Незнакомцы - Кунц Дин Рей - Страница 148

— Боже! — воскликнул Паркер. — Значит, все-таки что-то в этой святой галиматье есть... Извините, святой отец, я не хотел богохульствовать, черт побери!

Продолжая внимательно следить за дорогой, отец Вайцежик пожал плечами:

— Учитывая сложившиеся обстоятельства, я не думаю, что Господь рассердится на вас за невыдержанность. Что же касается этой специальной группы, то ее главной задачей было предсказать реакцию людей на непосредственный контакт с пришельцами из космоса.

— Да что тут долго ломать себе голову! — воскликнул Паркер. — Все ясно как божий день: любому приятно обнаружить, что мы не одиноки! Ведь мы с вами знаем, как люди реагируют на кинофильмы об иных мирах и цивилизациях!

— Да, — согласился отец Стефан, — но в жизни все может быть совсем иначе, чем в кино. Многие ученые склоняются к выводу, что встреча с более развитой цивилизацией может повлечь за собой крушение традиционных институтов общества, стоящего на низшей ступени развития. Так считают социологи, психологи и антропологи. Пропадает вера в божества и верховную власть, разрушаются общественные и семейные устои. Вспомните, что стало с эскимосами, когда они столкнулись с западной цивилизацией: начали распадаться семьи, люди стали спиваться, кончать жизнь самоубийством... И дело тут вовсе не в том, что западная культура опасна или греховна, это не так. Просто она оказалась слишком сложна для эскимосов, и столкновение с ней привело к утрате ими их самобытности, а такая потеря невосполнима.

Священнику пришлось прервать свои рассуждения по данному вопросу, потому что щебеночная дорога, по которой они двигались, кончилась и нужно было свериться с картой.

— Три мили на запад прямиком через поле — и мы на шоссе, которое называется... — Паркер прищурился, вглядываясь при тусклом свете лампочки перчаточного отделения в карту, — называется Виста-Вэлли-роуд. Оттуда до мотеля, если ехать снова напрямик, не более девяти миль.

— Следите, чтобы я не сбился с пути, — кивнув на компас, сказал отец Стефан и решительно вырулил на темную заснеженную долину.

— Мне кажется, вы давно уже размышляете над этой проблемой, — вернулся к прерванному разговору Паркер Фейн. — Не мог же этот мистер Икс наговорить столько всего за один-единственный сеанс телефонной связи. Я имею в виду и эскимосов, и все подробности об исследовании специальной группы ученых.

— Видите ли, — пояснил отец Вайцежик, — мне приходилось серьезно изучать как положительные, так и отрицательные последствия усилий церкви в деле распространения веры среди народов с отсталой культурой. Если проследить этот процесс на протяжении всей истории христианства, то складывается впечатление, что церковь причинила культуре немало вреда, даже способствуя прогрессу. Нам, священникам-иезуитам, приходится изучать и антропологию, так что мне понятна озабоченность ученых.

— Мы отклонились на север, — заметил Паркер, взглянув на компас, — возьмите немного левее. Так вот, лично мне их озабоченность совершенно непонятна. Может быть, вы меня просветите?

— Возьмем для примера американских индейцев, — продолжал излагать свою мысль отец Стефан. — Ведь их доконали не ружья бледнолицых, а чужая культура. Под натиском новых идей они вынуждены были переоценить свой относительно примитивный жизненный уклад и в результате утратили самобытность, разочаровались в своей культуре. Мистер Икс сказал отцу Джеррано, что, по мнению ученых из специальной исследовательской группы, встреча землян с более развитыми инопланетянами могла бы иметь те же последствия: крушение религиозных убеждений, потерю веры в правительства, утрату моральных ориентиров и принципов, волну самоубийств в результате ощущения своей неполноценности.

Паркер Фейн проглотил подступивший к горлу ком и спросил:

— Святой отец, а вы бы утратили свою веру?

— Нет, — воскликнул отец Стефан. — Напротив, если бы в этой огромной Вселенной не было иной жизни, если бы ни на одной из триллионов звезд и миллиардов планет не обитали живые существа, вот тогда я бы скорее усомнился в существовании Бога и поверил, что человечество появилось благодаря счастливому стечению случайных обстоятельств. Ибо если Бог есть, Он любит и лелеет жизнь и живые создания и никогда бы не оставил мироздание таким пустым.

