Незнакомцы - Кунц Дин Рей - Страница 135

Он знал, что ему следует делать. После всего увиденного он со всей ясностью осознал нависшую над Домиником опасность, и если раньше Паркер представлял ее себе лишь умозрительно, то теперь, познакомившись с ней воочию, прочувствовав собственным нутром и едва не поплатившись за свое любопытство жизнью, он уже не сомневался, что ему нужно срочно лететь в округ Элко. Доминик Корвейсис был его другом, быть может, лучшим другом, а дружба обязывает помогать в беде, не бросать товарища в трудную минуту. Можно было бы поступить проще: плюнуть на все и вернуться к мольберту в уютном доме в Лагуна-Бич. Но тогда Паркер перестал бы быть самим собой, а этого он не смог бы перенести, потому что нравился самому себе таким, каким он был!

Нужно было как-то добраться до аэропорта, взять билет на ближайший рейс на Сан-Франциско и оттуда улететь в Неваду. Паркера не беспокоило, что заставшие его в доме Салко агенты могут искать его в аэропорту: ведь они, судя по единственной произнесенной одним из них реплике, не знали, кто он такой, следовательно, скорее всего подумают, что он из местных. Ключи же от «Темпо» с биркой прокатной фирмы лежали у него в кармане, так что раньше чем через два часа установить владельца машины и фамилию человека, взявшего ее напрокат, этим ребятам вряд ли удастся, а к этому времени его уже не будет в городе.

Паркер ускорил шаг и вскоре увидел молодого человека лет двадцати, тщательно отмывающего ободья колес желтого «Плимута» выпуска 1958 года — огромной махины с мощной решеткой радиатора и похожими на акулий плавник хвостовыми обтекателями. Паркер подошел к хозяину автомобиля и сказал:

— Послушай, у меня сломалась машина, а мне срочно нужно попасть в аэропорт. Может, подвезешь меня туда за пятьдесят зеленых?

Парень оказался лихим водителем. Только после третьего крутого виража Паркер решился перевести дух, убедившись, что руль старой махины в надежных и умелых руках. В аэропорту он купил билет на вылетавший через десять минут в Сан-Франциско самолет компании «Вест-Эйр», благополучно поднялся на борт лайнера и уже в воздухе начал думать о том, как бы поскорее добраться из Сан-Франциско в Рино.

Джек Твист методично переходил от одного окна в квартире Блоков к другому, высматривая признаки наблюдательных постов противника. Он не сомневался, что за домом и гриль-баром наблюдают, и был уверен, что засечет наблюдающих, как бы умело они ни маскировались, потому что у него имелся для этого специальный прибор.

Этот прибор Джек Твист захватил с собой из Нью-Йорка вместе с другими полезными приспособлениями, и назывался он «тепловой анализатор HS-101». Он походил на блестящий лучевой пистолет-бластер из фантастических фильмов, только вместо ствола у него был объектив диаметром два дюйма. Держа рукоятку в руке, с его помощью можно было видеть не только увеличенное изображение деталей ландшафта, но и контуры находящихся в поле зрения источников теплового излучения, однако не всех подряд, а только крупного размера. От чуткого ока этого хитроумного прибора шпионов не спасли бы даже изолирующие лыжные костюмы.

Джек потратил немало времени на изучение северных окрестностей мотеля — той стороны, с которой он сам пришел накануне ночью, — прежде чем решил, что оттуда за «Спокойствием» не наблюдают, и перешел к окнам, выходящим на запад. Не обнаружив и там ничего подозрительного, он приступил к осмотру местности, видной из южной части квартиры.

Марси докрасила последнюю Луну в альбоме и, заинтересовавшись прибором в его руках, встала с ним рядом. Быть может, она привязалась к нему, потому что он был к ней внимателен, все время терпеливо разговаривал с девочкой, хотя сама она и скупилась на ответы, или ей просто было рядом с ним спокойнее, только она не отходила от него ни на шаг.

