Теневые игры - Чайкова Ксения - Страница 95

Торин как заинтересованная сторона согласно кивнул, радуясь, что телохранительница наконец-то изволила про него вспомнить и обратить сиятельное внимание всех присутствующих на его скромную персону.

– Ладно.- Тень, кажется, уже приняла какое-то малоприятное, но необходимое решение и теперь нетерпеливо оглядывалась, выискивая глазами необходимые ей предметы,- Дайте мне кружку кипятка, заварите каких-нибудь травок обезболивающих, принесите острый нож и…

– Эй, ты что задумала?! – взволновался Лорранский, не на шутку устрашенный спокойным деловитым тоном, каким храна отдавала свои распоряжения,- Нож-то тебе зачем?

В самом деле, с наемницы станется зарезать своего подопечного, чтобы зря не мучился, если уж вылечить не получится.

– Не волнуйся, Торин, я за тебя головой отвечаю,- равнодушно бросила Тень, едва взглянув на клиента. Потом резко повернулась, одним стремительным движением перетекла в противоположный конец зала и, чуть согнув колени, вытянув руку, успела подставить ладонь под донышко кружки, которую хозяйка, отправившаяся выполнять указания наемницы, несла обернутой в полотенце и выронила при виде демона, нахально объедающей свисающие над стойкой колбасы. Граф и заметить не успел, как баба вышла и вошла. А храна не только за зтим проследила, но еще и смогла предотвратить катастрофу местного значения и спасти хозяйку от серьезных ожогов: кружка кипятка на обутые в тапочки ноги – это все-таки наверняка очень больно и опасно.

– Ты двигаешься, как кошка,- с немалым удивлением заметил Вэррэн, забирая у Тени кружку, из которой не пролилось ни капли. Голос его был глухим и слегка запинающимся, словно альм не был уверен, что стоит произносить эти слова. Торин согласно кивнул. Перед его глазами все еще проплывал балетный, преисполненный уверенной грации стремительный разворот, легкий прыжок и решительный выброс раскрытой руки наемницы, слитые в одно тщательно выверенное, изящное в своей небрежности движение.

Тень, копаясь в своей сумке, снисходительно улыбнулась, потом бросила в кружку с кипятком несколько стебельков каких-то трав и, оставив настой на попечение альма, подступила к своему подопечному с огромным, Остро отточенным ножом, каким разве что быков резать.

– Рада, что вам понравилось. Тьма, иди сюда, не смущай людей! И чего тебе вздумалось на чужие колбасы покушаться? Фу, приличные девушки себя так не ведут! Торин, закрой глаза, больно не будет, но у тебя такое лицо, будто ты сейчас в обморок упадешь. Поэтому лучше бы тебе не смотреть. А то еще, не приведи боги, помрешь от ужаса. А тут, наверное, не только травницы, а и могильщика с плотником нет. Не самой же мне для тебя гроб вытесывать и яму копать? Не дергайся, сейчас все поправим. Со мной не пропадешь!

– Но горя хапнешь! – с чувством дополнил Лорранский, послушно зажмуриваясь.

Я покосилась на мученическое лицо аристократенка и вздохнула. Корчит такие рожи, будто я его на медленном огне поджариваю. А я еще и не сделала ничего.

– Ты чем заняться вздумала? – тихо поинтересовался Вэррэн, приседая рядом и все еще держа в руках кружку,- Зарезать его решила? Понимаю…

– Увы,- Я улыбнулась и оценивающе покачала в руках – нож. Кухонный-то кухонный, а наточен и сбалансирован так, что хоть в бой с ним иди,- И хотела бы, да не могу. Прав таких не имею.

– А что делать будем?

– Попробую сама помагичить, хотя вряд ли что-то получится. Но хоть до ближайшего города дотащить нашего страдальца сможем.

– А нож тогда зачем? – приоткрыв один глаз, дрожащим голосом уточнил Торин.

