Хочу влюбиться! - Лаврова Дарья - Страница 4

Я кивнула и села на диван, посмотрела на свое отражение в платье в зеркальной дверце шкафа и, сморщившись, отвернулась. Полина собиралась домой и рылась в своей сумке.

– Ой, слушай, Викусь, а можно я у тебя эту футболку возьму поносить?

Она схватила футболку с совой, приложила к себе и начала вертеться перед зеркалом.

– Такая клевая… – тянула Полина. – Я давно такую хотела, но не могла найти…

– Да, бери, конечно, – согласилась я. – Можешь даже совсем забрать. Я все равно ее не ношу.

– Правда? – обрадовалась подруга. В этот момент ее серо-зеленые глаза приобрели яркий изумрудный оттенок. Полина кинулась ко мне и чмокнула в щеку, чуть не задушив в объятиях. – Ты просто чудо! Ты чудо, Викусь, я тебя обожаю! Ладно, побегу домой!..

Я проводила Полину до дверей и сняла платье. Потом я долго стирала его в душной ванной. Стирала и плакала, выкрутив кран с водой на полную мощность. Чтобы никто не слышал. Чтобы никто не спрашивал. Потому что я все равно не смогла бы объяснить, что чувствую.

– Опять твоя Полинка приходила? – мама задает этот вопрос как минимум раз в неделю. – И чего ты с ней до сих пор водишься?

– Не знаю… – отзывалась я.

– Не водись ты с ней…

Перед сном включаю комп и лезу в инет. Здесь особый мир, параллельное измерение, где возможно все что угодно. Можно ставить себе на аватар фото модели из клипа Тимати, придумывать себе новый идеальный образ, сочинять и рассказывать, делать вид, что способна на яркие интересные поступки – одним словом, быть такой, какой могла бы стать, но по каким-то причинам не стала. Я боюсь рисковать. Однажды я уже решилась, впервые написав Игорю в начале учебного года, но ничего хорошего из этого не вышло. Наверное, яркие поступки и решения – не для меня.

Я бы не хотела, чтобы кто-то из одноклассников вдруг увидел содержимое папки «Мои документы» и «Мои рисунки». Хотя это, конечно, маловероятно, ведь никто из них, кроме Василисы, ни разу не был у меня дома.

В моих документах есть отдельная папка с простым названием «Игорь». За два с половиной года в ней скопилось около трех сотен фотографий Игоря, которые он выкладывает на своей страничке «ВКонтакте». Я их сохраняю в эту папку и часто просматриваю. Даже обои на «рабочем столе» у меня с Игорем. Я сама их сделала в фотошопе, получилось красиво.

Так вот, фотографии там самые разные.

Вот Игорь на каком-то футбольном матче, стоит в левом нижнем углу кадра – очень серьезный.

А вот Игорь прошлым летом в Египте, стоит на пирсе после погружения в черном костюме дайвера. С друзьями. Довольный, улыбается.

Еще есть фото, где он красиво ныряет в воду. Весь загорелый, в леопардовых плавках. Если бы я могла комментировать его альбомы, то непременно написала бы «люблю твой стайл, особенно вид сзади».

В другую папку я сохраняю фотографии некоторых девушек, которые комментируют его фотки и пишут ему на «стене». Они бывают настолько красивы, что начинают болеть глаза. Даже красивее Таньки! Мне иногда хочется набраться смелости, написать одной из них и спросить: чем их кормят в детстве, что они такими вырастают? Может, медом? Или сахарным сиропом?

Фотки Игоря и Таньки есть в их закрытых альбомах, для друзей. Наверное, это даже хорошо, что я их не вижу.

3

Мастер– класс от профи,

или Полет огурца

В шесть часов вечера мы с Полиной уже стояли перед зеркалом на первом этаже школы. По всему зданию эхом отзывалась громкая музыка, дрожали стекла. По кафельному полу звонко стучали тонкие высокие каблуки разноцветных туфель и босоножек. Оранжевые, желтые, розовые, сиреневые… Все яркое, сочное, кричащее.

На мне розовые туфли. Они жмут, да и на каблуках я ходить не умею. Зря, наверное, я согласилась на это. Скорость моего движения – один метр в минуту. Моя домашняя улитка и то быстрее ползает, но ей простительно – она же все-таки улитка. Для нее естественно медленно двигаться и странно выглядеть. Я же ковыляю в Полинкиной обуви, как подстреленная утка. А это смотрится отстойно, несмотря на всю прелесть розовых туфель. Я бы с удовольствием любовалась ими некоторое время, но носить… нет.

