.

— Мне не в чем признаваться, — в тон ему ответила она, думая при этом о непогребенном теле Джеймса, спрятанном глубоко в подвале. Джейн ждала подходящего времени, чтобы отнести его в церковь и похоронить в семейном склепе.

— Я вам не верю, — злобно прошипел Дагдейл.

— Это ваше дело.

— Мисс Марло, я с вами не в бирюльки играю.

— Поверьте, капитан, мне не до игр, — презрительно сказала Джейн.

— Мне тоже, мисс Марло, — раздался резкий голос.

Джейн обернулась, и сердце чуть не выскочило у нее из груди от страха. К ней с властным и угрожающим видом направлялся высокий мужчина, казалось, излучающий безжалостную силу. Выправка военная, на боку шпага. Темно-желтую куртку парламентариста опоясывал оранжевый кушак, высокие, забрызганные грязью сапоги свидетельствовали о том, что он долго скакал верхом. Головного убора на нем не было, а густые, коротко подстриженные темные волосы спутались.

Мужчина напомнил ей кого-то из довоенных лет. Она узнала правильные черты его лица, но раньше он не казался ей таким высоким и таким… красивым.

Ошеломленная Джейн уставилась на него, а он не сводил с нее повелительного взгляда темных глаз. Этот человек был не кто иной, как обрученный с нею лорд Толбот, сосед и бывший друг семьи, а ныне командир кавалерии в армии парламента.

Глава вторая

Эдвард перевел взгляд на Дагдейла. Капитан потерял дар речи — перед ним стоял знаменитый лорд Толбот, которого уважали и Кромвель1, и генерал сэр Томас Ферфакс2.