Кошечка и ягуар - Мюр Маргарет - Страница 3

— Выйти за тебя замуж? Теперь, когда я убедилась, что ты способен меня прокормить, с удовольствием!

— Ну к этому вопросу мы еще вернемся. Прежде всего я хотел бы хоть что-то узнать о своей будущей жене. Ты должна удовлетворить мое любопытство. Например, какой у тебя цвет волос без полотенца?

— Пожалуйста! Черный.

— Цвет глаз без синяков?

— Серый, синий, зеленый, голубой, фиолетовый — в зависимости от ситуации.

— Это интригует. Почему ты переехала из Аризоны в Западную Вирджинию?

— Потому что нарисовала портреты всех кактусов в пустыне. Решила взяться за горы.

— Ясно. Заодно узнал, что ты художница. Теперь понятно, что упаковано в тех плоских ящиках. Любопытно будет посмотреть!

— Это еще нужно заслужить.

— Как? Разве завтрака недостаточно? Хорошо-хорошо, за мной еще ланч, обед и ужин. Я уже догадался, что моя будущая жена не умеет готовить. Кстати, ты была замужем?

— Да. Но об этом лучше не вспоминать. А ты?

— Аналогично. Ладно, вопросов на сегодня хватит. Не думай, что мое участие в твоей жизни ограничится приготовлением еды. Ставлю тебя в известность, что я намереваюсь распаковать все твои ящики, расставить всю мебель и развесить все картины. А также починить трубу в подвале. Уверен, что Филипу было не до этого. И примусь за все эти дела немедленно.

— В свою очередь ставлю тебя в известность, что терпеть не могу нахалов, которые без спросу лезут в мои дела. Поэтому ты «немедленно» покинешь мой дом.

— Согласен. Но только для того, чтобы дать тебе возможность навести красоту. Я понимаю, что тебе неловко находиться в столь нелепом виде в обществе такого элегантного...

— ...Наглого, самоуверенного и назойливого типа, как ты! Сию же минуту пошел вон!

— Правильно — скорее уйду, скорее вернусь. Не скучай, дорогая!

Алан с лучезарной улыбкой послал ей воздушный поцелуй и вышел, не оглянувшись. Наступила тишина. Тишина полного одиночества, так хорошо знакомая ей в последнее время. Тори сидела в кресле и тупо смотрела на дверь, за которой он скрылся. Она вдруг представила, что Алан больше не вернется, и ее охватила паника. Тогда она попыталась хладнокровно проанализировать ситуацию. Иногда это помогало.

Так, сказала себе разумная Тори, обладательница ясной головы, чистого сердца и прохладных эмоций. Собственно, что произошло? Всего-навсего — некая непредвиденная, скажем, забавная ситуация. Пришел добрый человек, не застал своих друзей, пошутил со мной, как с маленькой девочкой. Накормил. В общем, я неплохо провела время. Можно даже сказать, развлеклась. Подняла тонус. Самое время взяться за дела.

Умница, Кошечка! — как говорил ее папа, когда хрупкая дочка проявляла силу воли и хладнокровие. Правда, окончательно утешила Тори все-таки мысль, что Алан обещал вернуться к ланчу... В любом случае она наконец почувствовала прилив сил и улыбнулась. В тот же миг мягкий свет утреннего солнца неожиданно залил кухню — словно ребенок, затаившийся за дверью в ожидании, пока у матери улучшится настроение, и радостно ворвавшийся в комнату при виде ее улыбки.

— Здравствуй, Утро! — сказала Тори, легко вскочила с кресла и отправилась в комнату: поднимать жалюзи, распаковывать ящики, наводить красоту — жить...

Глава 2

Ланч вдвоем

По образу жизни Алан был настоящим бродягой. Но как бы далеко ни забрасывала его судьба, он неизменно возвращался в родной город, где его знала каждая собака. Неторопливо шагая по знакомой с детства дороге, он с удовольствием подставлял и без того загорелое лицо теплым солнечным лучам и легкому ветерку. После «прелестей» пустыни этот городок в горах казался просто раем. Вот только придумать бы, чем здесь заняться...

Алан выпросил целый месяц отпуска, чтобы провести его с братом. Филип и Анджела — брат и подруга детства — были для него единственными по-настоящему близкими людьми. Его шутливая реакция в ответ на сообщение Тори не совсем соответствовала действительности. На самом деле он был серьезно огорчен тем, что не успел на их свадьбу. Перспектива провести отпуск в одиночестве Алана тоже не слишком радовала. Он привык всегда быть на людях, в гуще событий и дел.

