Теневые игры - Чайкова Ксения - Страница 85

– Эта! – восторжествовал внебрачный сын буфета и баржи,- Я ж те г-говорил, б-борода, эта! А ты: не, не… Как же не, когда именно эта!

– Точно! – умилился гном, всплескивая руками. Костяшки пальцев были сбиты до крови, что не мешало их хозяину взирать на высоченного дружка едва ли не с нежностью,- Да! Уй, как мы рады, тэмм! Наша назе… наза… неза… Вощем, наша встреча под-дарила мне брата!

– Кого? – не веря своим ушам, переспросила я, на всякий случай нашаривая кинжал под курткой. Мало ли что в пьяную голову втемяшится, вдруг этот гном на меня броситься вздумает…

– Вот его! – весомо подтвердил нетрезвый бородач, тыча пальцем в радостно щерящегося собутыльника.- Он мне теперь бр-рат! Да! А ты – сестра др-рагая!

– Чего-чего?! – охнула я, едва ли не кубарем скатываясь с перил.

– Родственница милая-а-а-а! – с непередаваемой лаской подтвердил орк, распахивая братские объятия. Я нервно оглянулась, высматривая пути отступления, и попятилась, надеясь точно вписаться спиной в дверной проем. Это ж надо было этой колоритной парочке допиться до такого состояния, чтобы растерять последние мозги!

Побратимством так просто кидаться в Райдассе не принято, названый брат должен быть ближе, чем родной, и с бухты-барахты такое почетное прозванье никому не дают, даже в благодарность или по пьяни. Одно дело храны – обращение "брат" или "сестра" является в нашей гильдии традиционным и помогает создать хотя бы иллюзию того, чего мы все лишены с самого рождения – крепкой, большой и дружной семьи. Семьи, в которой не прощают обид, но никогда не предают и очень дорожат друг другом, потому что знают – в следующий раз, возможно, доведется встретиться только во Мраке вековечном. Но простые люди-орки-гномы-эльфы-альмы – совсем другое дело, они ценят побратимство и так просто им не расшвыриваются. А эти… То ли они намирились до такого состояния, что уже не соображают вовсе ничего, то ли и впрямь ухитрились за небольшой промежуток времени, прошедший с нашей встречи, совершить нечто, достойное завязывания родственных отношений.

– Чего-чего-чего?

Ввалиться в нижний зал гостиницы спиной вперед и скрыться от двоих пьяных умников за добротной дубовой дверью никак не получалось. Я отчаянно улыбалась и на всякий случай задавала глупые вопросы, дабы выгадать немного времени и решить, что делать. Орк мне не нравился, и я не горела ни малейшим желанием вступать с ним в рукопашную схватку. Гном, впрочем, тоже в восторг не приводил.

– Да! – ни к селу ни к городу солидно подтвердил бородач, вытаскивая из-за пояса килта солидных размеров бутыль, в которой плескалась какая-то мутная жидкость, подозрительно похожая на грубую подделку под знаменитый эльфийский самогон. Я обратила внимание, что яркий костюмчик низкорослика пребывал в самом плачевном состоянии – все было измято, испачкано, а кое-где и порвано. Видимо, прежде чем замириться, орк долго валял своего супротивника по грязи, а может, и лицом нобулыжникам мостовой возил – очень уж растрепанной и поредевшей казалась мне пушистая борода низенького щеголя. Да и ссадины на носу и щеках говорили сами за себя. Впрочем, его "братец" пребывал не в лучшем состоянии – его неприметные серые штаны были изорваны на художественные неширокие полосы, а кое-где и откровенно покусаны, под глазом (и как гном туда достал? Небось орк сам имел неосторожность наклониться) постепенно наливался огромный лилово-синий фонарь, а общий вид помятой, но отчаянно улыбающейся физиономии производил самое удручающее впечатление.

