Большая книга ужасов (сборник) - Гордиенко Галина Анатольевна - Страница 39

Вот и сегодня Гришка утащил друзей к самому дальнему окну в вестибюле, все-таки — большая перемена! Забрался на подоконник и таинственным полушепотом вещал:

— А есть такая ночь особенная, на Западе ее называют Хеллоуином — в России о ней в старину знали лишь посвященные, — когда обычного человека можно заманить в свой лагерь!

— К-как это? — Голос Дины дрожал.

Да и сама Дина выглядела далеко не лучшим образом. Она уже четыре перемены подряд слушала, как ожившие покойнички, роняя с черепов остатки истлевшей кожи и гремя костями, развлекаются на кладбищах.

— Что значит — «как»?! — возмутился прерванный на пике красноречия Гришка. — Опоят простого человечка своими зельями, и ку-ку! Превратят его до самого конца этой колдовской ночи в свое подобие!

Дина побледнела еще сильнее. Ее ясные карие глаза потемнели от страха и стали совершенно круглыми.

Гришка нетерпеливо пояснил:

— Ну, в того же вампира, например. Или в ведьму. Плохо разве — на несколько дней влезть в чужую шкуру? Правда… — Гришка тяжко вздохнул и признал: — Если вдруг человеку это понравится, тогда — хана! Обратно в человека он уже не обернется. Так и останется вурдалаком на веки вечные. Судьба, значит. Против нее не попрешь!

— А если ему не понравится? — внимательно посмотрела на него Светлана.

Гришка пожал плечами:

— Если не понравится, то после Хеллоуина он проснется прежним! Всего-то и придется потерпеть до зари. Потом, как говорят, он и не вспомнит ничего…

Динка испуганно пискнула. Сергей насмешливо посмотрел на завравшегося друга:

— А я слышал, что вампиром становятся лишь после укуса другого вампира, и никак не иначе. Никакие зелья здесь роли не играют.

— Слышал он! — оскорбленно воскликнул Гришка. — Да мало ли о чем болтают?!

Лена фыркнула. Гришка поспешно сказал:

— И потом: одно не исключает другое. Укус — само собой, а зелье — само собой. Еще неизвестно, что эффективнее.

Сергей рассмеялся. Лена покрутила пальцем у виска. Гришка раздраженно крикнул:

— Сам подумай: когда еще тот укус подействует? Ты же читал — не одну ночь нужно кровь пить, чтобы заразить вампирством.

— Кошмар, — брезгливо поежилась Светлана, — о чем ты болтаешь?!

— А с зельем — здесь все проще, — не обращая внимания на реплику Лукьяненко, вдохновенно продолжал Гришка, — оно химию организма меняет, и все. Для начала — на время, а там уж все от человека зависит.

— Химию, — ядовито усмехнулся Сергей. — Много ты о той химии знаешь, болтун несчастный! У тебя же выше тройки по химии в жизни не было!

— При чем тут школа? — оскорбился Гришка. — Я обо всем этом, знаешь, сколько литературы за последние несколько дней перечитал?! Другой за всю жизнь столько не нароет!

Сергей скептически хохотнул:

— Ну и зачем тебе ТАКАЯ литература? Ты бы лучше «Мертвые души» наконец одолел.

Гришка успешно пропустил мимо ушей неделикатный намек Ильина о «Мертвых душах», действительно так и не осиленных им. Спрыгнул с подоконника и раздраженно воскликнул:

— Как — зачем?! Неужели непонятно? Ведь на носу — Хеллоуин!

Гришка произнес наконец заветное словечко и теперь сиял ясным солнышком. Смеялись его серо-голубые глаза, огнем горели жесткие рыжие волосы на круглой голове, каждая веснушка на лукавой физиономии буквально кричала о довольстве жизнью.

Друзья обеспокоенно переглянулись. Нужно сказать, что причина для волнений у них имелась. Обычно от Гришкиных фантазий ничего хорошего ждать не приходилось. Не раз ребята жалели, что купились на Гришкину очередную провокацию. Впрочем, Лапшин всегда был талантлив, очень убедителен и горяч. Он — еще с детского садика! — успешно, как друзья ни упирались, втягивал их в очередную авантюру. Как правило, спохватывались ребята несколько поздновато, когда уже по уши увязали в ней. Вот и теперь: они невольно насторожились, заранее прикидывая, чем может оказаться опасен для них приближавшийся Хеллоуин? И отчего вдруг Гришка вообще упомянул о нем?

