Распутья. Добрые соседи - Панкеева Оксана Петровна - Страница 80

— Беспокоюсь, — честно призналась Кира. — Дипломат из меня, честно говоря, не ахти какой, а ведь придется с матерыми мастерами общаться… Как думаешь, я справлюсь?

— Не волнуйся, — сочувственно взглянула на нее Тина. — Ты и не должна производить впечатление опытного дипломата. Шеллар ведь все объяснил.

— Я помню. Мне объяснили мою роль. Я человек военный, прямой, как древко алебарды, поэтому тонких намеков не понимаю и их следует доносить до меня исключительно прямым текстом…

— Совершенно верно. А я хрупкая слабая женщина, полностью не от мира сего и так далее. От нас не требуется результат в переговорах, когда дойдет до дела, Шеллар явится сам.

— Я прекрасно помню — всего лишь заставить их сказать лишнего, не надо мне напоминать. Я именно этого и боюсь — неубедительно сыграть свою роль, где-то переиграть, где-то упустить тот самый намек, который следовало не понять, — словом, каким-то образом испортить игру.

— А ты не бойся, — безмятежно посоветовала принцесса. — Даже если они тебя раскусят, уличить-то все равно не смогут. Валять дурочку не так сложно, как ты думаешь. Это все равно что показывать врагу полторы сотни паладинов и двести «Котов», пряча на этажах пушки, а в подвалах гномов. А уж это ты точно умеешь.

— Спасибо, — невольно улыбнулась Кира, оценив сравнение, и тут же поспешно умолкла и выпрямилась, потому что дверь начала открываться.

Их было трое — высокий мужчина лет тридцати, чернокожий, как маэстро Гарри; строгая седая дама средних лет и еще один мужчина, почтенного возраста хин с суровым выражением лица. Похоже, соседи позаботились сразу же предъявить если не все, то хотя бы основные расы, проживающие в их мире.

Поскольку встреча считалась не совсем официальной, от основной части подобающих церемоний принимающая сторона заранее отказалась — чтобы не усложнять задачу, избежать лишних свидетелей и создать обстановку приватности. Никаких тронных залов, почетного караула, шныряющей туда-сюда прислуги и герольдов с фанфарами — малая гостиная, скромный столик с напитками и лично Флавиус, который представил гостей и тут же удалился. Охраны с виду нет совсем, но на самом деле где-то в углу стоит невидимый придворный маг — на всякий случай, для контроля. А в кабинете Шеллара сидят у зеркала он сам, эльфы и, наверное, кто-то еще и тоже внимательно следят за ходом беседы…

Короткие официальные приветствия, вежливые поклоны, уверения в несказанной радости от встречи с обеих сторон — равно неискренние, как показалось Кире. Она, конечно, знала, что с той стороны контакта желали и действительно ему обрадовались, но вряд ли это относится к непосредственным исполнителям. Выгоду получит кто-то другой, а их работа — делать нехорошие намеки вооруженной женщине, имея при этом в качестве защиты только дипломатический статус. То-то у почтенной дамы сквозь маску учтивой доброжелательности проступает страх, а пожилой господин, произносящий приветственную речь, в своей торжественности напоминает воина, бесстрашно смотрящего в глаза смерти… Или это ее фантазии? Надо будет потом спросить у Шеллара, если что-то было — он наверняка заметил…

— Неудивительно, — прокомментировал Раэл, чуть покачивая бокалом и издали любуясь картинкой в зеркале. — Ведь у них действительно есть причины бояться. И вовсе не того, что Кира, поняв намек, вспылит и накинется на них. Нет, на этот счет они совершенно спокойны. Но за свою продолжительную карьеру в Ассамблее и господин Иводзума, и госпожа Метлецкая не раз лично встречались с «глазами Дира» и понимают, что их сегодняшние действия могут иметь для них последствия.

— И все же действуют, — заметил Шеллар.

— Их работа включает элемент риска. А последствия лишь вероятны, а не неизбежны. Кстати, ты заметил, что Кира тоже учуяла их опасения?

— Разумеется. Воины чуют слабину противника, его страх для них — как запах крови для хищника. А третий? Что скажете о нем?

