100 великих кумиров XX века - Мусский Игорь Анатольевич - Страница 123

Вскоре во дворце Делла Перманенте прошла демонстрация коллекции женской модной одежды от Джанни Версаче. Его вечерние платья потрясли итальянскую публику. «В первом ряду надевали солнечные очки, чтобы защитить глаза от этого яркого великолепия. Какой наряд лучше? Невозможно было решить», — отмечала Вики Вудс из английского «Харперс & Куинс».

Для своего Дома моделей Джанни Версаче выбрал фирменным знаком голову Медузы. Он так объяснил своё решение: «Медуза символизирует красоту и роковые чары античной древнегреческой классики — как в искусстве, так и в философии. Она — синтез красоты и простоты, которая в прямом смысле парализует и даже гипнотизирует».

Когда появилась диадема и ожерелье «Тщеславие Леонардо да Винчи», все поняли, что родился и заставил о себе говорить гений изящных искусств. «В то время как признанные мастера пытались сказать только „А“, Версаче уже проделывал весь маршрут от „А“ до „Я“. Скорость мышления, расчёт и быстрота исполнения — гигантские», — восторгался французский хореограф Морис Бежар, для балетов которого модельер создал несколько коллекций.

Восьмидесятые годы Версаче назвал «шикарными». А его коллекции в тот период были более смелыми, более эротичными и более яркими, чем у других кутюрье. Он обожал корсеты, декольте и подчёркнуто-плавные линии женского тела. Версаче старался угодить не только дамам, он выпускал коллекции и для мужчин.

Не последнюю роль в продвижении торговой марки «Джанни Версаче» сыграло созданное дизайнером понятие топ-модели. Он заключал с любимыми манекенщицами долгосрочные контракты и платил им умопомрачительные гонорары. Ведущие супермодели стали кумирами миллионов юных девушек. Одежду Версаче демонстрировали Кристи Тарлингтон, Линда Евангелиста, Синди Кроуфорд, Карла Бруни, Эва Херцигова… Его обожали такие разборчивые топ-модели, как Наоми Кемпбелл и Клаудия Шиффер.

Многие журналисты обращали внимание на то, какую музыку выбирал Версаче для показа своих коллекций. Чаще всего это был Принц. Элтон Джон также сочинил и записал несколько инструментальных композиций для шоу Версаче — выражение его тёплых чувств к другу, — таких искусных и трогательных, что их вполне можно было включить в любой альбом.

Пресса осаждала показы великого Версаче. Одежда с торговым знаком его Дома моделей — головой медузы Горгоны — считалась неким символом богатства и положения в обществе. Фантазия дизайнера не ограничивалась только модой, он сознавал костюмы и театральные реквизиты, аксессуары, духи, часы, фарфор, декоративный кафель и даже целые интерьеры «а-ля Версаче»,

Версаче являлся самым «подделываемым» из стилистов мира. Продукция «лже-Версаче» реализовывалась особенно успешно за рубежом, где поддельные и контрабандные товары продавались по цене оригинала. Многие тысячи покупателей, поклонники стиля Версаче, считали, что носят одежду от знаменитого кутюрье, а на деле — подделку из Тосканы.

Версаче признают первым дизайнером, одевавшим звёзд кино и музыки и превратившим показ мод в значительное событие. Новаторство сделало его необыкновенно богатым и знаменитым. Версаче владел квартирами, домами, виллами в Риме, Милане, на озере Комо, в Нью-Йорке, на Майами… Он коллекционировал живопись, антиквариат, произведения старинного и современного искусства (Кандинский, Шагал, Пикассо, французские импрессионисты). «Простое накопление денег — удел бедных людей. Картины собирают подлинно богатые и дальновидные люди», — говорил модельер.

Богатство и всемирная слава не вскружили голову Джанни Версаче, который оставался простым в общении и очень щедрым человеком (например, он любил делать друзьям и знакомым дорогие подарки).

Но слава часто имеет и неприятную сторону. В декабре 1989 года неизвестные преступники надругались над гробом матери Джанни на кладбище Кондера-ди-Редджо в Калабрии. Бандиты проникли в часовню и семейный склеп, рассчитывая вынести прах Франчески Одандезе Версаче, а затем потребовать от Джанни, его брата Санто и сестры Донателлы большой выкуп. Но налёт не удался: помешала племянница Версаче, успевшая оповестить полицию…

За четверть века модельер провёл более шестидесяти костюмированных спектаклей, собрал аудиторию из многих десятков тысяч художественно, профессионально и эстетически подготовленных зрителей.

