Колдовская любовь - Хенли Вирджиния - Страница 62

— Люблю шотландца и хочу стать его женой.

— Шотландца?! — ахнула Кейт. — Думаешь, мы допустим брак с чужаком?

— Почему же нет? Шотландцы всегда женились на англичанках. Взять хотя бы Маргариту Тюдор.

— Но Яков Стюарт был королем! — не уступала мать.

— Маргарита только что вышла за Арчи Дугласа.

— Кстати, Розалинд сказала, что вскоре будет принимать у себя королеву. Дейкров включили в свиту короля, и весь двор отправляется в английскую столицу! О, Рейвен, как ты могла отказаться от такой чести?

Рейвен едва не выпалила, что уже представлена королеве, но вовремя прикусила язык.

— Англичане тоже женятся на шотландках, — не унимался Герон. — Я сам не прочь посвататься к Бет Кеннеди!

Кейт мгновенно забыла о дочери.

— Герон, да ведь Бет с нами в родстве. Мы будем рады такой прекрасной партии! Ее отец — сам лорд Галлоуэй!

Рейвен с надеждой посмотрела на мать.

— Человек, которого я люблю, тоже происходит из знатной семьи. Он много раз просил меня стать его женой, но я хотела получить ваше благословение.

— Это Хит Кеннеди, так ведь, Рейвен? — сухо осведомился отец, с неодобрением взирая на дочь. Но она не потупилась, а надменно вскинула подбородок и гордо ответила:

— Да, отец. Хит Кеннеди.

— Хит? Разве не так зовут незаконного сына Роба Кеннеди от цыганки по имени Лили Роуз?! — вскричала Кейт.

— Вот-вот, — подтвердил муж. Глаза Рейвен угрожающе сверкнули.

— Он не виноват в своем происхождении, а цыганская кровь ничем не хуже нашей!

— Ой! Неужели ты предпочтешь цыгана Кристоферу Дейкру? — ахнула Ларк.

— Да. Он по крайней мере человек чести, чего не скажешь о Дейкре. Кристофер ведь пытался соблазнить тебя и если еще не преуспел в этом, то скоро добьется своего.

Ларк покраснела, но Кейт уже строила новые планы:

— Дорогая, если желаешь войти в семью Кеннеди, знай, что у леди Элизабет есть холостой сын. Уверена, что твой отец с радостью напишет кузине и предложит союз между нашими семьями.

Вспомнив огненно-рыжего Дункана, Рейвен на секунду застыла, но тут же вспылила:

— Мама, ты, похоже, не поняла ни единого слова из того, что я пыталась тебе объяснить! Ты меня даже слушать не хочешь! Я влюблена в Хита Кеннеди, и мне совершенно все равно, унаследует он богатство отца или нет, цыган он или шотландец! Да пойми же наконец, мама! Мы любовники! Любовники, связанные обетом верности!

Глава 27

Подняв руки к небу, доведенная до отчаяния Рейвен выбежала из комнаты, поднялась наверх и сорвала с себя скромное платье заодно с лентой. Потом натянула старую одежду для верховой езды, сапожки и помчалась на конюшню. Она даже не позаботилась оседлать Салли. Просто вскочила ему на спину и поскакала на свое любимое место, туда, где река Иден впадала в залив Солуэй. Это был единственный способ почувствовать себя свободной. Бешеная скачка вдоль побережья, разделявшего Англию и Шотландию, неизменно ее успокаивала. Никого. Только бескрайнее море и пурпурные горы вдали. Но сегодня чудесный пейзаж лишь послужил напоминанием, что она и Хит разлучены и находятся по разные стороны границы.

Почему она не поехала с ним? Он предупреждал, что родители не станут ее слушать. Твердил, что ей никогда не удастся убедить их согласиться на этот брак. Но она не поверила.

Салли доскакал до конца песчаной косы и остановился. Рейвен долго смотрела на море, несчастная и одинокая, отделенная от любимого широкой полосой воды. Пальцы нащупали камень-бог, висевший на шее под рубашкой, и ей стало немного легче.

В памяти всплыла картина их первой встречи, и Рейвен задумчиво улыбнулась. Она мчалась верхом на Салли прямо на него. А он стоял неподвижно и смеялся. Только сейчас она осознала, что именно в ту минуту отдала ему сердце, но все это время упрямо отказывалась признать правду. А ведь сегодня на ней именно та рубашка, которую Хит тогда так дерзко позаимствовал!

