Эрос пленных не берет - Куликова Галина Михайловна - Страница 41

Петраков бросил быстрый взгляд на Вечерникова и махнул рукой:

– Свободен.

Официант убежал, чтобы принести Сереже и Леше спиртного. Как раз когда он составлял заказ с подноса, Сережа обнаружил ту самую салфетку, которую хотел показать Вечерникову. Протянул официанту полтинник и потребовал:

– Отнеси вон тому мужику у окна. Скажи, мы прислали, пусть подавится.

– Ладно, – ответил тот и скользнул к указанному столику. Шаг у него был легкий, ноги молодые, голова сообразительная.

Вечерников тем временем все еще страдал от головной боли. Завидев официанта, он потребовал еще кофе.

– Сию минуту, – ответил тот. – Кстати, это вам. – Он положил на стол замурзанную салфетку.

На салфетке было написано: «Встретимся в воскресенье, здесь же, в семь часов вечера».

– Вы уверены, что это мне?

– Да, от мужчины в сером жакете, – беспечно подтвердил официант.

Вечерников смял салфетку и бросил в пепельницу. Подвинул стул и сел спиной к залу. Выпил вторую чашку кофе и принялся ерзать на месте. По его мнению, Маргариты не было слишком долго. Помучившись немного, он позвонил ей на мобильный. Она тотчас ответила сдавленным голосом:

– Я все еще готовлюсь.

Вечерников испустил тяжкий вздох. Не прошло и минуты, как к столу подошел молодой мужчина в синем пиджаке с лицом херувима и строго спросил:

– А вы, значит, тоже из агентства?

– Простите?

– Это нечестно. Я был первым и могу это доказать.

Вечерников ущипнул себя за руку и глупо хмыкнул:

– Я, в принципе, не против. Доказывайте.

Мужчина вздернул подбородок и испарился. Через некоторое время ставший богаче на сотню официант принес Вечерникову еще одну салфетку – родную сестру первой.

– Это от джентльмена за столиком справа, – сказал он.

Вечерников тупо посмотрел на салфетку. Там было начертано все то же: «Встретимся в воскресенье, здесь же, в семь часов вечера». Он изорвал салфетку в клочки, сгрузил в пепельницу и поджег.

– Смотри, разозлился, – хмыкнул Петраков. – Сволочь.

Когда к дятлам в его голове присоединились тамтамы, Вечерников позвонил матери и сказал:

– Можешь узнать у Розы, что за таблетку она мне дала? У меня от нее настоящее помутнение сознания. Ну... Минут через двадцать после того, как я ее выпил. Кажется, эта таблетка была какая-то отравленная. Честное слово, у меня такое отвратительное ощущение в желудке... И в башке. Ну да, принесла Ульяна. Считаешь, что она могла ее подменить? Да уж, ты разберись и позвони мне.

Маргарита все не появлялась, и он перешел с кофе на чай. Услышав шаги за спиной, обернулся и увидел довольную физиономию официанта, которому сегодня явно фартило.

– Вам просили передать, – радостно сообщил он, водрузив на стол небольшой пластиковый контейнер, похожий на банку для хранения крупы.

– Кто? – спросил Вечерников, стараясь не повышать голос. – Мужчина в сером жакете?

– Нет, какой-то курьер. Мы с улицы к посетителям никого не подпускаем, – важно добавил он. – Но это точно вам.

Курьер велел передать контейнер даме по имени Маргарита. Официант сложил два и два, подошел к туалету и постучал.

– Это вам, – сказал он, когда в двери приоткрылась щелка. – Вы ведь Маргарита?

Она постоянно выглядывала в зал. Вероятно, от кого-то пряталась. И это несмотря на то, что пришла с широкоплечим мужиком, который совершенно точно знал себе цену.

– Подарок.

– Отнесите за мой столик, – прошипела она. – Отдайте моему спутнику.

Он и отнес. Вечерников постучал пальцем по коробке, потому что ему показалось, будто там что-то шуршит. В ответ зашуршало еще сильнее. Тогда он открыл крышку и тупо уставился на белую мышь с противным голым хвостом, которая скакала внутри, надеясь выпрыгнуть наружу. На дне коробки лежала открытка. Он достал ее и повертел перед глазами. Потом раскрыл и прочитал: «Это символ моей любви к тебе». Вечерников приложил ладонь ко лбу и обреченно подумал: «Я заболел». И тут увидел, что в коробке есть что-то еще. Поскреб по дну пальцами, вытащил «что-то еще» и не поверил своим глазам. Это была заколдованная салфетка со словами: «Встретимся в воскресенье, здесь же, в семь часов вечера».