24 июня 1997 года во Флоренции состоялся спектакль-показ, созданный совместно Джанни Версаче и Морисом Бежаром и поставленный на сцене средневекового амфитеатра в «джардино» — саду Боболи дворца Питти. Спектакль назывался «Барокко бельканто». «Маэстро нового средиземноморского стиля в одежде и мэтр западноевропейской хореографии объединились и создали прекрасное, неповторимое, редкое по гармонии, красоте, нежности и неожиданности линий, музыки и движения действо», — писали газеты. «Впечатление такой силы может оставить только Версаче», — отмечал генеральный директор музея-дворца Раффаэлло Наполеоне, сидевший во время спектакля в первом ряду вместе с Наоми Кэмпбелл.

В середине девяностых годов Джанни Версаче перенёс страшную болезнь. Говорили, что у него рак и несвёртываемость крови. Модельер преодолел страшную болезнь, не потеряв чувства юмора, огромной работоспособности и оптимизма. Для зрителей мэтр никогда не был болен. Он присутствовал на всех показах, улыбался, давал интервью, не пропускал званые обеды и ужины. «Это тоже трудная и необходимая работа, — говорил Джанни, — чем больше выпил и съел, тем, видимо, дольше беседовал с интересным человеком. Иначе зачем пришёл?»

В роковое утро 15 июля 1997 года Версаче находился на своей вилле в Майами-Бич. Он вышел на улицу, чтобы купить журналы. Только здесь Джанни позволял себе эту непозволительную роскошь — ходить по улицам без охраны. Когда он возвращался к своему великолепному дому и приблизился к ступенькам главного входа, раздались выстрелы. На помощь Версаче выбежал из дома молодой человек, это был Антонио д'Амико, давний любовник модельера.

Версаче скончался в машине «скорой помощи» по пути в ближайшую больницу. Полиция установила личность убийцы и его местонахождение. Но они опоздали. Некто Эндрю да Сильва, он же Эндрю Кьюненен, гомосексуалист, подозреваемый в четырёх «маниакальных» убийствах и числившийся среди самых опасных преступников, застрелился. Кьюненен в течение десяти лет носил одежду Версаче и считал его своим кумиром.

Узнав о гибели модельера, Элтон Джон заявил: «Я очень подавлен, потому что потерял одного из самых близких друзей, которого я очень любил и с которым должен был скоро провести отпуск. Мы были настолько близки, что мне кажется, что вместе с ним умерла большая часть моей жизни». В другом, более связном заявлении Элтон вспоминал: «Мы с Джанни были как братья. Мы были очень похожи. У нас были одинаковые вкусы. Он просвещал меня в изобразительном искусстве, а я его в музыке. Мы с ним одинаково мыслили. Мы постоянно пытались совершенствовать свою способность к творчеству. Я никогда не уходил от него без новых идей о каких-либо аспектах моды, искусства или жизни».

Санто и Донателла Версаче втайне от всех, кроме полиции, вывезли гроб с телом Джанни в Италию. Журналистам было объявлено ложное время прилёта и назван не тот аэропорт. Так, запутав всех телерепортёров и газетчиков, самолёт фирмы «Версаче», превращённый в воздушный катафалк, приземлился на аэродром Орио-аль-Серно в Бергамо, откуда прах Джанни Версаче был доставлен вертолётом на виллу Мольтразио, на озеро Комо.

22 июля в миланском кафедральном соборе состоялась гражданская панихида, на которую съехались тысячи друзей и поклонников таланта Версаче со всей Италии и многих стран мира. Среди них — Элтон Джон, Стинг, Наоми Кэмпбелл, Кэролайн Биссетт-Кеннеди, а также коллеги дизайнера Джорджо Армани и Карл Лагерфельд. Только письменных соболезнований собралось на пятитомное произведение.

«Я делаю одежду не только для тела, но и для души, — однажды сказал Версаче. — Мои наряды представляют собой смесь шика и шока». Наследниками его империи стали сестра дизайнера Донателла и брат Санто.