Незнакомцы - Кунц Дин Рей - Страница 82

Используя эти десять кнопок, можно было составить тысячу вариантов трехзначных кодовых комбинаций. Если учесть, что для набора каждой их них нужно четыре-пять секунд плюс какое-то время на ожидание результата, на всю работу потребовалось бы не менее часа с четвертью, а это уже было слишком рискованно.

Чад Зепп наконец открутил крышку с замка, и теперь стала видна часть механизма.

На плече у Зеппа висел на ремне портативный компьютер, смонтированный в небольшом чемоданчике, с его помощью можно было определить и контролировать всю схему электронных запоров и сигналов. Это строго секретное устройство предназначалось исключительно для сотрудников разведки, имеющих специальный допуск. Джек заплатил за него в Мехико торговцу оружием 25 тысяч долларов — у этого дельца имелись связи в фирме, изготовляющей такое оборудование.

Зепп раскрыл чемоданчик-компьютер, а Джек вынул из ячейки стальной термометр с медным наконечником и вставил этот гибкий щуп между кнопками "1" и "2", коснувшись основания первой кнопки. Экран остался темным. Джек тронул основание кнопки "2", потом "3". Безрезультатно. Но едва он дотронулся пробником до номера "4", как на экране высветилось слово «ТОК»: это означало, что именно четвертую кнопку и нажал водитель, загрузив мешки с деньгами и чеками в сейф. Установив одну из цифр кода, Джек сократил число комбинаций с тысячи до ста.

Не обращая внимания на завывающий ветер, Джек извлек из чемоданчика другой щуп, на этот раз — с тоненьким, с волосок, наконечником, и, вставив его в основание первой кнопки, с надеждой взглянул на дисплей. Безрезультатно. Лишь после нескольких пробных тычков экран дисплея замигал, и на нем высветилась часть схемы.

Тонкий, но прочный эластичный проводок, который Джек вставлял в механизм, был датчиком оптического лазера, сходного с используемым в супермаркетах устройством для считывания товарных кодов. Джек трижды прикладывал щуп в разных точках, прежде чем компьютер выдал диаграмму всей схемы запорного устройства, составив ее из различных контуров. На миниатюрном экране она светилась в виде ярко-зеленых линий и символов. После трехсекундной паузы компьютер выделил две части диаграммы квадратиками, указывая слабые точки, к которым лучше подсоединить отвод, и наложил на диаграмму изображение десятиклавишной панели; это облегчило Джеку поиск точек на видимой части запорного устройства.

— Можно подсоединиться к номеру "4", — отметил Джек.

— Нужно сверлить? — спросил Поллард.

— Не думаю.

Джек положил на место лазерный щуп и взял из гнезда третий инструмент, с мягким губкообразным наконечником из непонятного материала. Эту «волшебную палочку» он просунул в зазор у основания четвертой кнопки и принялся медленно водить ею вверх и вниз, вправо и влево до тех пор, пока компьютер не пискнул и не выдал на дисплее мигающую надпись «ВМЕШАТЕЛЬСТВО».

Не дожидаясь, пока Джек положит «волшебную палочку» назад в ячейку, Поллард быстро задал компьютеру новое задание. Слово «ВМЕШАТЕЛЬСТВО» исчезло, а на экране появилась надпись: «СИСТЕМА ПОД КОНТРОЛЕМ». Это означало, что теперь компьютер мог подавать команды непосредственно на микросхему управления запорным устройством.

Поллард нажал еще две кнопки, и прибор начал посылать в микросхему комбинации из трех цифр со скоростью одна комбинация в шестисотую долю секунды, причем в каждой комбинации, естественно, фигурировала в середине четверка. Через девять секунд верные три цифры — «646» — были найдены. Издав глухой щелчок, замок открылся.

Джек выключил компьютер и взглянул на часы: с начала операции прошло всего четыре минуты. Четкая работа.

Поллард распахнул задние двери автофургона: можно было забирать деньги.

Зепп радостно рассмеялся. Поллард облегченно вздохнул и полез в кузов выгружать брезентовые мешки.

Джек не ощущал ничего, кроме холодной пустоты в груди.

В воздухе закружились снежинки.