Он засунул салфетку в чай и долго смотрел на то, как она размокает. Мышь продолжала буйствовать в коробке, и он, щелкнув пальцами, подозвал официанта.

– Принесите что-нибудь для нее.

– Для дамы? – спросил официант с надеждой. Маргарита, болтавшаяся на выходе из туалета, изрядно действовала ему на нервы. Ему приходилось носить мимо полные подносы, и он постоянно видел глаз, следящий за ним через щель.

– Не для дамы, а для мыши.

– К нам не принято приходить с мышами, – заявил тот, уставившись на контейнер.

– Принесите мне правила, где это написано, – потребовал Вечерников. – Про мышей.

– Хорошо, – официант сдался. – Что она желает?

– Она желает сыр в панировке.

– Надеюсь, вы за нее заплатите, – сказал наглый официант, убегая.

В этот момент Вечерникову позвонила его мать с сообщением, что допросила Ульяну, и та клянется и божится, что ни в чем не виновата. А она, Зоя, уже позвонила доктору, но доктор, прежде чем ставить диагноз по телефону, желает узнать о симптомах заболевания.

– Во-первых, у меня разболелась голова, – принялся перечислять Вечерников. – А потом вокруг все потихоньку сошли с ума. – Он понизил голос. – Ко мне стали подходить странные люди и говорить какие-то странные вещи...

Он еще не успел закончить, а в кафе уже ворвался Жора Суродейкин, которого Вечерников видел всего один раз и не узнал, потому что тот сегодня был в больших темных очках. Жора огляделся по сторонам, безошибочно выбрал из всех посетителей Валерия, подскочил к нему и высоким истеричным голосом проорал:

– Вы Вечерников? Ну, я так и думал. В общем, все чисто, можно двигать. Томас и Мартин валяются на боку, но это от переедания, а не наоборот, поэтому я не виноват. Комаров оказался классным мужиком, и мне прибавили зарплату. Что еще? А! Холодильник пора размораживать, не забудьте.

– Ты это слышала? – свистящим шепотом спросил Вечерников в трубку.

– Да, – подтвердила Зоя. – Кто это был?

– Понятия не имею.

– А чего он хотел?

– Разве непонятно? Томас и Мартин валяются на боку, ему прибавили зарплату и нужно разморозить холодильник. И так все время!

– Может быть, у тебя видения? – спросила испуганная мать. Голос ее дрогнул.

– Может быть. Например, мне кажется, что на столе у меня сидит белая мышь, – сообщил Вечерников. – А, вот еще одно видение. Боже, какое ужасное.

К его столу походкой Кинг-Конга направлялось волосатое чудовище в белом свитере, в вырезе которого курчавилась густая шерсть.

– Я сильно возмущаться, – сказало волосатое чудовище, облокотившись о стол, – что вы ее спрятать! Это не есть справедливо, и я не отступать ни за что. Вы есть плохой агент, и я буду сердиться на вас в газеты.

Вечерников зачарованно смотрел снизу ему в рот – во рту было много частых зубов, ослепительно белых и крепких, от которых хотелось на всякий случай отодвинуться подальше.

– Валера, пожалуйста, не садись за руль в таком состоянии, – требовал мобильный телефон голосом Зои.

– Не буду, не буду, – пообещал он. Отключился и добавил: – Сначала мне придется драться с профессором физики.

Волосатый и зубастый тип тем временем покинул кафе, и Вечерников вздохнул с облегчением.

И тут наконец появилась Маргарита. Валерий оглядел ее с ног до головы, не заметил никаких изменений и на всякий случай спросил:

– Ну, вы готовы?

– Что это? – спросила она вместо ответа и показала пальцем на мышь. – Это ваше?

– Ее принесли мне, – подтвердил он. – Тут еще открытка.

– О черт! – Маргарита скрипнула зубами и, поджав губы, закрыла коробку. – Ладно, пойдемте.

– Если вы хотите взять меня под руку – валяйте, – предложил он. – Пользуйтесь на всю катушку, потому что помогаю я вам первый и последний раз. Надеюсь, это ясно?