Желтое платье отстиралось, днем я его погладила. Теперь оно сидит на мне еще лучше. Полина притащила широкий розовый ремень в тон туфлям и малиновый блестящий клатч, очень красивый. Но больше всего мне нравятся бусы. Насыщенно розовые, крупные бусины, размером с перезрелые черешни. И такие же серьги в ушах.

Полина закрасила синяки и ссадины на моем лице, добавила немного румян, а по губам прошлась яркой помадой. Несколько раз я тянулась за салфеткой, чтобы стереть этот позор, но тут же получала по руке.

– Вот, теперь ты хоть немного похожа на человека, – улыбнулась Полина. – Хотя над тобой еще работать и работать.

То ли сказала она это громко, то ли у нас в школе акустика хорошая, но ее услышали все. По первому этажу пронесся нарастающий издевательский смешок. Мне показалось, все уставились на меня и показывают пальцами. Хуже того, щеки запылали огнем.

– Все на меня смотрят… – прошептала я в плечо Полине, когда мы шли в актовый зал, откуда доносилась музыка. Даже на каблуках я не дотягивала ей до уха, а мой нос утыкался ей в грудь каждый раз, когда она радостно пыталась меня обнять. Если у меня когда-нибудь и вырастет такая, то только годам к сорока, если не позже.

– Все смотрят на меня, – поправила Полина. – А ты не косолапь, туфли испортишь, и спину выпрями, а то груди совсем не видно!

Я покорно выполняла ее советы. А что мне еще оставалось?

– Ну вот, так лучше, – кивнула подруга и поправила бретельку моего платья. – Где твой Ковалев? Покажи мне его.

Я начала искать Игоря глазами и нашла почти сразу. Пока вся школа, разодетая в цветастые наряды, танцевала под хит «Fairytale», несколько человек прятались по углам, общались и неохотно наблюдали за остальными.

Сначала я заметила Катю и Таню. Высокие, стройные и загорелые – они были одеты почти одинаково. На Кате – черное платье в мелкий белый горох и красные туфли. На Тане – белое платье в черный горох.

А Игорь… на нем был розовый костюм с зеленой рубашкой и каким-то совершенно фантастическим галстуком. Ну, как можно не влюбиться в такого парня?

Я смотрела то на эту смеющуюся троицу, то на серьезную Полину. Интересно, о чем она думает, какие мысли приходят ей в голову. Интересно, что она скажет, что посоветует.

– Как он тебе? – не выдержала я.

– Ничего пацанчик, нормальный, – ответила Полина. – Ты это… как бы помягче сказать…

– Что?

– Не ходи за мной хвостом. Постой где-нибудь, чтобы тебе видно меня было. Смотри, наблюдай, записывай. Запоминай, как я двигаюсь, как смотрю, как улыбаюсь. После party я дам тебе комментарии и объяснения. Понятно?

– Понятно.

– Нос выше, спину выпрями! – прикрикнула Полина мне вслед. – Не косолапь!

Я отошла к стене и села на подоконник. Отсюда было удобно наблюдать за Полиной. Сама не знаю, почему всегда и во всем соглашаюсь с ней, даже если думаю совсем по-другому. Мне не хватает смелости обидеться на нее по-настоящему, хотя внутри все кипит и искрится от злости и обиды. Вот честное слово, если б я была хоть капельку смелее, я бы уже давно дала бы ей в лоб. А так я глотаю обиды и молчу. Наверное, я боюсь потерять ее. Подруги – редкие существа в моем мире, поэтому ими надо дорожить.

Тем временем за внимание Полины боролись уже двое парней. Она смеялась, что-то им рассказывала, улыбалась каждому, подмигивала.

Это ее коронный жест. Она знает, что стоит ей так сделать, и парень пропал. Все, кто ей попадался, тут же велись на это подмигивание.

Полина считает, что у каждой девушки должна быть такая фишка, которая гарантированно сведет с ума любого парня. Главное – найти ее. Кокетливое подмигивание – идеальное, отточенное, мастерское. Особенная улыбка с ямочками на щеках. Удивленно приподнятая бровь. Или еще что-то. У каждой свое. Интересно, что у меня?