Необъяснимая перемена, случившаяся с Джеком несколько недель назад, получила наконец логическое завершение: жизнь потеряла для него всякий смысл, он чувствовал себя в ней снежинкой, случайно принесенной порывом ветра.

Округ Элко, Невада

Фэй Блок на всякий случай включила на табло надпись «МЕСТ НЕТ».

Усевшись за круглым столиком в кухне на втором этаже, супруги Блок затаив дыхание слушали рассказ Доминика, поглядывая на плотно зашторенные окна и позабыв об остывшем кофе.

Некоторое недоверие он прочел на их лицах, лишь когда дошел до совершенно невозможного танца бумажных лун в доме Зебедии Ломака в Рино. Но Доминик описывал этот эпизод в таких завораживающих подробностях, что у него самого поползли по коже мурашки, а уж о том, что при этом испытали Фэй и Эрни, и говорить не приходится.

Но больше всего их потрясли сделанные «Поляроидом» фотографии, пришедшие вместе с остальной почтой за два дня до вылета Доминика из Портленда: священник с лицом зомби сидел за письменным столом, а незнакомая блондинка с подключенной капельницей лежала на кровати. Стол супруги тотчас же опознали, он стоял в одном из номеров мотеля, а на снимке с блондинкой узнали цветастое покрывало: такими они пользовались в позапрошлом году.

К удивлению писателя, Блоки тоже получили подобную фотографию. Эрни вспомнил, что такой же, как и Доминику, обычный конверт пришел 10 декабря, за пять дней до их отлета в Милуоки. Фэй тут же достала его из ящика письменного стола, стоящего в конторе. На снимке были запечатлены трое людей, стоящих у двери девятого номера, — мужчина, женщина и девочка, одетые по-летнему.

— Вы их узнаете? — спросил Доминик.

— Нет, — покачала головой Фэй.

— А мне кажется, что я должен их помнить, — сказал Эрни.

— Смотрите, яркое солнце, легкие рубашки, сандалии — все это позволяет отнести снимок к позапрошлому лету, а еще точнее — к периоду между пятницей шестого июля и следующим вторником. Эти трое участвовали в том, что здесь происходило в это время. Не исключено, что они такие же невинные жертвы, как и мы. И наш неизвестный корреспондент хочет, чтобы мы их вспомнили.

— Кто бы ни послал нам эти снимки, этот человек — один из тех, кто лишил нас памяти о тех загадочных событиях, — предположил Эрни. — Непонятно, зачем ему бередить нашу память после того, как было затрачено столько усилий, чтобы стереть ее?

— Вероятно, он был против того, что с нами сделали. Может быть, он вынужден был подчиниться приказу, а теперь его мучает совесть. Но он явно боится обращаться к нам напрямую, поэтому действует анонимно, направляя эти странные послания.

Фэй вдруг резко отодвинулась от стола:

— Ведь за пять недель нашего отсутствия накопилась целая гора почты! Может, там есть еще что-нибудь подобное?

Под звук ее быстрых шагов по лестнице Энри пояснил:

— Сэнди, наша официантка из гриль-бара, отбирала из почты счета и оплачивала их по мере поступления. Но все остальное она складывала в бумажный мешок. Мы еще просто не успели заглянуть в него.

Фэй вернулась с двумя белыми конвертами. В крайнем возбуждении она вскрыла первый, обнаружив в нем фотографию мужчины, лежащего на кровати с иглой капельницы, введенной в вену вытянутой руки. Ему было за пятьдесят. Брюнет с залысинами, этот, возможно, веселый в обычной жизни человек, смотрел в объектив отсутствующим взглядом...

— Боже мой, ведь это Кэлвин! — воскликнула Фэй.

— Точно, — подтвердил Эрни, — Кэлвин Шаркл, водитель из Чикаго.

— Он почти всякий раз останавливается у нас. Бывает, даже на ночь остается, если очень устал. Кэлвин такой славный человек!

— На какую компанию он работает? — поинтересовался Доминик.

— У него собственный грузовик, он работает сам по себе, — пояснил Эрни.

— Вы сможете с ним связаться?

— Нужно посмотреть записи в регистрационной книге, — наморщил лоб Эрни. — Я думаю, он живет где-нибудь близ Чикаго...

— Это мы уточним позже, — вмешалась Фэй. — Давайте-ка вскроем второй конверт!