В западне - Кунтс Стивен - Страница 71

Один шанс из четырех. Сегодня можно рассчитывать на двадцать пять процентов, пришел он к выводу. Как обычно, жертва имела фору, но Генри Чарон предпочел именно этот путь.

Улыбка появилась на его лице. Он допил кофе, доел сэндвич, а бумагу и стаканчик аккуратно положил на заднее сиденье автомобиля, так, чтобы их не сдуло ветром, но в любой момент можно было бы до них дотянуться. Затем снова сел на кучу гравия и стал внимательно вслушиваться в переговоры по радио.

Иногда он вставал, чтобы посмотреть в бинокль, и снова садился.

Эта рощица лежала на пути одного из двух маршрутов, которыми, по мнению Чарона, мог воспользоваться президентский вертолет, возвращаясь из Кэмп-Дэвида в Белый дом. Вертолет, по всей видимости, постарается обогнуть район воздушного движения аэропорта вблизи Фредерика и Гейтерсберга. Если так, он может обойти их с востока и выйти на курс Вашингтона, направляясь строго на юг к Белому дому, пролетев таким образом над Сильвер-Спринг и Бетездой. С другой стороны, если от Фредерика вертолет возьмет западнее, тогда он, скорее всего, пролетит над этой рощей на Потомаке, держа путь к Вашингтону вдоль реки.

Изучив карту, Чарон остановил свой выбор на маршруте вдоль Потомака. Если лететь вдоль реки, то при снижении в районе Вашингтона шум от вертолета не так будет слышен в густонаселенной части города. Он посчитал, что именно этот аргумент сыграет решающую роль при планировании полета.

И все-таки он не летчик и понятия не имел об управлении воздушным движением.

Времени на проработку маршрута полетов Президента в Кэмп-Дэвид и обратно у него не было. Не мог он также рассчитывать и на холостой прогон для обеспечения успеха операции в нужный момент. Все скроено на скорую руку. Кроме того, чем дольше он будет здесь ошиваться, тем больше шансов, что его заметят и запомнят. Итак, он решил испробовать этот путь. Если представится случай, он будет стрелять. Если нет – поищет другой возможности.

Один шанс из четырех. А может, и меньше. Но для него достаточно.

Чарон дышал свежим воздухом, наблюдая за птицами и прислушиваясь к плеску воды в реке, как вдруг обе радиостанции замолчали. Он встал и в бинокль осмотрел район. Между стоянкой и берегом реки он увидел три стола для пикников. Возле каждого из них располагалась небольшая каменная жаровня для приготовления шашлыков. Летом здесь прекрасное место для отдыха, если, конечно, удастся занять свободный столик.

Часы показывали несколько минут четвертого, когда он услышал вызов, которого ждал. Голос прозвучал из первого радиоприемника.

– Даллес, я «Морской-1», занимаю эшелон три тысячи из района «Папа-40», направляюсь в район «Папа-56», прием. – Чарон знал эти районы. Закрытый район 40 – это Кэмп-Дэвид, закрытый район 56 – Белый дом, комплекс Капитолия.

– «Морской-1» – я Даллес, прошу подтвердить для опознания 4142.

Пилот «Сесны» вызвал диспетчера, но его вызов остался без ответа. Генри Чарон выключил второй радиоприемник и убрал его в багажник автомобиля.

– «Морской-1», я Даллес, вижу вас на радаре, разрешаю вход в зону «Папа-56», любой эшелон ниже пяти тысяч футов. Доложите эшелон три тысячи, докладывайте последующие изменения высоты.

– «Морской-1» принял, разрешено по плану. Докладывать последующие изменения высоты. Занял эшелон три тысячи.

– Принял, правильно. «Сесна 5161-янки», повторите запрос.

Последний раз осмотрев окрестности в бинокль, Чарон повесил его на шею. Вынул из багажника скатанный в рулон ковер. Положил его на землю и развернул. Взял второй рулон и сделал то же самое.

Одну из четырехфутовых труб Чарон положил на землю возле кучи гравия, предварительно убедившись, что повреждений на ней нет. Вторую, также проверив, держал в руках. Затем сел, опершись спиной о гравий с таким расчетом, чтобы пламя при пуске ракеты беспрепятственно прошло над кучей. Конечно, они обнаружат это место, и следы нагара подтвердят, что стреляли отсюда. Просто-напросто он не хотел, чтобы горячие газы обожгли ему спину. Пока Чарон пристроил пусковое устройство на коленях.

