Техасская свадьба - Крилл Кэтрин - Страница 33

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Я вовсе не «верчу задом» ни перед кем. И не пренебрегаю делами Глориеты.

— Я слышал, что было вчера в церкви, — тяжелым взглядом он посмотрел на нее. Глаза Салли, казалось, видели гораздо глубже, чем ей хотелось бы. — Черт побери, девочка, неужели ты не понимаешь, что ты сама их подначиваешь? У тебя есть муж, который вернулся, он не собирается уезжать. А этот несчастный шныряет вокруг тебя целый год. Ты вляпалась в настоящую заварушку.

— Да, вышла, конечно, заварушка, — недовольно согласилась Клэр. Но через секунду взорвалась: — Но я-то здесь при чем? И ты ошибаешься насчет Рэнда. Он уедет, как только его расследование…

— Если ты так думаешь, то ты дура.

Клэр удивленно разинула рот, она была в полном шоке, но пыталась найти, что возразить. В голову ничего не приходило. Молча, взволнованно, она смотрела, как Салли поворачивается и медленно удаляется.

— Сегодня нам надо починить крышу, — бросил он через плечо. — А ты возьми Мику и поезжай проверить табуны. Там у тебя не будет никаких проблем. Тебе вообще стоит проветриться и прочистить мозги. — Он продолжал ворчать, пока не исчез в складском сарае.

Клэр хмуро смотрела ему в спину, подавляя желание кинуться за ним. Но какой толк спорить с упрямым и вспыльчивым Салливаном Грином? Она раздраженно вздохнула. Никакого смысла. Абсолютно никакого.

Вопреки совету Салли, остаток утра Клэр провела на ранчо, она сперва занялась бухгалтерскими книгами, а потом учила Хармони полоть огород. Девочке занятие очень понравилось. Рэнда нигде не было видно, и Клэр решила, что он уехал собирать сведения про грабителей. «Конечно, — подумала она, — он найдет, что ищет». Хотя понятия не имела, насколько он хорош в качестве сыщика. Но о его способностях в совсем другой сфере она теперь была хорошо осведомлена.

От мысли, что ей придется встретиться с ним лицом к лицу при свете дня, внутри Клэр бурлила такая гамма разнообразных чувств, что она с трудом вникала в болтовню Хармони. Они сидели в тени крыльца, ожидая гостей. Наконец Тэйт Дженнер вместе с братьями подъехали к дому.

Все четверо спешились, привязали лошадей. Тэйт первым поднялся по ступенькам, нельзя было не заметить синяков на его лице, но Клэр сделала вид, будто не видит их, и смущенно улыбнулась ему:

— Я рада, что вы приехали.

— Прости, я не смог отвезти тебя в церковь, — сказал он, снимая шляпу, — кое-что помешало.

— Привет, мисс Клэр, — поздоровался Уилл, поднимаясь на крыльцо.

— Мисс Клэр! — Зик и Харман вежливо кивнули ей.

«Светловолосые, симпатичные, но лишенные очарования старшего брата», — отметила про себя Клэр.

— Сэди приготовила тушеную говядину, — сообщила она гостям, на этот раз, улыбнувшись гораздо свободнее. — Проходите, пожалуйста, в гостиную, я проверю, все ли готово.

Следуя за ней в комнату, Зик и Харман обменялись понимающими восторженными взглядами, стараясь, чтобы Тэйт не заметил.

— А ты еще больше выросла, малышка, — Уилл остановился возле Хармони, с насмешкой посмотрев на девочку, и подхватил ее на руки. Хармони сперва захихикала и вдруг стала совершенно серьезной.

— Мама говорит, что на самом деле ты на мне не женишься.

— Ну, может, она так говорит, потому что плохо меня знает.

— А ты обещаешь, да? — Темные ее глазки засветились надеждой.

— Обещаю! Только смотри, сама не выскочи за кого-нибудь, — предупредил он, чем снова рассмешил ее. Уилл на руках внес Хармони в дом.

Ужин прошел на редкость приятно. Клэр боялась, что атмосфера будет неестественной. Она была уверена, что братья Тэйта слышали о его унизительном поражении, и думала, что они отчасти винят ее. Но никто даже не упомянул о вчерашнем, они говорили о пустяках, смеялись. Каждый из братьев оказался способным вести беседу за праздничным столом. Сэди тоже была в ударе: она весело шутила, подавая дымящиеся блюда с картофелем, морковью, мясом, пшеничные булочки только, что из печи, которые очень понравились мужчинам. Хармони сидела в конце стола, рядом с Уиллом, с обожанием взирая на него, а мать потихоньку подкладывала еду ей на тарелку.