Жоржа тоже присоединилась к ним, и, хотя она и молчала, ее присутствие отвлекало его внимание гораздо сильнее, чем присутствие Марси, что объяснялось, во-первых, тем, что она была поразительно красивой женщиной, а во-вторых, тем, что Жоржа ему определенно нравилась. Как, впрочем, и он ей, хотя, конечно, не как мужчина, потому что в этом смысле ничего привлекательного в себе Джек не видел: явный уголовник, с лицом, похожим на истоптанный башмак, не говоря уже о косом глазе. Но ведь они могли же стать просто друзьями, и это было бы замечательно!

Наконец, перейдя в гостиную, Джек засек то, что искал: на фоне заснеженного ландшафта высветились цифры, свидетельствующие о крупном источнике тепла. Переключив прибор на телескопическое наблюдение, он вскоре увидел в пятистах ярдах к югу от дома двух мужчин в маскировочных костюмах и удовлетворенно рассмеялся.

Помня, что у стен имеются электронные уши, Жоржа не стала уточнять, что именно он разглядел.

У одного из распластавшихся на холодной земле мужчин Джек заметил на груди бинокль, но как раз в этот момент шпиону не пришло в голову им воспользоваться, так что он и не подозревал, что Джек наблюдает за ним из окна.

Джек переместился к окнам, выходящим на восток, но никого там не увидел. Следовательно, наблюдение велось исключительно с южной стороны: видимо, противник посчитал, что этого вполне достаточно, поскольку из одной точки можно было следить и за мотелем, и за единственной ведущей к нему дорогой.

Люди полковника Леланда Фалькирка недооценили Джека Твиста. Они знали его прошлое, знали его возможности, но не до конца.

В половине второго появились первые снежинки. Они медленно кружились в воздухе, плавно опускаясь на землю, и не обещали сильного снегопада.

В два часа дня, когда из поездки по окрестностям хранилища в Скале Громов вернулись Доминик и Эрни, Джек сказал:

— Знаешь, Эрни, когда повалит настоящий снег, кому-то из проезжающих по шоссе может прийти в голову переждать его в мотеле, поскольку напротив входа стоят машины. Лучше бы отогнать мой «Чероки» и грузовик Сарверов подальше за дом. Зачем нам здесь посторонние?

Эрни сразу же смекнул, что на самом деле задумал Джек, и подыграл ему: вместе с Домиником они вышли к машинам и перегнали их к черному ходу.

А план Джека, не предназначавшийся для ушей операторов полковника Фалькирка, был весьма прост: дождаться снегопада и незаметно скрыться всем вместе на автомобилях из осажденного мотеля.

Тем временем Нед и Сэнди готовили на кухне на всех бутерброды в дорогу. Оставалось лишь дождаться Фэй и Джинджер.

Снегопад усиливался. Быстро темнело. В половине третьего уже повалил густой снег и подул сильный ветер. Видимость резко ухудшилась, и наблюдатели на холме, вероятно, начали собирать аппаратуру, чтобы перебраться поближе к мотелю.

Джек все чаще поглядывал на часы. Времени было в обрез. Но сказать наверняка, когда оно истечет, он при всем своем желании не мог.

Пока лейтенант Хорнер ремонтировал у себя в офисе детектор лжи, Фалькирк читал нотацию начальнику службы безопасности хранилища майору Фугате и его заместителю лейтенанту Хелмсу, определенно давая им понять, что они в списке подозреваемых в измене. Полковник нажил себе двух врагов, но это не имело значения. Ему не нужно было, чтобы его любили, для него было важно, чтобы его боялись.

Он еще не закончил выговаривать майору и лейтенанту, как к ним присоединился генерал Альварадо, мордастый коротышка с толстыми и короткими, как сардельки, пальцами, вислым задом и выпирающим брюхом. Он влетел в комнату с багровым от ярости лицом — прямо от доктора Беннелла.

— Это правда, полковник? — закричал он, брызжа слюной. — Скажите мне, это правда, что вы взяли под свой единоличный контроль выход из хранилища и фактически превратили всех нас в заключенных?

Строгим, но достаточно почтительным тоном Леланд проинформировал генерала Альварадо о том, что в его компетенцию входит контроль за программированием и эксплуатацией специального компьютера, обеспечивающего пропускной режим, равно как и использование особой программы, в случае необходимости, по собственному усмотрению.