Невеста из коробки - Куликова Галина Михайловна - Страница 66

У Бориса Глубокова между тем зазвонил сотовый телефон. Он убежал разговаривать в комнату. Однако буквально через минуту ворвался обратно и возбужденно закричал, обращаясь ко всем сразу:

– Люди! «Невидимка» найден!

– Где?! – хором спросили Мила и Ольга.

– Это та самая половинка таблетки, которую мне дала Людмила. Это «невидимка»! Мне только что сообщили из лаборатории. Все точно, никаких сомнений!

– Что за половинка таблетки? – строго спросил Вихров, и Борис, а за ним и Мила с Ольгой повернули головы и в упор посмотрели на Николая.

– Половина таблетки из того пузырька, который мой муж прячет в старом шкафу с одеждой, – четко выговорила Ольга, не отводя от него пристального взгляда.

Тот буквально на глазах начал сереть.

– Подождите, а Гуркин? – внезапно вспомнила Мила. – Неужели эти два типа – Гуркин и Николай – связаны между собой? Или Гуркин втянул его в это дело, уже когда познакомился с моей семьей?

– Никто меня не втягивал! – внезапно разъярился Николай. На его прилизанных волосах даже появился хохолок, призванный, по всей видимости, демонстрировать отвагу. – Я этот пузырек нашел у Милки в квартире.

Ольга опасно засопела, поэтому Мила поспешила вмешаться:

– Когда это ты был у меня в квартире один?!

– Не один, а с тобой, – возразил тот.

Ольга засопела еще стремительнее.

– Со мной?! Да ты...

– Когда Ольгу украли, – поспешно добавил Николай. – Помнишь, как мне было плохо?

От его наглости у Милы даже челюсти свело. Однако раскрывать до конца позорное поведение Николая в тот день у нее не было никакого желания. Поэтому она всего лишь переспросила:

– Ну и?

– У меня болела голова, и я покопался в шкафчике, где стоят лекарства...

– Ага! И выбрал флакон без этикетки, – уличила его Мила.

– Ничего подобного! На нем была этикетка, просто она потом отвалилась, и я ее потерял. Там было по-русски написано – обезболивающее. Я выпил одну и почувствовал себя великолепно. Поэтому прихватил пузырек с собой.

– Ага! – не сдавалась Мила. – И с тех пор каждое утро у тебя стала болеть голова.

– Ну, раз это наркотик, – важно сказал Николай, – наверное, я незаметно для себя к нему пристрастился. И это ты во всем виновата!

Мила задохнулась от такой наглости.

– Не было у меня в аптечке ничего похожего на этот пузырек! – запротестовала она.

– Может быть, его подложил тебе в шкафчик Гуркин? – встрял Борис. – Ведь он совершенно точно замешан! Да? – обернулся он к Вихрову.

– Давайте, лучше этот человек... следователь... сам все расскажет, – предложила Ольга, проявляя несвойственную ей рассудительность. Вместо того чтобы паниковать и бросаться грудью на защиту своего молодого мужа, она вела себя спокойно, словно сытый удав. Вероятно, в душе она просто не верила в то, что ее благоверный замешан во что-то действительно серьезное, и рассчитывала, что с минуты на минуту все разъяснится ко всеобщему удовлетворению.

– Гуркин, как я уже говорил, – покладисто начал Вихров, положив ногу на ногу и зажигая для себя сигарету, – уже влез однажды в дело о торговле наркотиками. Правда, он проходил по нему как свидетель, хотя подозрения против него были. С тех пор он посолиднел, поступил в аспирантуру, начал преподавать, женился на обеспеченной женщине...

Впрочем, при проверке выяснилось, что ее доходы – только видимость. А фирма – не что иное, как мыльный пузырь. Нет-нет, там все легально, все по закону... Но она не только не приносит своей владелице дохода, но, напротив, требует постоянных денежных вливаний. И эти вливания постоянно идут.

– Гуркин! – азартно воскликнула Мила. – Значит, этот подлюга действительно богат!

– Еще бы! – хмыкнул Вихров. – В родном учебном заведении у него была целая сеть распространителей наркотиков. Да он просто сидел на деньгах, ваш умница Гуркин.

– Но зачем, ради всего святого, он нанялся ко мне на работу?! – воскликнула Мила. – Хоть убей, я этого понять не могу! Зачем изображал из себя нищего?

