Ветряная мельница любви - Луговский С. С. - Страница 2

Девушка умолкла, с изумлением глядя на отца, потом неожиданно рассмеялась:

— Извини, папа, но эта идея выглядит столь нелепо! И это так похоже на бабушку, которая без конца строит воздушные замки. Ее французская кровь позволяет ей удивительным образом сочетать практицизм с романтизмом. Конечно, она очень хочет, чтобы герцог женился. Однако ее выбор пал не на кого-нибудь, а на твою дочь, в чьих жилах течет голубая кровь и которая может принести будущему мужу значительное приданое.

Насмешливый тон дочери вызвал веселое удивление графа.

— Невинной дебютантке, вроде тебя, не к лицу такие речи, — шутливо возразил он.

— Может быть, я и невинна, папа, но я же не идиотка. Когда бабушке еще не пришло в голову, что из меня можно сделать герцогиню, она много рассказывала о любовных похождениях герцога. Она рисовала его прямо-таки современным Казановой!

Граф нахмурился:

— Твоей бабушке следовало бы быть осторожнее, — заметил он.

Валерия снова рассмеялась:

— Вот уж этого с ней, к счастью, не бывает. Именно поэтому она часто способна поразить собеседника.

— К тридцати годам герцог должен был бы уже остепениться, — заметил граф.

— На француза это не очень похоже. Как рассказывала бабушка во время одной из «неосторожных» бесед, француз на людях может весьма галантно обходиться с женой и в то же время снимать квартиру для любовницы.

Граф ударил ладонью по столу с такой силой, что чернильница подпрыгнула.

— Твоя бабушка не имела права говорить тебе подобные вещи, — сурово сказал он. — Я поговорю с ней об этом.

— Поздно, папа, что сделано, того не поправишь, — улыбнулась девушка. — Что до твоего предложения, то на него я отвечу: «нет».

— Ну что ж, придется поискать другие пути. Как верно заметила твоя бабушка, среди английских герцогов сейчас нет ни одного холостяка. Кроме того, у нее сложилось впечатление, что молодые англичане кажутся тебе скучными.

— Вот уж это верно. Они любят поговорить о лошадях, но мало кто из них смыслит хоть что-нибудь в разведении и даже дрессировке этих прекрасных животных.

Глаза графа откровенно смеялись.

— На вряд ли это имеет значение, когда дело касается женитьбы!

— Для меня имеет! — возразила Валерия.

— В таком случае должен заметить, что герцог не раз занимал первые места на скачках и считается одним из лучших наездников Франции.

— Я слышала об этом, но мне не хотелось бы оказаться в одной упряжке с какой-нибудь хорошенькой куртизанкой, с которой он будет проводить время в Париже.

Заметив, что отец снова нахмурился, она добавила:

— Представляешь, как была бы несчастна мама, если бы ты сам вел себя подобным образом?

— Конечно, конечно, — ответил граф. — Однако, моя дорогая, мы должны считаться с реальностью. Такое супружеское счастье, которое обрели мы с твоей матерью, озаряет, может быть, один брак из тысячи.

— Но только такого счастья я бы хотела для себя, — тихо ответила его дочь.

— Бог свидетель, я хочу для тебя того же. Но ведь молодой человек, который покорил бы твое сердце, не возникнет сам собой из воздуха. Так что же нам делать?

Валерия немного подумала, потом ответила:

— Я думаю, папа, надо доставить бабушке радость и, как она и предлагает, отправиться в гости к герцогу.

Граф удивленно посмотрел на дочь, а она продолжала:

— Я всегда мечтала увидеть Пиренеи. А если нам станет скучно в замке герцога (что наиболее вероятно), мы сможем отправиться в Биарриц.

— А ведь это идея! — воскликнул граф.

— Но я поеду туда с одним условием: пообещай мне — а ты ведь никогда не нарушаешь своих обещаний, — что не будешь уговаривать меня выйти замуж за герцога, даже если он, в чем я весьма сомневаюсь, пожелает жениться на мне.

— Я обещал это твоей матери, — ответил граф, — и у меня нет причин не пообещать этого тебе. Но, действительно, было бы очень интересно побывать в этом замке, которым твоя бабушка так восхищается.

