100 великих украинцев - Коллектив авторов - Страница 93

Сразу же начались хлопоты об исполнении завещания Шевченко и перезахоронении его в Украине. 2 апреля гроб с телом поэта поездом перевезли в Москву, а дальше повезли на лошадях в Киев, куда процессия прибыла 6 мая вечером. На следующий день на пароходе «Кременчуг» направились в Канев.

Чернечья гора (ныне Тарасова), на которой Шевченко мечтал поставить дом, с 8 мая 1861 года стала постоянным местом его упокоения и святилищем духа Украины.

Царская жандармерия и цензура запрещали и уничтожали произведения Шевченко, преследовали читавших их и тех, кто чтил память великого народного поэта. Длительное время на Тарасовой могиле дежурил специальный патруль — ходили слухи, что эта могила стала центром сбора крестьян-бунтарей и что в ней спрятаны ножи… Для представителей украинской культуры грядущих поколений популяризация идей и творчества Т. Шевченко, как и увековечение его памяти, стали движущей силой в деле пробуждения и объединения народа.

В советские времена творческое наследие Шевченко стало, на первый взгляд, всенародным достоянием: огромные ежегодные тиражи «Кобзаря» на языках народов СССР и мира, посвящения, присвоения имени Шевченко учреждениям, городам, улицам, в том числе и в Казахстане, в местах ссылки Шевченко… Воистину всенародное почитание.

Но оно адресовалось выхолощенному идолу в крестьянской одежде, а не академику, не человеку широкой эрудиции и глубоких философских убеждений. «Кобзарь» издавался, как и при царизме, с купюрами и сокращениями. Действовал негласный запрет петь (даже на официальных празднованиях в Государственном музее Т. Г. Шевченко) «Заповит», исполнять со сцены или по радио поэму «Кавказ»… По всему Союзу воздвигали памятники Кобзарю, а возле памятника напротив Киевского университета имени Т. Г. Шевченко арестовывали тех, кто осмеливался петь и разговаривать на родном языке… В конце XX века взгляды на память и творчество Шевченко стали иными. Эпоха вседозволенности вместе с отменой прежних цензурных ограничений на тексты, факты, личности и комментарии привнесла в русло шевченковедения грязную пену, поднятую вокруг имени Кобзаря горе-«исследователями», готовыми любой ценой блеснуть в тени национального гения.

писал Тарас Шевченко в одном из последних стихотворений.

И все же, невзирая ни на что, будем надеяться, что третье тысячелетие приблизит нас к более глубокому и соответствующему действительности пониманию феномена мировой культуры, имя которому — Тарас Шевченко.

Пантелеймон Кулиш

(1819–1897)

писатель, публицист, критик, этнограф, фольклорист, общественный деятель

В течение жизни Пантелеймон Александрович Кулиш успел проявить себя едва ли не во всех сферах писательской и научно-гуманитарной деятельности. О нем можно говорить как о прозаике и поэте, историке и этнографе, филологе и переводчике, публицисте и литературном критике. Творческую работу Кулиш совмещал с государственной службой и общественной деятельностью. Он разработал широко распространившуюся в последующий период систему современного украинского алфавита и правописания (так называемую кулишовку), которая на западных землях трансформировалась в желеховку.

Пантелеймон Александрович всю жизнь был в эмоционально напряженном состоянии духовного поиска, переживал страстные увлечения и столь же сильные разочарования. Он смело отбрасывал иллюзии молодости, подвергая их беспощадной критике. Поэтому не удивительно, что в шестьдесят-семьдесят лет он во многом не разделял надежд и идеалов, присущих ему в двадцати-тридцатилетнем возрасте. Многие были склонны видеть в этом чуть ли не измену украинским национальным интересам, но в личной выгоде от переоценки взглядов упрекнуть его никто не мог. Просто каждое новое поколение украинских патриотов переживало те же романтические увлечения, которые оказались не чужды и Кулишу, но в течение жизни он их полностью преодолел.

Пантелеймон Кулиш родился 26 июля (7 августа) 1819 года в местечке Воронеж на Черниговщине (сейчас — поселок городского типа Шосткинского района Сумской области) в семье достаточно обеспеченного землевладельца, претендовавшего на дворянство (хотя и не имевшего на него документов) и дочери казацкого сотника. Но самого Пантелеймона Александровича власти признавали дворянином, об этом, в частности, свидетельствуют материалы по делу Кирилло-Мефодиевского братства.