— Многие люди, большинство людей подумали бы так же, — отозвался Паркер.

— Я остался бы при своем мнении, даже если бы пришельцы обладали отвратительной — на наш взгляд — внешностью, — добавил отец Стефан. — Когда Господь сказал нам, что создал нас по образу своему, Он не имел в виду внешнее сходство. Он подразумевал наши души, разум, способность здраво мыслить и сострадать, любить и дружить. Именно эти человеческие качества соответствуют Его замыслу. И именно это я и хочу сказать Брендану.

Мне представляется, что его кризис веры обусловлен воспоминаниями о встрече с резко отличающейся от нас расой, причем расой, наделенной столь значительным над нами превосходством, что подсознательно он решил: церковь лжет, когда учит нас тому, что Бог создал человека по образу и подобию своему. Я хочу сказать ему, что это совершенно неважно, как они выглядят и насколько они более развиты, чем мы. Главное, что указывает на присутствие в них Божьего промысла, — это их способность любить, заботиться о других существах и использовать данный им Богом интеллект во имя торжества Его замысла над вызовом мироздания.

— Что они и продемонстрировали, добравшись до нас!

— Именно так! — подтвердил отец Вайцежик. — Я уверен, что Брендан в конце концов вспомнит все, что произошло с ним, и, поразмыслив над этим, придет к такому же заключению. Но я все равно хочу быть рядом с ним, чтобы помочь и направить в нужную минуту.

— Вы его очень любите.

Отец Вайцежик на мгновение умолк, пристально вглядываясь в вихри вьюги впереди и сбрасывая скорость, и негромко сказал:

— Порой я сожалею, что стал священником. Видит Бог, это правда. Ведь я мог бы жениться, иметь детей, заботиться о них и ощущать их заботу. Мне очень не хватает семьи... В остальном же я доволен жизнью. Брендан... Он заменяет мне сына, которого у меня никогда не было и не будет. Я люблю его так, что даже не могу выразить этого словами.

— Лично я думаю, что ученые сгущают краски. Первый контакт вряд ли сильно повлиял бы на нас, — после некоторого молчания произнес Паркер.

— Я тоже так считаю, — поддержал эту мысль отец Стефан. — Все дело в том, что наша культура далеко не примитивна, мы тоже многого достигли, так что вполне подготовлены к контакту с высшей цивилизацией. Никакого шока общество не испытает, и нет нужды скрывать от него правду. Клянусь, мы готовы к встрече с пришельцами из других миров!

— Да, мы готовы, — повторил за ним шепотом Паркер.

Некоторое время они молча раздумывали над всем сказанным. Наконец Паркер сверился с компасом и, прочистив горло, отметил:

— Мы идем правильным курсом. До Виста-Вэлли-роуд осталось не более мили. Кстати, вы говорили, что этот парень из Чикаго, Кэлвин Шаркл, что-то кричал полицейским сегодня утром. Интересно, что именно?

— Он настойчиво уверял всех, что видел, как на землю высадились инопланетяне, настроенные к нам враждебно. Он опасался, что они вселятся в нас, кричал, что все его соседи уже практически не люди, что их подменили. Инопланетяне пытались и его подчинить своей воле, привязали к кровати и что-то вливали в вену. Сперва я даже подумал, что так оно и было там, в Неваде, и всем нам грозит страшная опасность. Но потом, обдумав все хорошенько по пути из Чикаго, я пришел к выводу, что Кэлвин просто все перепутал. Он видел посадку звездолета, а когда появились люди в защитных костюмах, принял их за пришельцев. А после того как они промыли ему мозги, в его голове все окончательно перемешалось. Пришельцы здесь ни при чем, во всех его бедах виноваты его соотечественники.

— До Виста-Вэлли-роуд осталось менее полумили, — сообщил Паркер, сверившись с картой.

Снежные вихри продолжали выделывать замысловатые па в желтом свете фар, по прихоти ветра то исчезая, то вновь возникая из темноты, словно призраки.