Теневые игры - Чайкова Ксения - Страница 105

И это шутливое дуракаваляние было всего лишь подготовкой к серьезной схватке, попыткой загодя распознать уязвимые места противника.

Вэррэн, конечно, бросался в глаза всем и каждому. Его не могла сделать неприметным ни обычная одежда, ни тривиальное оружие, ни подчеркнуто мирное и спокойное поведение. Зато храна себе не изменила – платье, как и прочие дорожные одежки, у нее было простеньким, темным, хотя и сшитым из добротной материи – как раз таким, чтобы не привлекать к своей хозяйке внимания бедностью, но и не колоть глаза богатством. Нетуго зашнурованный корсаж, рукава и юбка были удобными, не обтягивающими, но и не развевающимися. Ничего способного сковывать движения или мешать во время боя. И в то же время Тень ни в коем случае не казалась изготовившимся к сражению воином, отовсюду ожидающим опасностей и нервно оглядывающимся при каждом шаге. Так, молодая девчонка, дурачащаяся с представителем союзной расы. И никто не замечает, как эти двое словно бы невзначай проводят кончиками пальцев по рукам друг друга, оценивая мускулы, или насмешливо хлопают по спинам и плечам, явно прощупывая, где спрятано оружие.

"Убьет",- с замиранием сердца подумал Торин, сам не понимая, откуда у него возникла такая уверенность, а главное – кто кого, собственно говоря, убьет-то. Но что добром этот странный тандем не кончит – это точно.

Спать Тень, как всегда, улеглась около порога. Правда, на этот раз она почему-то не стала раздеваться – просто закуталась в одеяло и улеглась, перед этим задумчиво покосившись на своего подопечного и слегка пошевелив губами, словно подсчитывая что-то про себя. Демон подлезла ей под бок, и храна машинально укрыла ее краем одеяла и прижала к себе. Потом обе недреманные стражницы затихли.

Торин, конечно, знал, что его телохранительница при необходимости может ходить легко и бесшумно. Как-то раз он даже подглядел точный способ такого перемещения – для него требовалось отсутствие обуви и умение аккуратно ставить ногу не на носок, как чаще всего поступают неопытные в деле подкрадывания, а на всю стопу, чтобы не хрустнул ни один сустав. Впрочем, повторить подобный номер без долгих, упорных тренировок было невозможно. И вскоре Лорранский оставил надежду научиться ходить бесшумно, так же, как незадолго до этого отказался от идеи садиться на лошадь, не касаясь стремян. Так вот, граф, конечно, был в курсе, что храна, в полном соответствии со своим прозвищем, может подкрасться тихо, как тень, но так и не научился не вздрагивать после того, как девушка внезапно возникала рядом или – что еще хуже – дотрагивалась до него сзади.

Поэтому появление наемницы около кровати стало полнейшей неожиданностью. Тень нависла над своим клиентом, едва заметно улыбнулась, и Лорранский, не сдержавшись, улыбнулся в ответ. А коварная храна, низко наклонившись к графу, вдруг легонько дунула ему в глаза. И Торин почувствовал, как веки словно наливаются свинцом. Нестерпимо захотелось спать. И последнее, что он увидел перед тем, как провалиться в вязкую темноту, была подлая ухмылка его телохранительницы.

"Это не метод",- укоризненно заметила Тьма, прогулявшись по животу покладисто заснувшего аристократеныша.

– Сама знаю,- вслух согласилась я с ней, морщась,- на усыпляющее заклинание пришлось выложить немало сил, и теперь меня ощутимо пошатывало. Эх, где Вэррэн с его готовностью поцеловать меня… то есть, извиняюсь, от всей души поделиться энергией? – Но что делать? Ведь он же за нами потащился бы.

Вонато немного подумала и ответила утвердительной ассоциацией. Потащился бы, это несомненно, от настроенного качать права Торина отделаться не легче, чем убить хорошо вооруженного и изготовившегося к обороне эльфа.

– Вот-вот. А нам сейчас попутчики разве нужны?