Можно, конечно, навестить хорошенькую девчонку Мэри Клер, что живет в долине. Он иногда встречался с ней в перерывах между экспедициями, и она была ему рада. Неплохо бы также повидаться с друзьями школьных лет, навести порядок в доме Филипа...

— Эй, Алан, привет! Надолго в наши места? — окликнул его мистер Браун, хозяин мясной лавки.

— Привет, Сэм! — помахал рукой Алан. — Посмотрю на ваше поведение! Может, и задержусь малость.

— Вот-вот, задержись. А то местные девчонки тут без тебя совсем приуныли, смотреть жалко. Я-то, как знал, что ты приедешь, завез сегодня парную телятину. Заглянешь?

— А как же! Отложи для меня кусочек понежнее!

Вот кстати! Алан тут же вспомнил, что обещал этой забавной малышке зайти к ней на ланч. Почему бы и нет? Хотя к этому времени он уже придумал себе множество занятий, предложение мистера Брауна повернуло его мысли вспять. А именно — к коттеджу, из которого он не так давно вышел. И, естественно, к его новой хозяйке. Конечно, она значительно уступала Анджеле ростом, а Мэри Клер — пышностью форм. Зато с ней не соскучишься: девочка за словом в карман не лезет. А глаза у нее... Алан на миг даже насвистывать перестал. Очень красивые глаза. Да только не в этом дело. Девочка шутит, смеется, а в глубине этих бездонных глаз... Печаль? Нет, что-то похуже. То ли тоска, то ли страх. Похоже, кто-то обидел малышку. И сильно. Ладно, решил Алан, другие дела подождут.

Он зашел в коттедж Филипа, где обнаружил большие перемены. Красота, чистота, уют — просто картинка из модного журнала. И это вместо их бывшей холостяцкой берлоги! Ясно — эти голубки решили свить здесь семейное гнездышко. Алан ностальгически вздохнул, отыскал в кладовке большую плетеную корзину с крышкой и отправился за покупками, приветствуя по дороге знакомых и перекидываясь шуточками с продавцами. Вскоре корзина была полна: овощи, фрукты, кусок парной телятины, свежий хлеб... Так... Телячья отбивная в сухариках и овощной салат, а на сладкое — клубника со сливками. Именно то, что надо этому глазастому заморышу.

Алан невольно хохотнул, вспомнив, как девушка выглядела в старом халате Анджелы и тапках его брата. Филип и его невеста удивительно подходили друг другу — оба были рослые, статные. А эта малышка... Интересно, сколько ей лет? Он разглядел только огромные серые глазищи под тюрбаном из полотенца, да ощутил под руками маленькое стройное тело, когда усаживал ее в кресло. Вспомнив об этом, Алан почувствовал теплую волну в груди и поспешил к коттеджу, который покинул сегодня утром. Время приближалось к ланчу, когда он позвонил в дверь с возгласом:

— Открывай, любимая! Кормилец пришел!

— Разве я тебя приглашала?

Тори появилась в дверях, на этот раз вполне одетая, и Алан восхищенно присвистнул. Нет, она не принарядилась, как он ожидал. На девушке были старые голубые джинсы и тонкий белый свитер. Но простенькая одежда удачно подчеркивала ее изящную округлую грудь, тонкую талию и стройные ноги. На лице Тори не было косметики, но оно в ней и не нуждалось. Бледное утром личико теперь разрумянилось от движения. Под густыми ресницами сияли голубые глаза (да-да, на этот раз совершенно голубые!), составляя красивый контраст с падавшими на плечи блестящими и пышными черными волосами.

— Да ты, оказывается, настоящая красотка! — искренне поразился Алан.

— А что, здесь кто-то интересовался твоим мнением? — надменно спросила Тори, загораживая вход. Конечно, она рассчитывала на такой эффект и его восхищение было ей приятно. Но она вовсе не собиралась это демонстрировать. Не дождется!

— Я думал, все женщины любят комплименты, — простодушно признался ее незваный гость.

— Я не женщина! — мрачно парировало прекрасное видение.

— А кто же?

— Художник, — обреченно созналась Тори. — Художником родилась, художником живу, художником и...