Воспитание драконов - Дэвис Брайан - Страница 59

Уолтер приложил руки к груди:

— Я? Да ни за что! Я сказал им правду и ничего кроме правды!

Его отец вздохнул и покачал головой:

— Хорошо. Ничего больше не спрашиваю.

Они вошли в дом и огляделись. Обстановка была уютной. Уолтер открыл дверь в конце короткого коридора и заглянул внутрь.

— Это, должно быть, ее комната, пап.

В маленькой спальне был идеальный порядок, и даже карандаши на столе были выстроены по росту. Поскольку эти головорезы искали Бонни, Уолтер ожидал увидеть в доме полный бардак — книги, бумаги и одежду, разбросанные повсюду. Может быть, поняв, что ее тут нет, они поленились учинять погром. Уолтер огляделся. На выщербленном столе темного дерева стоял настольный календарь, фотография женщины в рамке, Библия в твердом переплете. У стола находился такой же стул с тонким поролоновым сиденьем, обитый синей тканью, годящийся скорее для маленького ребенка, чем для Бонни.

Справа от двери помещалась тщательно заправленная кровать, без спинки и отделения для белья, но под толстым детсадовским одеялом с клоунами. На полу лежал круглый плетеный коврик, покрывавший две трети сосновых досок. В другом углу находился комод, на каждом из ящиков которого недоставало по одной ручке.

Мистер Фоли открыл створчатые дверцы невысокого и узкого одежного шкафа. Слева висело новое платье Бонни, а справа еще несколько платьев и скромная коллекция блузок, рубашек и джинсов. На полу стояла относительно новая пара кроссовок, пара черных выходных туфель и открытая коробка с мягкими игрушками.

Помяв в руках набивного зайца со свежими стежками на ухе, Уолтер швырнул его обратно в коробку.

— Пап, ты думаешь то же, что и я?

— Что хозяева этого дома не похожи на парочку опустившихся пьяниц? Да, как раз об этом я и подумал.

Отец Уолтера подошел к столу и выдвинул верхний ящик. Все папки были набиты бумагами. Из некоторых торчали наружу края и углы. Он сел на стул и стал перебирать папки.

— Я ищу какой-нибудь намек, подсказку, записку, которую могла оставить Бонни.

Он вынул из ящика толстую пачку бумаг и положил ее на стол.

— Разве она оставила бы записку на видном месте? — спросил Уолтер.

Его отец вздохнул, глядя на хрустящие белые листы, упавшие ему на колени.

— Хороший вопрос. — Он протянул Уолтеру одну из страничек. — Это было написано недавно. Проверь-ка.

Уолтер начал читать историю, аккуратно записанную карандашом. Злой волшебник похитил прекрасную девушку и держал ее в темном подземелье. После многих неудачных попыток бежать ей помог дракон, который потом превратился в благородного юношу. Они поженились, у них было много детей, и они жили долго и счастливо. Уолтер едва не прослезился, читая эту сказку, но виду не подал.

— Прочитай последний абзац на другой стороне, — сказал он, подавая листок отцу.

Тот взял листок и стал читать вслух:

— «Такова красота освобожденной любви. Это огонек для всех заблудших овец, масло в светильниках всех дев, семя, упавшее в плодородную почву. Сердце в цепях подвержено страстям, оно движется и дышит по чужой воле. Но когда оно освободится, наступит истинная любовь, ибо чужая воля не может диктовать свободный выбор. Иисус сказал: „Если Сын освободит вас, то истинно свободны будете“. [7]Да здравствует свобода! Пусть мое сердце всегда будет свободным! Мое тело, мои слова и мои мысли все принадлежат Ему! Я спокойно предаю сердце мое в Его руки, ибо не имею другой истинной любви». — Он отложил страницу и вздохнул. — Мечты Бонни. — Потом посмотрел на Уолтера со слезами на глазах. — Помнишь, о чем мы говорили вчера вечером?

Уолтер кивнул:

— Вы с мамой приняли верное решение. Это точно.