Он сидел и ждал, считая минуты. Если вертолет летел со скоростью сто двадцать узлов – это примерно две морские мили в минуту. Он прикинул расстояние – двадцать четыре морские мили. Значит, двенадцать минут. При попутном ветре или большей скорости получалось еще меньше. Он ждет восемнадцать минут, и если вертолет не появится, значит, они избрали другой маршрут. Ветер дул с северо-запада. Значит, попутный. Восемнадцать минут, и он уходит, а потом ищет другую возможность.

Вертолет мог полететь и по другому маршруту. Чарон не мог знать наверняка. Скоро все выяснится.

Пилот не выходил на связь с Даллесом из Кэмп-Дэвида. Он взлетел минутой или двумя раньше и вышел на связь, когда набирал высоту и ложился на курс. Значит, меньше двенадцати минут.

Время шло, а Чарон пристально вглядывался в небо. Шесть, семь, восемь…

Наконец, он услышал характерный звук летящего вертолета. Посмотрел в ту сторону. Деревья за спиной закрывали обзор, значит, он не увидит вертолет, пока тот не зависнет у него почти прямо над головой. Чарон подключил батареи на обоих устройствах и поднял бинокль.

Вот он! Высоко слева от него. Примерно в миле от его позиции.

Чарон отрегулировал резкость. Точно. Вертолет морской пехоты, предназначенный для высокопоставленных особ, вроде того, что он видел над лужайкой Белого дома.

Опустив бинокль, Чарон поднял пусковое устройство и положил его себе на плечо. Питание. Целеуказание. Захват. И он нажал на спуск. Ракета с ревом унеслась ввысь.

Чарон бросил пустую трубу и поднял вторую. Питание. Целеуказание. Захват. Выстрел!

И вторая ракета ушла. Он быстро собрал пустые пусковые устройства, ковры, бинокль и побросал все в багажник.

Глянул вверх. Первая ракета уже взорвалась, оставив клубы грязного дыма на светло-сером фоне облаков. Вертолет падал, заваливаясь вправо, его нос раскачивался из стороны в сторону.

Хлоп! Вторая ракета взорвалась возле вертолета.

Винтокрылая машина замедлила поступательное движение и начала кружиться и падать на авторотации.

Генри Чарон поднял радиостанцию.

– Мейдэй, мейдэй![44] Я – «Морской-1», у нас упало давление и отказал двигатель! Мы падаем!

– «Морской-1», я Даллес, повторите ваше сообщение!

Голос пилота срывался, но он все еще контролировал себя. Слова сыпались без остановки.

– Даллес, мы потеряли двигатель, давление упало. Второй пилот мертв. Два взрыва, похоже на попадание ракет. Мы падаем и… ух… Нужны санитарная и спасательная машины. Мы падаем!

Чарон выключил радиостанцию и аккуратно положил ее в багажник на ковер. Затем с силой придавил крышку багажника.

Оглядел местность. Не оставил ли следов.

Убийца придержал дверцу автомобиля и еще раз взглянул на подбитый вертолет. Тот заметно снизился и продолжал падать в нескольких милях юго-восточнее от него, низко опустив нос и вращаясь со скоростью примерно один оборот в секунду. Удар должен быть очень сильным.

Генри Чарон сел в машину, запустил двигатель и тронулся с места.

Глава 20

Настроив приемник на волну вашингтонской радиостанции, передававшей новости, Генри Чарон поехал на север в сторону Фредерика. По радио какая-то женщина обсуждала с радиослушателями, звонившими в студию, федеральную политику, направленную на борьбу со СПИДом. Возле Фредерика Чарон повернул на юг и выехал на дорогу И-70. На первой же площадке для отдыха он остановился. Припарковав на краю площадки машину, он снял галоши и убрал их в багажник. Пустые пусковые устройства аккуратно завернул в ковры и обмотал серой липкой лентой. Закрыв багажник и убедившись, что машина заперта, он прошел ярдов пятьдесят до здания, где находился туалет.

Снова оказавшись на дороге, он опять включил радио. В этот момент передача прервалась и диктор зачитал сообщение.