Трилогия Айс и Ангел (ЛП) - Бэк Сюзанна - Страница 223

– Думаю,… мне было это нужно, – тихо сказала она хриплым голосом.

– Господи, и мне тоже, – ответила я с жаром новообращенного.

– Можешь ты… могу ли я продолжить? Хотя бы еще немножко?

Ее простой ответ наполнил меня неописуемой радостью, отразившейся на моем лице сияющей улыбкой.

– Ты не представляешь, как сильно я это люблю.

С ответной, какой-то робкой улыбкой, она подалась ко мне и взяла за руку.

Холодная и темная, спальня все еще хранила в воздухе еле ощутимый запах моей возлюбленной. Я глубоко вдохнула и последовала за Айс. Она уже села на узкую кровать, а затем легла на спину вытянувшись в полный рост. Хотя ее голова была слегка приподнята и прижата к стене, ноги все же слегка свисали с края.

– Все равно, что вернулись в Болото, да? – пошутила я, игриво хватая ее за ступню.

– Не так плохо, – тихо ответила она, скрестив ноги и положив сцепленные руки на ровное плато живота. Приняв ее слова за приглашение, я подошла к кровати, срывая на ходу рубашку, не желая, чтобы что-либо отделяло меня от ее мягкой гладкой кожи. Она сверкающими глазами смотрела, как я опускаюсь на кровать, и приглащающе широко раскинула руки. Я прижалась к ней, положив ногу поверх ее бедер, сцепив руки вокруг ее живота, и опустив голову ей на грудь. Ощущение возвращения домой было таким ярким и совершенным, как солнечный свет после бури. Навернувшие на глаза слезы отражали прекрасные чувства, переполнившие мою душу.

Она провела рукой по моим волосам, касание было теплым, нежным и любящим. Тело наполнилось теплотой и неизведанным ранее ощущением сладкой боли. Я не позволила слезам упасть, хорошо понимая, что Айс тут же остановится, почувствовав их тепло на своей коже.

– Я люблю тебя, Ангел, – прошептала она.

Эти слова завершили день, и я уснула под музыку биений ее сердца.

Я тоже люблю тебя, Айс. Сильнее, чем ты даже можешь себе представить.

Незаметно для себя я заснула, и разбудил меня только стук в дверь. Открыв глаза, я увидела, как дверь слегка приоткрылась, и в кромешную темноту спальни проник треугольник света. Практически из ниоткуда материализовалась голова Пони, по ее губам пробежала еле заметная усмешка:

– Если вы голодны, обед почти готов.

– Мы выйдем через мгновение, – ответила Айс, слегка потягиваясь длинным телом и ложась на спину.

Кивнув, Пони закрыла дверь, и комната опять погрузилась в темноту.

– Эй, соня. Хорошо отдохнула? – ее голос, раздавшийся надо мной, вызвал по всему телу теплую приятную дрожь. Я была рада, что темнота скрыла мой румянец:

– Извини, я не думала…

– Не извиняйся, Ангел. Тебе нужно было отдохнуть.

– Но…

– Тсс. Нет такой неприятности, чтобы стоило тебя будить. Поверь мне.

Преклоняясь перед такой восхитительной логикой, я снова положила голову к ней на грудь и с нескрываемым удовольствием вдохнула ее запах. Не было ничего удивительного в том, что за время сна моя рука переползла чуть выше и теперь накрывала одну из ее грудей. Я тихонько провела пальцами по теплой мягкой плоти и улыбнулась, почувствовав однозначную реакцию. Поскольку Айс не выражала явного желания прекратить процесс, я слегка осмелела и продолжая поглаживания, осыпав ее обнаженную грудь нежными поцелуями. На вкус она казалась соленой, сотканной из солнечного света и неразгаданных еще тайн. Мой аппетит возрос, но речь, в данном случае, не о еде. Запустив пальцы в мои волосы, Айс нежно указывала нужное направление, и когда мои губы приблизились к ее губам, она издала тихий вздох удовольствия, который сам по себе означал очень многое. Осмелев еще больше, я бы продолжила дальше, но желудок выбрал совсем не подходящий момент и заявил о своих потребностях; по его мнению, я была обязана срочно сделать хоть что-нибудь, чтобы усмирить чувство голода, терзающее мой организм.

Отпустив мои волосы, Айс осторожно высвободилась из-под меня.

– Эй, мне было приятно!

– Я думаю, твоему желудку будет приятно получить сначала что-нибудь более питательное.

– Тогда, пусть он отправляется на кухню, а все остальное оставит здесь, – я опять потянулась к ней, но нежные руки остановили меня.