Отец Уолтера засунул бумаги на место, закрыл ящик и продолжил осматривать комнату. Внимание Уолтера привлек постер на стене возле стола. Это был рисунок девочки-ангела, молящейся у своей постели. Ее взгляд был устремлен к небу, и подпись под рисунком гласила: «Надейся на Господа всем сердцем твоим и не полагайся на разум твой. Во всех путях твоих познавай Его, и Он направит стези твои». [8]На стене возле кровати над подушкой висел еще один постер. Там не было рисунка, только радужное многоцветное пятно и другой стих из Библии: «Воззови ко Мне — и Я отвечу тебе, покажу тебе великое и недоступное, чего ты не знаешь». [9]

— Папа, — сказал Уолтер, держа за уголок меньший постер, — посмотри сюда. Может быть, это подсказка?

— Да этот постер тут давно висит, сразу видно. Подсказка должна быть чем-то новым.

Уолтер ткнул пальцем в стих:

— Да, но все же… Начало подчеркнуто красным фломастером. Может быть, это нарочно?

Отец наклонился и прочитал еще раз:

— «Воззови ко Мне… Воззови ко Мне — и Я отвечу тебе…»

Уолтер пожал плечами:

— Почему бы не попробовать?

— Что не попробовать?

Уолтер поманил его пальцем: идем, мол, со мной. Выскочил из комнаты и встал посреди холла.

— Бонни! — закричал Уолтер, пока отец выходил. — Это Уолтер! Ты где-нибудь здесь?

Они замерли и прислушались.

— Кажется, что-то стукнуло, — сказал Уолтер. Мистер Фоли приставил ладони ко рту и крикнул:

— Бонни! Ты здесь?

Над головой у них явно что-то застучало, и послышался голос:

— Уолтер! Подожди! Это я! Я сейчас спущусь.

Уолтер почувствовал, как руки покрываются гусиной кожей. Он стал покачиваться, поднявшись на мыски. Слезящиеся глаза его отца метались по сторонам, пока скрип и стук доносились к ним с потолка.

Припадая на одну ногу, в гостиную из кухни вышла Бонни в ошметках розовой штукатурки. Она шла без костылей, но гримаса на ее лице ясно говорила, что колено у нее еще болит. Увидав мистера Фоли, она поковыляла к нему, измученно улыбаясь. Он подхватил ее на руки и закружил.

Когда он поставил ее на пол, Бонни сказала, переводя дух:

— Я пряталась… на чердаке. Я поняла… что один из полицейских… работает на Девина. Я не могла… выйти к ним. — Она вытерла мокрый грязный лоб рукавом. — Вы не поверите, как близко они подобрались ко мне. Но зато я подслушала, какие у них планы.

Мистер Фоли стал смахивать штукатурку с волос Бонни и розовую пыль с ее рюкзака.

— Пойдемте отсюда. Ты нам обо всем расскажешь в машине.

Бонни встряхнула головой:

— Но как мы пройдем мимо полицейских?

— Уолтер об этом позаботился. — Мистер Фоли показал на Уолтера большим пальцем. — Голубки Девина улетели.

Бонни широко улыбнулась Уолтеру и дружески двинула его по руке, но в тот же миг ее улыбка испарилась.

— Надо срочно позвонить Билли! Я слышала, что Девин собирается заманить его в горы, используя меня как приманку. Нужно сказать Билли, что со мной все в порядке, чтобы он не ездил.

Уолтер покачал головой:

— Слишком поздно. Билли с мамой выехали не меньше получаса назад.

Бонни широко раскрыла глаза.

— В горы?

Уолтер сжал скулы:

— Ага. Не знаю, что задумал этот маньяк, но пока его план действует.

— Почему мы не звоним Билли? — разволновалась Бонни. — У вас есть номер их телефона?

Отец Уолтера протянул руку:

— Идем. Я помогу тебе.

Бонни, держась за его руку, доковыляла до машины.

— Мы позвоним по дороге. Понятия не имею, куда Уолтер отправил этих ряженых, но нам лучше убираться, пока они не вернулись.

Уолтер ворвался в дом:

— Мама, профессор, вы где?

Из другой комнаты раздался знакомый голос:

— Здравствуйте, Уолтер.

Уолтер захлопнул дверь и увидел входящего в кухню профессора.

— Проф! Я смотрю, ваша машина возле дома. Вы готовы ехать?

Профессор прижал к груди тяжелый портфель.

— Да. Когда позвонила ваша мама, я быстро собрал все, что нам может понадобиться, и примчался.

— Отлично! Нам нужно спешить. Копы не выпускают родителей Бонни из тюрьмы, пока она не придет за ними самолично. Так что мы с вами отправимся на поиски Билли. Папа с Бонни тоже поедут, как только освободятся.