Чуть свет, с собакою вдвоем - Аткинсон Кейт - Страница 55

Этот Джексон приехал искать правду о Кэрол Брейтуэйт, так? Линда, Трейси, Барри. Эпизодические роли, статисты в драме о смерти Кэрол Брейтуэйт. Может, пора на сцену исполнителям главных ролей? Наступили последние времена. Барри сгорит синим пламенем — можно и еще кое-кого с собой прихватить.

Сейчас хорошо бы прилечь, подремать, но он поднял себя с кровати и выпил еще одну мини-водку. Потом налил в бутылочки воды и сунул их в мини-бар.

Нельзя так дальше. Он больше не может. Настал час расплаты. Для Барри. Для всех.

— Спасибо, лапуля, — сказал он, возвращая пластиковый ключ от номера. — Залови мне кенгуру, договорились? Вот и умница.

Собака сидела рядом, и оба они смотрели на удаляющийся «сааб».

— Слов никаких нет, — сказал Джексон. Как будто потерял старого верного друга. — Мне нравиласьэта машина.

«Сааб» замедлился, и Джексон сказал:

— Бежим, она, наверное, передумала, — и помчался вперед.

«Сааб» притормозил, выплюнул на обочину Джексонов телефон и поехал дальше, а Джексон с собакой устремились следом. Машина подразнила его еще раз — снова остановилась и выплюнула рюкзак. Джексон опять побежал, но не успел добраться до «сааба», как тот поехал снова. Джексон подобрал телефон и рюкзак, подождал — может, еще что-нибудь отдадут, — но «сааб» набрал скорость.

— Прекрасный пол, — пояснил Джексон собаке. («В каком смысле прекрасный?» — однажды спросил он Джулию. «Прекраснее иного в любви и на войне», — ответила она.)

В заднем окне туда-сюда метрономом покачивалась серебристая палочка. Девочка прощалась.

Они в глуши. Позвонить другу? А у него есть друзья? Может, Джулия. А чем она поможет? Спросить зал? Он обернулся к собаке. Бестолковое создание. В кармане нашлись собачьи галеты — все, что осталось от покупок на бензоколонке. Маленькие печенья в форме косточек. На удивление аппетитные, — впрочем, Джексон взял себя в руки и кинул галету собаке.

Пожалуй, разумно вызвать такси, но телефон, хоть и пережил полет и падение, сигнала не ловил. Делать нечего — придется пешком. Само собой, псу этот план нравился больше, чем Джексону.

До встречи со следами цивилизации прошло добрых полчаса. Собака услышала мотор прежде Джексона. Тот схватил пса за ошейник, оттащил к обочине, и они стали ждать машину из тумана. Джексон припомнил «лендкрузер», подумал было броситься в ближайшую канаву, однако поблизости не было канав, а он уже видел, что по пустынной дороге к ним приближается не «лендкрузер», а серый «авенсис».

Джексон выставил руку.

— Кошелек или жизнь, — шепнул он собаке.

«Авенсис» затормозил, опустилось стекло.

— Приветик, как это мило вас тут встретить, — сказал водитель.

Джексон уставился ему в лицо, снова жалея, что не купил очки. Знакомый?

Водитель открыл дверцу и сказал:

— Что-то есть общее у привета и преисподней, так ведь говорят? Подвезти вас, сквайр?

Гостиничный официант, который оставил маячок. Джексон покосился на собаку — должна подтвердить, — но собака уже ловко запрыгнула под пассажирское сиденье — привыкла.

Джексон неохотно забрался следом.

На зеркале заднего вида болтался мохнатый и квелый розовый меховой кролик. На конкурсе сорных автомобильных аксессуаров Джексонов талисман, светящаяся Дева Мария на приборной доске, что вибрирует на присоске и таит две пальчиковые батарейки в святом своем нутре, даст еще какую фору мохнатому розовому кролику.

— Итак, шеф, — Уитби? — спросил водитель «авенсиса», приподняв воображаемую шоферскую кепку.

— Будьте любезны.

По сравнению с этим «странность» — вчерашний день.

— Славная у вас псинка, — сказал водитель.