Всего через несколько минут после знакомства он ухитрился раздеть ее! Ей следовало сразу понять, что он всегда возьмет верх и выйдет победителем из любой ситуации.

Как жаль, что он не может вдруг здесь появиться и поскакать ей навстречу… Нет, Хит не вернется за ней. Она так оскорбила его гордость, что он, наверное, пожалел о своей преданности и заботе. Больше он не позволит унизить себя!

Хотя она немного успокоилась, боль по-прежнему разрывала сердце. Придется чем-то занять ум и руки, сосредоточиться и не думать о Хите. Какой смысл жалеть себя и грезить о недостижимом!

Она вернулась в конюшню, напоила и покормила Салли и принялась работать скребницей, пока шерсть пони не заблестела. Потом надела кожаные перчатки, вынула из клеток молодых кречетов, захватила приманку и отправилась на болота продолжать обучение.

Раз за разом она подбрасывала птиц, проявляя бесконечное терпение. Чаще всего они промахивались и добыча ускользала, но зато они каждый раз возвращались к приманке. Наконец, когда день уже клонился к закату, один кречет поймал мышку, а второй вернулся с выброшенной на берег рыбой. Рейвен тут же вспомнила слова Валентины, сравнивавшей королевский двор с дохлой макрелью. Кстати, почему визит Маргариты Тюдор в Англию держится в таком секрете? И леди Розалинд говорила об этом как-то уклончиво…

Рейвен неожиданно похолодела. Неужели… Да, причина может быть только одна… Неужели Маргарита решила взять с собой сына, маленького Якова, чтобы отдать его своему брату, английскому королю?

Чем больше думала об этом Рейвен, тем сильнее убеждалась в истинности своего предположения. В этом замешаны Дейкры, и уже одно это доказывает, что ее догадки справедливы.

Надо поделиться с Хитом своими подозрениями. Уж они с Рэмзи придумают, как защитить шотландского короля.

Рейвен глубоко вздохнула и еще раз проверила себя. Что, если она просто ищет предлог отправиться к Хиту? Да, он прав, она сделала огромную ошибку, которую, однако, постарается исправить. Но вот если что-то случится с Яковом Стюартом лишь оттого, что ее обуяла гордыня, это окажется непоправимым.

Сажая кречетов в клетки, Рейвен уже знала, что немедленно отправится в Эскдейл.

На этот раз она оседлала Салли и, покидая конюшню, взглянула на окна дома. Не стоит возвращаться туда за едой и одеждой. Родители могут попросту ее запереть. Если кто-нибудь видел сегодня ее с птицами, домашние ее раньше ужина и ждать не будут. Рейвен для отвода глаз снова направилась к болотам, а оттуда повернула Салли на север.

Девушка понятия не имела, сколько миль предстоит проехать до Эскдейла. Кроме того, неизвестно, там ли сейчас Хит. Пальцы сжали подаренный им камень: он должен привести к своему владельцу. Она отбросила все сомнения, убедив себя, что невидимая нить, связывающая их, укажет ей дорогу.

Ехала она не спеша: путь предстоял неблизкий, так что следовало поберечь силы Салли. Она гладила пони по холке и время от времени шептала ему:

— Найди Хита, Салли, найди Хита.

Солнце зашло; сумерки постепенно сгущались. Девушка намеренно объехала Лонгтаун стороной. Вряд ли жители благожелательно отнесутся к ночному путнику. Рейвен не боялась темноты, она любила ночь, ее особую загадочную прелесть.

Услышав журчание воды, она осторожно подвела Салли к берегу. По-видимому, это река Эск, и если следовать по течению, она рано или поздно доберется до Эскдейла. Пожалуй, пора отдохнуть. Она спешилась, распрягла Салли, дала ему напиться, ополоснула лицо прохладной водой и тоже утолила жажду. Оставалось дождаться, пока пони вдоволь пощиплет травки. Рейвен привязала его к дереву и уселась, опершись о ствол.

Она старалась не думать о еде, потому что очень проголодалась и при воспоминаниях о вкусных блюдах мистера Берка в животе громко урчало.

Часа через два после наступления темноты на небе взошла новая луна. Рейвен любовалась тонким полумесяцем и повторяла заклинание, которому научила ее бабка:

Как только вижу новую луну,

Она зовет меня открыть глаза,