– Ну так сними сапог сам, если сможешь,- предложила я, отводя руку со страшным оружием в сторону. Графеныш встрепенулся, дернулся, ухватился за вышеозначенный предмет, потянул, но вскоре понял всю тщетность своих притязаний и оставил безнадежные попытки стащить обувь с распухшей ноги.

Я примерилась, потом аккуратно располосовала сапог ножом. Отлично выделанная дорогая кожа поддавалась неохотно, разула своего подопечного я с немалым трудом. Оставалось только радоваться, что он железные рыцарские ботинки на себя не нацепил.

Хозяева попробовали суетиться рядом, с удовольствием сыпля дельными советами и поощрениями, но вскоре я не выдержала и в весьма резкой форме потребовала приготовить для нас комнаты. После чего у бабы появилась еще одна причина относиться ко мне с брезгливым недоумением-в этой деревне, как выяснилось, женщины на мужчин голос повышать не смели. К счастью, больше постояльцев в гостинице не было, а селяне предпочли утолять свое любопытство издалека и буквально висли на окнах, но внутрь не заходили. Меня это вполне устраивало.

Магии воспитанников замка Рэй учат плохо, считается, что хран должен давать противникам отпор оружием, а не заклинаниями. Да и мало среди нас таких, кто склонность к чародейству от природы получил. Поэтому большинство моих братьев и сестер к этой отрасли современной науки относятся недоверчиво и настороженно, как большинство мирных обывателей, а те, кто может магичить, особенно не развивают этот талант – уж слишком дорогую цену за него приходится платить. Кому же охота утратить умение незамедлительно принимать решеиия, скорость и быстроту реакции, от которых порой зависит жизнь клиента, а значит, и самого храна?! Да и заклинаниям в замке Рэй учили кое-как. Пара базовых защитных, десяток тоже не блещущих сложностью лечебных да две дюжины атакующих – вот и весь чародейский арсенал, которым располагает склонный к волшбе наемник, телохранитель и убийца. Да и энергию в больших количествах запасать, как это делают маги, нас никто не учил. Поэтому мое чародейское вооружение было весьма ограниченным, и даже Цвертина, искренне верящая, что когда-нибудь магические ухватки спасут мою шкуру, так и не смогла меня толком обучить ничему новому.

Сначала у меня получалось довольно неплохо – графенок даже не морщился, наоборот, расслабленно стек спиной по стене и почти улегся на лавку, полуприкрыв глаза и вытянув здоровую ногу. Кстати, перелома, к моей величайшей радости, у него все-таки не обнаружилось, только сильный ушиб, с которым я рассчитывала справиться своими силами.

Ага, зря надеялась. Торин впитывал мою энергию, как губка воду, вскоре я почувствовала, что еще чуть-чуть – и я ткнусь головой ему в колени, не удержавшись на корточках. Маг в душе аристократенка явно встрепенулся и, не умея еще самостоятельно собирать и накапливать силы, принялся с энтузиазмом выкачивать их из меня.

– Торин, прекрати! – не выдержав, прошипела я, с трудом отдирая от своего запястья пальцы, вцепившиеся в него с нехарактерной для хилого увальня Лорранского силой. То, что он стремительно качнулся вперед и цепко ухватился за мою руку, стало весьма неприятной неожиданностью. И когда же я наконец привыкну, что Торин чудодей?

– Прости,- откровенно смутился мой подопечный, поспешно отшатываясь и вжимаясь в стену.- Я не хотел… Тебе больно?

– Нет, мне плохо,- сквозь зубы процедила я, критически обозревая результаты своего труда. Опухоль, кажется, почти не уменьшилась, зато боль я вытянула полностью. Впрочем, с таким отеком мой милый клиент и шагу не сделает. Можно, конечно, на руках его к лошади отнести и в седло посадить, но ведь у него, видите ли, гордость, он просто так не дастся, будет вопить, визжать и сопротивляться, позоря меня перед всеми поселянами. Страшно даже подумать, что они мне вслед тогда кричать начнут…