Красные кости - Пайк Кристофер - Страница 22

Энди слабо кивает:

— О, думаю, так и есть.

— Так ты мне поможешь?

От моего вопроса его бросает в дрожь:

— Что? Как я могу тебе помочь? Ты же чудовище. Это от тебя исходит опасность.

Я твердо говорю:

— Я хожу по этому миру с самой зари человечества. За все это время обо мне и мне подобных были только мифы и слухи. И все эти мифы и слухи не основывались на фактах. Это были просто россказни. Потому что за все это время никто из нас не пытался уничтожить человечество. А твой генерал сделает это, вольно или невольно. Слушай меня, Энди! Его надо остановить, и ты должен помочь мне остановить его.

— Нет.

— Да! Ты хочешь, чтобы он клонировал кровь Джоэла? Ты хочешь, чтобы этот материал попал в недра Пентагона для производства оружия?

Энди сотрясает гнев:

— Нет! Я хочу уничтожить эту кровь! Мне не нужны твои наставления. Я знаю, на что она способна. Я изучил ее.

Я придвигаюсь и встаю перед ним на колени.

— Посмотри на меня, Энди.

Он опускает голову:

— Ты хочешь меня околдовать.

— Мне не нужны никакие чары, чтобы заставить тебя поверить в правду. Я не враг. Без моей помощи ты не сможешь остановить этот процесс, пока он не перешел на следующую стадию. Только представь себе общество, где все обладают силой и аппетитом вампиров.

От нарисованной мной перспективы ему становится дурно:

— Ты в самом деле пьешь людскую кровь?

— Да, она нужна мне, чтобы жить. Но мне не нужно убивать или даже причинять вред человеку, чью кровь я пью. Обычно они даже не знают, что произошло. Они просто просыпаются на следующий день с головной болью — вот и все.

Эти слова вызывают у него неожиданную улыбку:

— Сегодня вечером я проснулся с головной болью. Ты случаем не пила мою кровь?

Я по-доброму хихикаю.

— Нет. Твоя головная боль — это твоя вина. Если ты не перестанешь пьянствовать, твоя печень скоро откажет. Поверь доктору с пятитысячелетним опытом.

Он наконец поднимает на меня глаза:

— Но ведь на самом деле ты не так стара?

— Я жила, когда Кришна ходил по земле. На самом деле я даже встречалась с ним.

— Какой он был?

— Классный.

— Кришна был классный?

— Да. Он не убил меня. Наверное, он не думал, что я чудовище.

Энди успокаивается:

— Прости, что я так тебя назвал. Это... ну, просто я никогда раньше не встречался с вампиром. То есть никогда не был вместе с ним в гостиничном номере.

— Ты рад, что не переспал со мной прошлой ночью?

Он явно забыл об этой детали.

— Я бы тогда превратился в вампира?

— Нужно больше, чем только секс с бессмертным, чтобы сделаться бессмертным, — деликатно говорю я. — Но ты, наверное, знаешь об этом.

Он мрачнеет:

— Нужно переливать кровь, чтобы произошла перемена. Много крови, я думаю.

— Да, правильно. Вы установили это на опытах?

— Мы установили несколько вещей. Но иммунная система человека редко реагирует на такую кровь. Она принимает ее и в то же время пытается ее уничтожить. Мы предполагаем, что большое вливание этого ДНК трансформирует всю систему. Мы думаем, что ваша ДНК захватит весь организм и репродуцируется в каждой его клетке. — Он делает паузу. — Это и случилось, когда Якша изменил тебя?

Я колеблюсь. Я не хочу давать ему информацию, которой потом можно воспользоваться.

— Когда он изменил меня, я была молода. Я в основном только плакала.

— Он умер?

— Да.

— Когда он умер?

— Несколько дней назад. — Я добавляю: — Он хотел умереть.

— Почему?

Я слабо и печально улыбаюсь:

— Он хотел быть с Кришной. Ему было нужно только это. Он был злом, когда изменил меня. Но когда он умер, он был святым. Он очень любил Бога.

Энди пораженно смотрит на меня:

— Ты говоришь мне правду?

Я слабо киваю. Мысли о Кришне всегда приводят меня в трепет.