– Вы были его «крышей», – коротко пояснил Вихров и добавил: – Сейчас объясню. Наркотики Гуркин у себя не хранил. Они лежали в тайнике, и доставала их оттуда его сообщница.

– Капитолина Захаровна! – трагическим голосом заявила Ольга.

– Да нет, медсестра Жанна, – покачал головой Вихров.

– Жанна?! – хором воскликнули все присутствующие. А Мила добавила: – Этот одуванчик на тонких ножках? Эта пушистая белая киска? Нет-нет, вы ошибаетесь, Гуркин, наверное, использовал ее втемную.

– Ну, конечно! – усмехнулся Вихров. – В условленный день Жанна приносила в квартиру Капитолины Захаровны порцию наркотика. Это был как раз тот день, когда Гуркин отрабатывал у вас в квартире, Людмила Николаевна, свои полторы тысячи рублей. Затем, когда Гуркин уходил, – а уходил он, следует заметить, строго по часам, – Жанна приоткрывала дверь квартиры Капитолины Захаровны и, когда тот проходил мимо, совала ему в руки пакет. Гуркин клал его в карман и удалялся. Он даже в подъезде не задерживался. Не было никакой заминки. Так что если бы вы даже не сразу закрыли за ним дверь, вы никогда бы ни о чем не догадались.

– Подождите-подождите! – наморщила лоб Мила. – Как они могли разработать такую схему? Ведь она включает и меня! А если бы у нас с Гуркиным не было никакой договоренности о том, чтобы он изображал моего ухажера?

– Ну, тогда он приложил бы максимум усилий, чтобы стать вашим настоящим другом, – усмехнулся Вихров.

– Не могли торговцы наркотиками разработать столь рискованный план, – не соглашалась Мила. – А что, если бы я вообще не захотела знакомиться с Гуркиным? Это просто у меня в жизни в тот момент так сложились обстоятельства. А сложись они по-другому, я бы Гуркина отшила сразу же. Я вообще не знакомлюсь на улицах. Ольга, подтверди!

– Подтверждаю, – сказала Ольга.

– Вы чертовски умны и проницательны, Людмила Николаевна, – похвалил Вихров. – Преступники, разрабатывая план, имели в виду совершенно не вас, а пустую квартиру на третьем этаже. Квартира сдавалась, а Капитолина Захаровна искала приходящую медсестру. Все складывалось как нельзя лучше. Гуркин должен был снять квартиру якобы для того, чтобы уединяться для творческой работы. А Жанна работала бы по контракту – ни к кому не подкопаешься. У них уже все было на мази. О жилье для Гуркина договорились, Жанна на работу устроилась...

Но тут хозяин квартиры на третьем этаже внезапно дал отбой. К нему приехал родственник из Красноярска, которому должны были делать в Москве сложную операцию. Никто не знал, сколько времени этот родственник здесь проживет. Гуркину в квартире отказали. Пришлось что-то срочно придумывать. Нужен был повод, чтобы ходить в этот самый подъезд свободно. Чтобы эти походы не вызывали ни у кого вопросов. И он решил, что, если познакомится здесь с какой-нибудь симпатичной женщиной, это решит все его проблемы. И он познакомился с вами. В подъезде вы одна хотя бы приблизительно подходили ему по возрасту.

– Мне надо в туалет, – заявил Николай и поднялся. Глазки у него блестели и бегали, и Мила подумала про себя, что он успел сожрать еще одну таблетку.

– Потом родственник уехал, квартира освободилась, и ее сняли мы с Константином, – задумчиво сказал Борис. – А Гуркин, получается, менять ничего не стал. Он ведь уже удобно устроился...

– Послушайте, но Гуркина ведь только что арестовали! – воскликнула Ольга, не скрывая своего искреннего изумления. – Как вы сумели выяснить столько подробностей обо всем этом заговоре?

– Ну... Понимаете ли, – повел бровью Вихров, – еще несколько дней назад мы пришли к Жанне и сказали, что ее песенка спета. Она пообещала, что будет с нами сотрудничать и поможет застукать Гуркина на месте преступления, то есть в момент передачи наркотиков. Она нам, собственно, все и рассказала. Так все и вышло. Жанна, кроме того, рассказала нам все подробности, которые я только что изложил.

– Но каким образом дедушкин наркотик попал к Гуркину? – внезапно спросил Борис. – Это ведь целая партия? И откуда у Гуркина столько денег, чтобы ее выкупить?