– Сначала еда, потом развлечения.

– Аааа…!

В ответ она мягко рассмеялась:

– Ангел, я никуда не собираюсь. У нас целая ночь.

Глаза постепенно привыкли к темноте, и я смогла разглядеть над собой еле различимые очертания ее лица.

– Обещаешь?

Ее улыбка была полна любви:

– Обещаю.

– Отлично. И чего мы ждем? – спросила я, слезая с кровати и натягивая рубашку, предварительно бросив Айс ее собственную. Поймав рубашку, Айс покинула кровать гораздо более изящно, чем я. Она натянула полученную одежду через голову, расправила ее и замерла на какое-то время, чтобы пробежаться пальцами по волосам, аккуратно заправляя их назад. От этого действа мои гормоны вскипели и послали обвинительную ноту желудку, лишившему их удовольствия. Желудок издал ответное рычание, и трусливые гормоны попрятались обратно.

– Готова?

– О, да.

Мы обе знали, что речь шла совсем не о еде.

Обед, как ни странно, оказался просто фантастическим. Рио проявила себя выдающимся шеф-поваром, и практически отбила у меня желание пробовать мексиканскую кухню где-либо еще. Короткая передышка, казалось, сняла напряжение с Айс, что в свою очередь позволило расслабиться и всем остальным. За столом велась приятная беседа, и даже Пони осмелела настолько, что то тут, то там роняла свои шуточки. Хотя, положение было хуже некуда, но так было все же лучше, чем просто сидеть и смотреть, как умирает твой друг, и знать, что ты – следующий в списке.

Обед был закончен, тарелки вымыты и убраны на место. И, хотя было еще очень рано, все дико устали и были готовы лечь спать. В доме была вторая спальня с двумя одноместными кроватями, где до этого спал обезоруженный Айс полицейский. К большому облегчению Рио, Айс дала скупые указания Криттер и Ниа лечь в спальной, а Рио и Пони в гостиной. Пока Айс уединилась для телефонных разговоров, Пони и Рио в последний раз обошли здание в поисках малейших намеков на неприятности. Я немного поболтала с Криттер, и как только Ниа освободила ванную, решила постоять подольше под горячим душем и смыть остатки этого тяжелого дня. Нет, такая простая вещь, как душ, разумеется, не в состоянии смыть картины крови и смерти, которыми был насыщен день, но, быть может, очищение физическое могло даровать очищение духовное. По крайней мере, я на это надеялась.

Зайдя в душевую, я задернула за собой занавеску и взяла кусок мыла. Сверху на меня обрушились каскады горячей воды. И не имеет значения, сколько я еще проживу, горячая вода, наверное, всегда останется для меня одним из несомненных богатств. Я проводила по телу сладко пахнущим куском мыла, и картины минувшего дня постепенно сменялись другими, более личными, видениями. Туго переплетенные в любовной игре тела, без труда скользящие друг по другу, выступивший на коже пот, влага желания и тихие стоны. Я была настолько поглощена в свои сны наяву, что сначала даже не заметила, как фантазии, будто повинуясь моим мыслям, становятся реальностью. Застигнутая врасплох прижавшимся ко мне сзади телом, я напряглась, но знакомые ощущения и нежная сила рук, отобравших у меня мыло, за одно биение сердца превратили цемент моих мускулов в желе. Сильные загорелые руки взмылили брусок в шапку пены и положили обмылок на полку. Те же самые руки проделали нежный путь по моему телу, дразня безумными круговыми движениями грудь и доводя меня до сумасшествия. Не в силах больше терпеть эту чувственную пытку, я схватила ее руки и притянула их к себе. Слегка сжимая и подергивая, большие пальцы без усилия заскользили по соскам. Мое дыхание прерывалась тихими вздохами и стонами. Мягкие губы и острые зубы ласкали кожу шеи и плеч, язык дразнил, толкаясь и полизывая, а я изгибалась в ее руках. Затем она развернула меня к себе. Захватив мое лицо большими нежными руками, она приблизилась к нему и прижалась своими губами к моим. Сверху на нас обрушивались каскады воды. Я ощутила касание зубов и сладкий голод ее раскрывшихся губ, втянувших для нежной дуэли мой язык. Ее груди, полные и твердые, касались моей, ставшей сверхчувствительной, кожи, пронизывая тело чувственной энергией и вызывая маленькое извержение между ног. Руки оставили мое лицо, спустились вниз по позвоночнику и захватили ягодицы, прижимая меня плотнее по всей длине наших тел. Сочетание воды и мыла придало коже восхитительную гладкость, и мы скользили относительно друг друга в танце, звуки которого различали только наши сердца.