— Да, — сказал Джексон, — вы уже говорили вчера, когда нацепили на него маячок. Почему вы за мной следите?

— Может, я за собакой слежу. — Он завел «авенсис». — Ну, сквайр, поехали. Сперва возьмем Манхэттен [148], а?

— Вы вообще кто?

— И с порога трудные вопросы. Кто я? — задумчиво повторил его новый приятель. — Кто я? Разумеется, можно перефразировать: кто мы все?

— Это был не философский вопрос, — сказал Джексон.

— Имя, звание и личный номер?

— Имени хватит.

Вблизи Джексон разглядел, что этот человек слегка побит жизнью. Пепельная кожа курильщика — и, словно по команде, он достал из бардачка сигареты:

— Хотите?

— Нет, спасибо. — Смирись — ты попал в альтернативную реальность, сказал себе Джексон. Случилось это, вероятно, где-то по прибытии в Лидс. — Это как-то связано с Линдой Паллистер?

— С кем?

— А с Надин Макмастер?

— Ах, надежда в нашем сердце как звезда; благословенье в будущем всегда [149]. Поуп. У него бывают ничего стишки. Знакомы с ним?

— Лично не представлен, — ответил Джексон.

— А чего ж вы в этой глухомани забыли?

— Ну… — сказал Джексон. Своей сложностью история одолела его, не успев начаться. Он выбрал простую версию: — У меня угнали машину.

Туман наконец рассеивался, и сквозь тончающие клочья просвечивало бледное золото.

— Кажись, ничего себе выдастся денек, — сказал водитель «авенсиса».

Когда они ездили к морю, игра была такая: «Кто первым увидит море». Джексон, Джози и Марли. Маленькая дружная троица, — кажется, много лет с тех пор прошло. Победитель (всегда Марли, даже если приходилось показывать ей, где же море) получал три круглые шоколадки. Джози распределяла сладкое, как будто война бушевала.

А сегодня моря не видать, берег еще погребен в тумане. «Морская ржа», как говорят в Йоркшире. В Шотландии, далеко-далеко на севере, где остров Туле, Луиза сказала бы «мъгла». Их разделяет язык и пересечение незримой границы. Луиза хоть изредка о нем думает?

Когда они взобрались на последний холм, туман уже ретировался и в своем поразительном готическом великолепии проступил Уитби — аббатство, гавань, Западный мыс, сумбур рыбацких хижин.

— Сразу ясно, почему граф Дракула высадился тут, а? — сказал водитель «авенсиса».

— Дракула ненастоящий, — возразил Джексон. — Он вымышленный персонаж.

Водитель пожал плечами:

— Вымышленное, настоящее — какая разница?

— Ну… — сказал Джексон.

Однако не успел он предъявить убедительный аргумент (например: «Хотите почувствовать разницу между вымышленным ударом по морде и настоящим?»), они покатили под горку к городу и водитель сказал:

— Я вас, наверное, у полицейского участка высажу?

— У полицейского участка?

— Сообщить об угоне вашей тачки.

— А, ну да, хорошая мысль, — сказал Джексон.

Явление «авенсиса» было до того странно, что вытеснило эскападу женщины с ребенком на зады сознания. Джексон как будто очутился в эпизоде «Пленника» [150]— в любую минуту по дороге поскачет гигантский белый шар жевательной резинки и проглотит его заживо, лишний раз доказав, что грань между настоящим и вымышленным бесконечно тонка.

Машина еле ползла, водитель «авенсиса» озирался — чужак в чужом городе.

— Вы знаете, где тут полиция? — спросил Джексон.

Водитель постучал по навигатору на приборной доске:

— Нет, но она в курсе.

Джексона уколола ревность. Ему всегда представлялось, что Джейн однолюбка.

«Авенсис» заехал на стоянку у полицейского участка на Спринг-Хилл. Джексон вышел из машины, водитель тоже.

— Размяться не помешает, — сказал водитель. Прислонился к машине и снова закурил, — очевидно, это и есть разминка. — Хотите верьте, сквайр, хотите нет, но, по-моему, мы с вами на одной стороне и пункт назначения у нас один, просто мы из разных точек туда отправились.

— Пункт назначения?