Большая книга ужасов (сборник) - Гордиенко Галина Анатольевна - Страница 43

Дина с трудом избавилась от Игоря Сушкова по кличке Пахан, самого «крутого» поклонника — он ухаживал за ней, не в пример Ильину, вполне откровенно! — и подошла к окну последней. Подлетев к Сергею, она перебросила на грудь косу и радостно улыбнулась:

— К-как х-хорошо, что все обошлось!

— Да уж, — буркнула Лена, — поволновались мы!

— Почему ты опоздал? — спросила Светлана.

Сергей пожал плечами:

— Так. Не выспался толком, еле встал.

Сергей смотрел на друзей как-то угрюмо, и Светлана неожиданно забеспокоилась. Не обращая внимания на щебетавшую о предстоящей контрольной по химии Дину, она осторожно присмотрелась к Ильину. И невольно отметила: Сергей казался сегодня каким-то на удивление бледным. И странно щурил глаза: его веки как — то болезненно подергивались. А волосы… ну, точно! Потемнели! Почти черными выглядят. А вчера еще они были светло-русыми, Светлана отлично это помнила. «Чушь какая-то, — рассеянно подумала девочка. — Не могут же волосы за одну ночь изменить цвет? А что он бледный… Мало ли! Наверное, действительно не выспался. Гришка болтал — у Ильина голова болела. Ну, после этого дурацкого порошка…»

В это время низкие тучи за окном разошлись, и школьный коридор мгновенно залило яркими солнечными лучами. Свет электрических ламп потускнел, сделался едва различимым. Дина радостно рассмеялась и открыла форточку. А Сергей нервно вздрогнул. Прикрыл глаза ладонью и торопливо отошел от окна. Встревоженная Светлана проводила его настороженным взглядом. Ей было не по себе. Она чувствовала себя ужасно глупо, но никак не могла выбросить из головы вчерашний пакетик с жуткими картинками. И Сергей сегодня ей совсем не нравился! Светлане почему-то казалось, что за эту ночь он сильно изменился. И не только внешне. Всегда такой коммуникабельный, он сегодня друзьям и двух слов не сказал. И ни разу не улыбнулся… Светлана тяжело вздохнула. И осторожно потянула глазевшую в окно Лену за рукав ее любимого свитера.

— Слушай, — еле слышно прошептала Светлана, — а вампиры дневного света боятся?

Лена изумленно вытаращила на подругу голубые глаза и выразительно покрутила пальцем у виска.

— Что, Гришкины лавры тебе покоя не дают?

— При чем тут Гришка? — растерялась Светлана.

— Притом, — отрезала Лена. — Всю прошлую неделю он доставал нас всей этой мерзопакостью, а теперь ты решила его сменить?

— Да нет, я серьезно…

— И я серьезно!

И Лена вновь отвернулась к окну.

Светлана пожала плечами и подошла к Гришке Лапшину. На этот раз она решила быть дипломатичнее. Улыбнулась и небрежно бросила:

— Гриш, а ты о Хеллоуине много прочел?

Гришка оживился. Во-первых, ему всегда нравилась Светлана Лукьяненко; а во-вторых, это классная тема! И потом — сколько можно молчать? Серый нахохлился, словно сыч. Ленка принципиально с ним не разговаривает после вчерашнего. Динка сегодня таращится только на Ильина, на радостях, наверное, что все обошлось… Да ну их всех к черту!

Гришка поудобнее устроился на подоконнике и заявил:

— Много! Специально по городским библиотекам лазил. А где на дом книг не давали, там я в читальном зале с ними устраивался. Знаешь, какие интересные вещицы встречаются? И старинные книги есть…

Света слушала его внимательно, с неподдельным интересом. Гришка воодушевленно воскликнул:

— Да, еще я в Сети пару вечеров покопался, тоже кое-что нарыл! По мелочи, правда.

— А не страшно? — с невольным любопытством спросила Светлана. — Все-таки вампиры, привидения, еще банши, кажется… Брр!

Гришка снисходительно посмотрел на девочку:

— Скажешь тоже — страшно! Интересно — это да, но не больше. И потом — я раньше как-то ни о чем таком не задумывался, понимаешь?

— Ну и чем это плохо? — удивилась Светлана.

Гришка хмыкнул:

— Конечно, плохо. Обедняет!