Учился Кулиш в Новгород-Северской гимназии, потом, в 1837–1839 годах, посещал лекции в Киевском университете на правах вольного слушателя, но полного курса обучения так и не прошел. В последующие годы он учительствовал в Луцке (1842) и Киеве (1843–1845), где начал работать как археограф под руководством М. Максимовича, испытал в религиозно-философском отношении влияние П. Авсенева, сошелся с Н. Гулаком, Н. Костомаровым и В. Белозерским, образовав с ними уникальный по эрудиции и творческой одаренности кружок. Вскоре к ним присоединился и переехавший из Петербурга в Киев Т. Шевченко.

Группа молодых славяно- и украинофильских киевских интеллектуалов создала на рубеже 1845–1846 годов тайное общество — Кирилло-Мефодиевское братство. Вместе со своими друзьями Кулиш осуждал крепостнический и деспотический строй самодержавной России, исповедовал идеалы свободы, гражданских прав, братства славянских народов и будущей федерации, построенной на демократических принципах. В мировоззренческом отношении он, как и Н. Костомаров, придерживался в целом либеральнохристианских (с некоторым мистическим оттенком) взглядов, однако с более заметным украинофильским уклоном. При этом он глубоко интересовался западной философией и культурой, особенно творчеством западноевропейских, польских и русских поэтов-романтиков.

Кулиш был неплохо знаком с немецким классическим идеализмом, в частности с трудами Шеллинга и Гегеля, но среди наследия великих философов более всего симпатизировал учению Спинозы. Их роднила склонность к пантеизму, хотя к тому времени Кулиш, преодолев присущий ему в юности критицизм, уже был вполне православным человеком.

Свойственное Кулишу разграничение человека внешнего (ненастоящего) и внутреннего (его «сердца»), духовного, подлинного, с годами все более выразительно раскрывалось в его литературном творчестве и отражало глубокое влияние киевской духовно-философской школы, особенно идей Г. Сковороды. По убеждению Кулиша, Бог соприсутствует в нас и говорит через наше сердце. Поэтому надо морально очиститься, чтобы создать в себе Его Храм Божий. При этом для молодого литератора, как для типичного представителя культуры украинского романтизма, «сердце», «внутренний человек» неразрывно связаны с родной землей и народом, дух которого раскрывается и выражается через творчески одаренную личность.

Под влиянием М. Максимовича (которому он помогал в исследовательской работе) Пантелеймон Александрович увлекается украинской историей и этнографией. В качестве сотрудника Киевской археографической комиссии он много путешествует по Правобережной Украине, изучает исторические документы и памятники прошлых эпох, знакомится с фольклором и народной жизнью. К этому времени относятся его романтические баллады, повесть «Михайло Чарнышенко, или Малороссия восемьдесят лет назад» и поэма «Украина» в духе народных дум (песен-сказаний на исторические сюжеты), изданные в Киеве в 1843 году. В 1845-м Кулиш, уже получивший достаточно большую известность благодаря своему литературному творчеству и широкой филологической эрудиции, был приглашен в Петербургский университет на должность преподавателя русского языка для иностранных студентов. Переехав в северную столицу в следующем году, он вскоре женится на Александре Белозерской, сестре своего киевского друга, одного из ведущих кирилло-мефодиевцев, Василия Белозерского. Позднее она стала известной украинской писательницей, публиковавшейся под псевдонимом Ганна Барвинок. Она была моложе своего супруга почти на десять лет и дожила до 1911 года. Ее рассказы, преимущественно на сюжеты из народной жизни, печатались в периодике и выходили в виде отдельных сборников с 50-х годов XIX до первых лет XX века. С переездом в Петербург интерес Кулиша к казацкой Украине только возрос. Это, в частности, ярко выразилось в его «Повести об украинском народе» (1846). Занимаясь славяноведческими исследованиями, по рекомендации профессора П. Плетнева, он получил научную командировку в Польшу для изучения языков, быта, истории и культуры западных славян.