— И что с того? — осторожно поинтересовалась Светлана.

— А ничего!

Светлана нахмурилась. Сергей внимательно рассматривал чересчур уж невинное лицо ближайшего друга. Дина нервно теребила кончик длинной косы. Гришка таинственно приглушил голос:

— У меня такая старуха есть на заметке — закачаешься! Настоящая ведьма, честное слово. Такую только в каком-нибудь триллере и увидишь. Я ее на одном из пригородных рынков давно пасу. Она там травами своими торгует. Есть у меня потрясающий планчик…

Лена угрюмо усмехнулась. Светлана застонала. Серега демонстративно схватился за голову. Дина вцепилась обеими руками в разлохмаченную косу… Но Гришку разве чем-то проймешь?!

Глава 5

Тимка сердится

В воскресенье друзья, как всегда, собрались у Сергея. Они любили бывать здесь.

В новеньком двухэтажном доме ребята чувствовали себя максимально свободно. Может, потому что особняк большей частью пустовал. Сережина мама умерла несколько лет тому назад. Ильина-старшего друзья практически никогда дома не заставали, он вечно пропадал на работе. Карповна же, дальняя родственница Ильиных, присматривавшая за домом и за Сергеем, им никогда не мешала. Старая женщина души не чаяла в своем воспитаннике и его приятелях, она знала их с самого раннего детства. Только Светлана Лукьяненко появилась в их тесной, проверенной временем компании не так давно, но добродушная Карповна и ее приняла с любовью. Когда же Света подарила ей крестик и икону, привезенные ее отцом из Святой земли и освященные там же, старуха окончательно растаяла. Татьяна Карповна была верующей и искренне радовалась, что среди кучки дорогих ее сердцу безбожников появился хоть один «стоящий» человечек.

Гришка Лапшин, как обычно, пришел последним, внаглую опоздав почти на полчаса. Ребята уже допивали чай с восхитительными пирожными, которые Карповна специально напекла к их приходу. Самые их любимые сделала! С ягодами, фруктами, воздушными кремами. Бисквитные, песочные, из сдобного и заварного теста…

Естественно, появился Гришка максимально эффектно! Для начала под окном библиотеки взорвалась мощнейшая петарда. Потом взвыл чем-то рассерженный Тимка. И лишь затем в стекло забарабанил Гришка, довольный произведенным шумом.

— Явился! — невольно хмыкнула Лена.

Она сочувственно покосилась на друзей, но выдавать Гришку все же не стала. Лена прекрасно понимала: час настал. Она пожала плечами — Лапшин наверняка больше тянуть не сможет. И свое дурацкое зелье он всем преподнесет сегодня же. Как и придуманную им на этот случай жутковатенькую легенду. Он и так, бедолага, терпел несколько дней! Как только удержался и ничего не разболтал? Лена шумно вздохнула, и Сергей с некоторым подозрением посмотрел на Парамонову. Он не доверял ей. Ведь обычно Лена с Гришкой развлекались на пару. И бессовестно поддерживали один другого, обвиняя всех остальных в занудстве и неумении «оторваться как следует». Правда, на взгляд Сергея, Лена все же действовала разумнее Гришки. И осмотрительнее. Иногда. Но рассчитывать на ЭТО особо не приходилось!

Завершения Гришкиной эпопеи с потусторонними личностями Сергей ожидал именно сегодня. Сам не понимал почему, но… Что-то такое витало в воздухе! Нужно сказать, Сергей решил на этот раз как следует проучить друга. Уж слишком часто Лапшин со своими опасными шуточками заходил слишком далеко. И никогда не думал о последствиях. Пора привести Лапшина в чувство. Сегодня же!

Светлана от оглушительного грохота разорвавшейся петарды нервно вздрогнула. Положила недоеденное пирожное на блюдечко и с невольным смешком подумала, что Гришка — художник и Гришка — в быту — совершенно разные личности. «Хотя, конечно, — усмехнулась она, — оба по-своему хороши. Сумасшедшинки Лапшин не теряет в любом облике!»

Дина на Гришкину выходку с петардой попросту не обратила внимания.

Во-первых, она уже давно к чему-то подобному привыкла. А во-вторых, она сидела сейчас за компьютером. Новая игра, привезенная Ильиным-старшим на днях из Японии, заняла ее внимание полностью, без остатка. Дина не любила отвлекаться.