— Грант еще молод. Тщеславен. Самоуверен. Из той породы «золотой молодежи», что никогда не знала отказа ни в чем и поэтому полагает, что может все, имеет право на что угодно и ничего ему за это не будет. Никогда не сталкивался с серьезными трудностями и не получал жестоких уроков от жизни. Я уверен, старшие и более осмотрительные коллеги воспользуются его слабостями, чтобы аккуратно спихнуть на него наиболее щекотливые вопросы.

— Те, которых сами боятся?

— Именно. Ну и кроме того, он молод, хорош собой и сексуально привлекателен, это еще одна из причин, почему к переговорам с дамами привлекли именно его.

— Они надеются этим очаровать Киру? — Шеллар удивленно приподнял бровь. — У них что, настолько плохо с информацией?

— Не думаю, что это вообще просчитывалось всерьез. Просто на всякий случай, вдруг выстрелит. Ты бы видел, какую красавицу снарядили к Элвису.

Они умолкли, прислушиваясь к разговору в зеркале. Господина с приветственной речью сменила дама. Глубоким, хорошо поставленным голосом она принялась вещать о сказочных перспективах грядущего контакта, о знаниях и технологиях, которые позволят менее продвинутому миру совершить гигантский скачок в развитии, о взаимовыгодном сотрудничестве в области торговли и культуры, и такое радужное будущее вырисовывалось из ее рассказа, что даже в самых смелых мечтах не могло привидеться.

— Интересно, — подал голос Шеллар, — Элвису сейчас излагают тот же текст или с вариациями?

— Тот же, — уверенно предположил Раэл. — Если хочешь, потом сверим. Частности начнутся позже.

— О, я не допускаю даже тени сомнения, что конкретные приманки будут разными, — усмехнулся король. — Уж конечно Элвису не будут предлагать новый глаз, у него свои пока на месте. Я даже не уверен, что ему вообще могут что-то интересное предложить. Насколько я знаю, добавить четыре-пять пальцев роста не в состоянии даже у них.

— Думаю, его тоже будут ловить на младенца, — предположил глава Темной Канцелярии. — Пообещают найти и вернуть прежде, чем об этом узнаешь ты, чтобы Элвис мог сохранить перед тобой лицо.

— И при этом не просчитают, как быстро кузен Элвис догадается, что тем же младенцем будут шантажировать меня?

— Возможно, так и будет. А если просчитают, то превентивно заверят, что ничего подобного не планируют, ибо с тебя и новой ноги достаточно.

— Все равно хлипковато для Элвиса. Что ж, потом увидим. Давай-ка послушаем, что скажет молодой человек. Похоже, самый щекотливый вопрос действительно оставили ему.

Самый младший из иномирских дипломатов не понравился Кире сразу. Если в старших чувствовались выдержка, опыт и внутреннее достоинство, то этот, казалось, весь состоял из вальяжного самодовольства. Держался он так, словно не для серьезной беседы сюда явился, а исключительно произвести впечатление на дам. Все, о чем он говорил, Кира слышала еще вчера в изложении Шеллара и могла лишь отметить, что супруг выражался яснее. Настолько, что даже перевод с дипломатического на общепринятый не требовался.

Чем больше говорил молодой дипломат, тем больше он раздражал королеву и тем труднее становилось сохранять на лице выражение вежливой заинтересованности, но Кира стойко терпела и готова была держаться, сколько потребуется. Тина, более привычная к светским условностям, без труда изображала милую, но малость блаженную марионетку, не вполне понимающую, что она здесь делает и кто все эти люди. Можно было смело спорить на что угодно, что вот эту кукольную мину с восторженно распахнутыми глазами она подсмотрела у сестры. Не хватало только заинтересованно приоткрытого ротика, но тогда был бы уже перебор.

Когда оратор умолк, выжидающе переводя взгляд с одной дамы на другую, словно ожидал ответа на высказанную в конце выступления «надежду на взаимопонимание», Тина заговорила первой, так как ее величество замешкалась, не уверенная — следует ли ей именно сейчас выдать заготовленный ответ или подождать более конкретного повода?

— Это так мило с вашей стороны. — В глазах госпожи регента просияло искреннее умиление, словно она только что получила в подарок прехорошенькую шляпку или что-то в этом роде, чему там обычно девушки радуются. — Позвольте заверить, что мы очень ценим вашу помощь, и выразить глубочайшую благодарность…