— Послушать мою бабушку, так этот замок соединяет все прелести дворца великого монгольского хана Хубилая и райских садов. Сомневаюсь, чтобы какое-нибудь место на земле могло быть столь совершенно!

Граф рассмеялся:

— Вот мы и проверим это сами. И было бы очень хорошо съездить в Биарриц. Недавно ее величество рассказывала, какое наслаждение она получила два года назад от поездки туда.

— Думаю, папа, мы прекрасно проведем время, а когда вернемся в Англию, вместе составим список холостяков, которые устраивали бы нас обоих!

— Это ты говоришь просто для того, чтобы меня успокоить. Но должен же найтись хоть один человек, который соответствовал бы твоим требованиям!

— Но все очень просто, — возразила девушка. — Я хочу выйти замуж за человека, которого полюблю и который полюбит меня.

Немного помолчав, она добавила:

— Кроме того, папа, этот человек должен быть таким же красивым, добрым и хотя бы наполовину таким же умным, как ты.

— Ты льстишь мне и делаешь это так же по-французски неотразимо, как умела делать твоя мать.

Валерия встала из-за стола, подошла к отцу и поцеловала его.

— Папа, я люблю тебя. Сказать по правде, я так счастлива дома, что не имею ни малейшего желания переселяться в дом к какому-то чужому человеку, будь он хоть так же великолепен, как персидский шах.

— Я и сам был бы рад, если бы ты оставалась со мной, ты же знаешь. Но тут твоя бабушка права: всегда лучше, если красивая женщина выходит замуж, пока она молода.

— Она ведь при этом имеет в виду, что у меня может быть несчастливый роман с человеком, за которого я никогда не смогу выйти, — ответила Валерия. — Не волнуйся, папа, пока я никого не люблю, если не считать моего Крестоносца. За него одного я отдала бы всех здешних кавалеров.

Граф засмеялся и обнял дочь.

— Сейчас время обеда, — заметил он, переводя разговор на другое, — а после полудня мы с тобой можем покататься верхом.

— Я с удовольствием, папа, если это не нарушит твои планы.

— Что может быть лучше такой прогулки! Но прежде я напишу письмо герцогу и сообщу, что мы хотим приехать к нему в гости недели через две.

— Это правильно. К этому времени закончатся все самые интересные балы. А кстати: мы ведь собирались на один из них сегодня вечером. Ты не забыл?

— Конечно, нет.

— Я бы хотела потанцевать в большом зале, окна которого выходят в сад, — заметила девушка. — Это куда приятнее, чем в такую жару сидеть в Лондоне.

— Может быть, и так, — ответил отец, — но на будущей неделе мы приглашены в несколько мест, и я прошу тебя иметь это в виду.

— Ты все думаешь о моем замужестве, папа? Прошу тебя, не надо! Человек, который нам нужен, когда-нибудь сам свалится с неба. Или, если так суждено, я могу повстречаться с ним во время прогулки по Роттен-роу [2]. Или он может неожиданно оказаться моим соседом во время одного из тех бесконечных званых вечеров, которые, честно говоря, я нахожу не менее скучными, чем ты.

— Кто тебе сказал, что мне там скучно? — недовольно спросил граф.

— Об этом и говорить не надо. У тебя бывает такой скучающий вид. Неудивительно: рядом с тобой сидят старые важные дамы, а я думаю, ты предпочел бы общество какой-нибудь молодой и хорошенькой женщины вроде меня!

Граф снова рассмеялся:

— Молодой и хорошенькой самой будет неинтересно в обществе такого скучного старика, как я.

— Сомневаюсь, папа! Я так люблю тебя, что в конце концов, наверное, выйду замуж за какого-нибудь придворного лет восьмидесяти!

Отец улыбнулся. Когда через несколько минут они вдвоем входили в столовую, граф думал о том, как удивительно походила Валерия на свою мать. Она всех была способна заразить своей энергией и жизнерадостностью. Скучать в ее обществе казалось невозможным.

«Я должен найти ей мужа, который умел бы ценить и понимать ее», — подумал он, понимая, как трудна эта задача.