— Да. Может быть, надо было сразу сказать тебе правду. Понимаешь, я собиралась загипнотизировать тебя. Я собиралась соблазнить тебя, предложить тебе денег и вскружить голову — вплоть до того, что ты бы уже не понимал, что делаешь. — Я нежно касаюсь его ноги. — Но теперь во всем этом нет нужды. Ты — настоящий ученик. Ты стремишься к истине. Ты не хочешь причинять людям вред. И ты знаешь, что эта кровь может навредить очень многим людям. Верни ее мне. Я знаю, как с ней обходиться, как не дать ей превратиться в зло.

— Если я помогу тебе пробраться на базу, меня упрячут в тюрьму до конца жизни.

— На базу и с базы целый день едут машины. Ты можешь провезти меня в багажнике. Я выберусь из него, когда никто не будет видеть, и никто тебя не обвинит.

Я не убедила Энди.

— Твой друг находится в камере в подвале лаборатории. Стены камеры сделаны из особого металлического сплава — даже ты не могла бы их пробить. Твой напарник точно не может. Я видел, как он пытался. Кроме того, твой друг находится под постоянным наблюдением. Камеры слежения включены двадцать четыре часа в сутки. А еще есть служба безопасности всей базы. Она оснащена вышками. Солдаты на этих вышках хорошо вооружены. Это настоящая крепость. Под каждым зданием размещены танки и ракеты. — Он делает паузу. — Ты не сможешь его вызволить.

— Как открывается дверь спецкамеры, где сидит Джоэл?

— Кнопкой на пульте рядом с камерой. Нажимаешь ее, и дверь отодвигается. Но от моего багажника до этой кнопки добраться непросто. И еще труднее будет выбраться с базы. Чтобы вы с твоим другом бежали, вам надо стать невидимками.

Я киваю:

— Ты потом в деталях расскажешь мне о системе безопасности на базе. А сейчас ответь на вопрос, который я тебе задавала. На базе есть еще один вампир?

Он колеблется и опускает голову:

— Да.

— Как долго он уже у вас? Месяц?

— Да.

— Его схватили в Лос-Анджелесе?

— Да. Это молодой черный парень. Пока его не изменили, он жил в южной части центра Лос-Анджелеса. — Энди поднимает на меня глаза: — Но он никогда ничего не говорил об Эдди. Его изменил кто-то другой. Я не могу сейчас вспомнить его имя.

Моя теория верна:

— Этого другого человека изменил Эдди. Поверь мне, я знаю происхождение второго вампира. Где он находится по отношению к камере Джоэла?

— В соседней камере. Но он практически в коматозном состоянии. У него такая же болезнь, как у твоего друга, — судороги и лихорадка. — Энди качает головой: — Мы не знаем, что можно для него сделать. Он никогда не просил крови.

— Вы, должно быть, схватили его сразу после того, как он был изменен. Никто не успел ему сказать, чем он стал. — Неприятно думать о муках, которые испытывает этот бедняга. — Мне придется спасти и его.

— Тогда тебе придется нести его на руках.

— Если понадобится, то понесу.

Энди изучающее смотрит на меня:

— Ты говоришь, что тебе уже так много лет. Выходит, что ты должна быть умнее, чем обычные смертные, которые живут совсем мало. Если так, то ты должна понимать, что весь расклад против тебя,

— Я всегда могла менять расклад в свою пользу. Вспомни, как я хороша в игре в кости.

— Ты, наверное, погибнешь, если попытаешься это сделать.

— Я не боюсь умереть.

Он впечатлен:

— Ты действительно не чудовище. Ты гораздо храбрее меня.

Я беру его за руку:

— Минуту назад я была неправа, когда сказала, что ты ничем не рискуешь. Надо быть очень храбрым, чтобы провести меня на базу в багажнике своей машины.

Он сжимает мою руку:

— Какое твое настоящее имя?

— Сита. — Я добавляю: — Лишь очень немногие знали меня под этим именем.

Он трогает мои рыжие волосы.

— Я был не прав, когда сказал, что твоя кровь меня только пугает. Она меня так же восхищает. — Он делает паузу, и по его лицу пробегает легкая улыбка. — Секса недостаточно, чтобы сделать меня бессмертным?

— Раньше это не срабатывало. Но сейчас время полно неожиданных чудес. — Меня охватывает внезапное теплое чувство к нему. Его глаза... это они привлекают меня, бездонные, излучающие мягкую доброту. Улыбаясь, я обнимаю его и шепчу ему на ухо: — Светает. В древности предрассветный час считался правильным временем для превращения, для алхимии. Сейчас я останусь с тобой. — Я делаю паузу. — Кто знает, что может случиться?