Светлана с трудом сдержала улыбку: уж очень серьезно Гришка это сказал! Впрочем, спустя секунду Лапшин уже явно подумал о другом. Соскочил с подоконника и весело заявил:

— Кстати, знаешь, какие обалденные образы все это чтиво мне навеяло?

Светлана демонстративно поморщилась:

— Ты что, еще и рисовать эти кошмарики собрался?

Гришка ухмыльнулся и поправил ее:

— Во-первых, не рисовать, а писать! А во-вторых, какие такие кошмарики? Ты же знаешь, как я пишу — никакой конкретики.

— Да уж, — невольно рассмеялась девочка, — одни эмоции!

Уроки рисования у них вел старый художник, Иван Петрович Карамзин. Довольно известная личность в городе и области. То ли скучновато Карамзину стало, то ли действительно, как смеялись в школе, он на старости лет решил нести искусство в массы, но Иван Петрович вдруг выпросил у дирекции школы класс и занимался им вот уже восьмой год. Карамзину повезло: он обрел в классе не только учеников, но и единомышленников. «Фанатов-художничков, мазилок», — как презрительно называла их Лена. Ими оказались Сергей и Гришка. Правда, Гришкину манеру рисования Карандаш — так звали учителя между собой ребята — всерьез начал воспринимать лишь с недавних пор. До этого он просто пренебрежительно пожимал плечами. Даже не пытался разобраться в том буйстве красок, которые устраивал на своих полотнах Гришка. А уж угадать в них заданную тему!.. Это было очень непросто. Пейзаж, натюрморт или портрет на Гришкиной картине для большинства непосвященных смотрелись абсолютно одинаково. И все-таки многие зрители замирали возле Гришкиных работ надолго, часто — против своей воли. Глазели завороженно — и отходили, как-то странно притихнув.

Светлане, например, Гришкины полотна всегда нравились. И она никогда не ошибалась и не путала лесное озеро с румяным яблоком. И не считала абстракционизм завесой для сокрытия бездарности, как думал суровый Гришкин отец. Впечатлительную девочку полотна Лапшина буквально околдовывали. В них всегда столько экспрессии, столько жизни и настроения!

Наконец Светлана решила, что Гришка к разговору подготовлен в достаточной степени, и осторожно перешла к волнующей теме:

— Слушай, а банши солнечного света боятся, нет? Или вампиры, скажем?

Гришку этот странный вопрос не удивил. Он оживленно воскликнул:

— Насчет банши — не скажу. Они вообще-то лишь концерты по ночам дают, а вот вампиры… — Гришка немного помолчал и пожал плечами: — Тут, знаешь, авторы несколько путаются. Кто что гудит. Но большинство сходится на одном: они его не то чтобы боятся, но не любят. Глаза их плохо его переносят, что ли? Сумрак для них предпочтительнее. И потом, опять-таки, смотря какие вампиры…

Светлана ждала продолжения. Гришка замолчал, словно забыв на время о девочке, потом задумчиво пробормотал:

— А что? Интересная тема. Вампир ярким солнечным днем! Должно прозвучать…

Гришкины губы продолжали шевелиться. Глаза слепо смотрели на обитую деревянными панелями стену. Длинные пальцы нервно вздрагивали: мальчик уже мысленно взял в руки кисть. Светлана грустно вздохнула. Она поняла, что от Гришки ей больше ничего не добиться, он уже в отключке. И надолго, как она знала по опыту. Светлана обернулась к Сергею, но так ничего и не спросила. Ильина рядом не оказалось. По-прежнему щурясь, он торопливо возвращался в класс. И вошел в него как раз тогда, когда прозвенел звонок.

Глава 8

Светлана встревожена

После уроков друзья неожиданно обнаружили, что Сергей Ильин исчез. Вроде бы только что он сидел на своем стуле, собирая учебники, и вдруг — там пусто! Такого еще не случалось: ребята все семь с половиной лет учебы выходили из школы вместе. Дина побежала к раздевалке, но через пару минут вернулась и жалобно протянула:

— Его т-там нет! И его к-куртки тоже. К-куда же он делся?

Гришка, отлучавшийся сразу после звонка наверх, в мастерскую Карандаша, удивился:

— В мастерской Серого тоже нет. Да и не заходил он туда. Иначе б я его на лестнице встретил. Домой, что ли, без нас умотал? Ну, дает, Серый!

Лена пожала плечами:

— Да ладно вам! Он весь день сегодня какой-то квелый. Не выспался, я думаю.