– Сестренка-а-а! – весело пропел орк с повреждениями на фасаде, протянул руки, снял меня с крыльца, как куклу, и восторженно закружил по двору, распугивая уже взнузданных и заседланных лошадей и едва не наступая на бродящих в поисках зерен кур. Я взвизгнула и обреченно зажмурилась, даже не порываясь обрести свободу посредством какого-нибудь приема борьбы или применения оружия – уж слишком красочно представлялось, как далеко я тогда улечу. Гном, дирижируя своей бутылью, размахивая подолом килта и подвякивая что-то восторженное, весело скакал рядом, с упорством, достойным лучшего применения, пытаясь вспрыгнуть моей "лошадке" на плечи.

– Ах ты! – вдруг взвизгнул рядом чей-то высокий, звенящий негодованием голос. После чего мир прекратил свое бешеное кружение и я обрела под собой точки опоры – сначала две, привычные и родные, на которых я привыкла перемещаться, а потом одну – ноги не удержали свою хозяйку, и я бесславно брякнулась на задницу, бесцельно хлопая глазами и вертя головой.

– Да… Ну и че ты добилась? – возмущенно поинтересовался гном, шустрым комком подкатываясь ко мне и галантно предлагая руку. Я покосилась на его огромную лопатообразную длань с обломанными ногтями и вековыми залежами грязи под ними, каким-то чудом сдержала брезгливую гримасу и начала вставать сама. Впрочем, сзади за меня тут же ухватились маленькие цепкие ладошки и решительно поддержали, помогая в нелегком деле поднимания на ноги.

– Вот ведь каланча безголовая! продолжал звенеть негодующий голосок,- Чуть не убил многоуважаемую тэмм! Лапы – как кузнечные клещи, морда синевой заплыла, силищу девать некуда, так он к людям приставать вздумал! Вот я вас сейчас!

– Успокойся,- с трудом выдохнула я, отряхивая штаны и поворачиваясь к бушующей служанке, той самой, которой Шторм был доверен. Девушка уже, кажется, всерьез изготовилась с голыми руками наброситься на моих новоявленных родственников, и лишь мой профессионально-цепкий хват за плечо удержал ее от столь рискованного и необдуманного поступка. Отчего скромная неприметная служаночка вдруг превратилась в яростного защитника ошеломленной храны – лично мне было непонятно. Впрочем, доискиваться причин я не стала, а просто пояснила: – Они со мной не дрались, а братались.

– Чего?! – поразилась она.- Эти страхолюдины?

– Ага,- подтвердила я, перехватывая Тьму, которая, по зрелом размышлении, решила-таки напасть на орка и кружила вокруг него, выбирая место для атаки. Дело это было долгое, ибо размеры противника по сравнению с демоном переходили все доступные границы воображения.- Друг с другом уже побратались, теперь вот решили и меня заодно в родственницы взять.

– Да-а, семейка будет – просто загляденье,- покачала головой служаночка, смерив внимательным взглядом сначала стоящих в обнимку "братцев" (орку ради этого пришлось присесть на корточки, а гному приподняться на цыпочки), а потом пристально разглядывая меня с демоном на руках,- Вы всегда так легко находите себе друзей и родственников, тэмм?

– Нет,- честно призналась я.- Это не я их, а они меня находят. Равно как и все неприятности, с ними связанные.

– Видите ли, тэмм,- раскраснелась девушка, смущенно косясь то на меня, то на гостиничные окна, – там милорд, с которым вы приехать изволили… Он… ну…

– Ясно,- с обреченным вздохом констатировала я.- Милорд Торин опять чем-то недоволен и угрожает сей же секунд помереть от возмущения всем назло?

– Да! – моя добровольная помощница и информаторша благодарно тряхнула головой, сделала большие глаза и устремилась к крыльцу. Я последовала было за ней, но была остановлена удивленным возгласом:

– Эй, сестренка, ну куда же ты? Может, выпьем вместе?