Потом трое молодых Дженнеров уехали, собираясь закончить ремонт на ранчо. Тэйт остался, и, как только Сэди заявила, что помогать с посудой ей не надо, он вывел Клэр на воздух.

Они медленно направились по дорожке к ручью. День выдался отменный: светлый, теплый, очень спокойный. Только издали доносился одинокий стук молотка. «По крайней мере, — подумала Клэр, — Салли оказался достаточно разумным, и не стал чинить крышу, пока не закончился обед».

— Я рад, что мы одни, — заметил Тэйт с не свойственной ему серьезностью, как только они вошли под густые кроны деревьев.

Хармони и Волк остались в доме с Сэди, работники крепили черепицу на крыше. Иногда то один, то другой, не обращая внимания на ругань Салли, ложились прикорнуть, ощущая невероятную усталость после бурно проведенной ночи. Возле ручья Тэйт и Клэр были совершенно одни.

— Нам надо поговорить.

— О чем? — Клэр насторожилась, понимая, к чему он клонит.

— О последнем вечере.

— О, Тэйт, да не о чем говорить, — она повернулась к нему лицом, — я сожалею о случившемся. Джейку не стоило приходить. Его поведение непростительно. Так что давай не будем больше об этом.

— Нет, я не могу. — Тэйт шагнул к Клэр. Глаза его скользнули по рябой поверхности пруда, он рассеянно вертел шляпу. — Между тобой и Паркером что-то есть. Я хочу знать, что?

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — без задержки солгала она и побледнела.

— Почему ты продолжаешь держать его, Клэр? Это же самонадеянный сукин сын, черт побери. А потом, — Тэйт остановился и повернулся к ней, — по дороге домой, он пытался что-то сделать?

— Пытался? — Клэр энергично потрясла головой. — Конечно, нет.

— Потому что если он пытался, я убью его.

— Да не смеши, — возразила она и попробовала улыбнуться. Но улыбка получилась слабой. — Ты хороший друг, Тэйт. Но не стоит тебе или кому-то еще…

— Выходи за меня замуж, Клэр.

Она вздрогнула от неожиданности и удивленно заморгала. Внезапно он обнял ее и привлек к себе.

— Выходи за меня замуж, — настойчиво повторил он, сурово сдвигая брови. — Я клянусь, со мной ты будешь в безопасности.

— В безопасности? В безопасности от чего? — Клэр попыталась высвободиться из его объятий. — Да ради Бога, что на тебя нашло? Мы с тобой уже говорили на эту тему. Ты, конечно…

— Я влюблен в тебя, Клэр.

Она замерла. Немного раньше в том же признался ей Рэнд. Его признание в любви еще звучало у нее в ушах. И она невольно сравнила его с только что прозвучавшими словами Тэйта. Странно, но из уст Рэнда они казались куда более искренними. Как сказал Тэйт? «Влюблен»? Как будто он имел в виду сиюминутное, временное, проходящее чувство. «А Рэнд, — подумала Клэр, — говорил о чем-то более глубоком, долгом, захватывающем всю душу».

— Ты тоже влюблена в меня. — Тэйт самоуверенно улыбнулся. — Ты просто боишься в этом признаться. Тебя напугал первый муж.

— Нет, — Клэр покачала головой. В ее взгляде было сожаление и понимание, когда она прикоснулась ладонью к его груди. — Ты мне дорог, но по-другому, а Рэнд не имеет к этому никакого отношения. Совсем никакого. — Она уверенно встретила его взгляд и со всей искренностью добавила: — Извини, Тэйт, но я не люблю тебя.

— Тогда я тебя заставлю.

И прежде чем она успела что-то ответить, он прижал ее к себе и поцеловал. Клэр начала сопротивляться, вырываться, она задыхалась, его жадный рот залепил ее губы.

Этот поцелуй не походил на поцелуй Рэнда. Он не зажег в Клэр даже крошечной ответной искры. Никакой страсти или удовольствия, никакого желания длить поцелуй, ничего она не чувствовала, кроме отчаянного желания вырваться. Она поймала себя на мысли, что могла бы ударить его, закричать, позвать на помощь, и Тэйт оказался бы под дулом ружья Салли.

Но ей не хотелось доставлять ему неприятности. «Правда, — подумала она, — сейчас Тэйт совершенно не похож на того, которого она знала». В голове всплыли слова Сэди, произнесенные утром. Она говорила, что он весь какой-то напряженный и в любой момент готов взорваться. Так и вышло. Он как с цепи сорвался. Боже мой, ну как объяснить ему, чтобы он понял? Ну почему не может быть все по-прежнему? Почему ей хочется не его объятий, а других, более жарких — объятий Рэнда?