Тьма задумчиво понюхала пальцы графенка, дернула подвижным носом, потом расправила крылья, сладко потянулась и перелетела ко мне на плечи, явно демонстрируя, что от нее мне так просто не избавиться. Я с невольной улыбкой почесала демона под нижней челюстью, заботливо подоткнула своему подопечному одеяло, чтобы, не приведи боги, слабосильный Торин не простудился, и вылезла в окно, дабы не утруждать себя возней с замками и щеколдами. Кроме того, мне вовсе не хотелось переживать еще один скандал, если Лорранский обнаружит себя в закрытом снаружи помещении.

Ненастными осенними ночами большие города не то что засыпают – нет, они никогда не знают покоя, и заставить их угомониться не под силу ни войнам, ни эпидемиям, ни тем более такой мелочи, как дождь и непогода. Просто вся жизнь перетекает с открытого воздуха в помещения, и, хотя улицы пустеют, за стенами зданий кипит еще более бурная жизнь, особенно в Кларрейде.

Я сменила платье на штаны и куртку и шла, невольно ежась, стараясь повыше поднять вытертый кожаный воротник. Улицы освещались плохо, это вам не стольная Каленара, где каждый старается выставить напоказ свою обеспеченность и навешивает на дом столько магических сгустков света, на сколько хватает денег. Да и с тем освещением, что, по идее, должна оплачивать держава, здесь было туговато, хотя изредка кое-где нет-нет да и посверкивали робкие, дрожащие лучики слабых магических зарядов, которым, впрочем, не под силу было разогнать царящую на улицах темноту.

Только ни мерзкой погоде, ни темноте, ни ворам не под силу напугать торговцев и коробейников. И когда мне навстречу попался продавец разноцветных гномьих водок, я без раздумий купила у него полстакана светло-зеленого (это негоциант меня заверил, что светло-зеленого, в темноте даже демоны Мрака вековечного не разобрали бы цвет), мерзостного на вкус пойла, с отвращением прополоскала им рот и выплюнула в канаву. Потом смочила в оставшихся в стакане каплях пальцы и, морщась, провела рукой сначала по волосам, потом по куртке. Тьма в ужасе принюхалась и от греха подальше слетела с моего плеча, явно опасаясь, что сдуревшая хозяйка и ее в какой-нибудь гадости выкупать вздумает. Понимаю. Пахло от меня теперь, как от орка, неделю шатавшегося по людскому городу в поисках развлечений и с увлечением предававшегося пьянству. То, что нужно.

В большой трактир, примеченный во время дневных прогулок под ручку с Торином, я ввалилась именно так, как вваливаются в подобные заведения подгулявшие наемницы: расхлебянив дверь нараспашку, зацепив ногой косяк, пнув по дороге табуретку и едва не свалившись на стол, заставленный дешевыми кушаньями и напитками. Сидевшая за ним компания гномов и человеческих мужчин разразилась веселыми приветственными криками, призывая довершить начатое и все-таки рухнуть, если не на столешницу, то хотя бы им на колени. Но я непреклонно помотала головой, кое-как выправилась, скорректировала направление своего движения и целеустремленно шагнула к пустой лавке в самом углу. Хорошее место, удачное, удивительно даже, как его раньше никто не занял – там можно устроиться, прислонившись к стене и не ожидая нападения со спины, а видно будет почти весь зал, исключая разве что противоположный угол, затененный густым полумраком.

– Что закажем? – тихо поинтересовалась молоденькая девушка-разносчица, наклоняя голову. Правда, делала она это скорее не из почтения, а от усталости.

– А пирожные у вас есть? Или шоколад? – невинно, но достаточно громко, дабы привлечь всеобщее внимание, спросила я, ссаживая Тьму на стол.

– Ничего подобного не держим,- равнодушно отозвалась девушка, никак не отреагировав на любопытное шипение хищного демона. То ли эта красавица (а подавальщица действительно была весьма и весьма недурна собой и. если бы ее приодеть и причесать, как должно, могла составить конкуренцию признанным придворным красавицам) уже наработалась и устала до того, что не замечает ничего вокруг, то ли по жизни такая равнодушная. В любом случае – уважаю.