Королевский маскарад - Демченко Оксана Б. - Страница 131

– Так мало? – ужаснулась Оса. – Но я думала, до настоящей теплой весны еще далеко, здесь север…

– Извини, иначе невозможно, – вздохнула королева. – Иди.

Сэльви проследила, как побледневшая Оса понуро добрела до избы, выбралась обратно, прихватив теплый платок на голову. И решительно направилась к воротам. Кентавр шел рядом, и ему новость тоже не казалась радостной. До настоящих оттепелей далеко, он надеялся, как и Оса, хотя бы на один полный месяц, отпущенный им двоим.

– Так, Виоль, – сосредоточенно позвала Сэльви. – Я нашла способ вас отослать не просто на звездный мост, а, скажем так, короткой дорогой. Мне представляется, что я права. И я намерена проверить это немедленно, проведя первую часть… назовем это обрядом. Риск есть, и Эдиля я в свои планы не включаю. Он…

– Не объясняй так долго и деликатно очевидное, – поклонился Виоль. – Ты права, Единственная. Я по-прежнему хран королевы, и рисковать – это дело для меня.

– Спасибо. Если мне не удастся задуманное, ты окажешься на той же реке один, потому что за Эдиля мы будем еще бороться, когда поймем, в чем ошибка. Я обязана предупредить.

– Предупредила. – Хран улыбнулся. – Пошли, чего время терять?

Сэльви кивнула, встала, сбросила короткий тулупчик и послушно сунула руки в рукава тяжелой теплой шубы, вынесенной для нее мужем из натопленной избы. Орильр знал: надо идти в лес, заклинать, разговаривать, потом возвращаться – долго. И не желал рисковать здоровьем Единственной. Да, она давно уже эльф, и к тому же ведьма, то есть дважды не замерзнет и не простудится. Но если вдруг все пойдет неудачно, сама себя станет винить. И тут пригодятся и шуба, и он – бессменный хран. Нет, он не сомневался, что у жены получится. Но предпочитал ни в чем не рисковать, когда речь идет о ней. Сэльви благодарно вздохнула, плотнее укуталась и пошла рядом с мужем.

Двигались быстро и молча. Королева не отвлекалась, думая о своем, и в черных глазах металось тревожными оттенками мрака темное пламя. Виоль глядел по сторонам и довольно щурился на низкое, замерзшее, укутанное в пуховый платок розового сияния предзакатное солнышко. День удался. Теперь он знает: друг Лиль сменил имя, обзавелся короной, научился драться просто восхитительно, но остался прежним, настоящим. И жена его куда лучше древней королевы. Тиэса была, по мнению Виоля, слишком похожа на мечту, а не на существо из плоти и крови. Сребровласая, сероглазая, спокойная, скованная этикетом от любых ярких проявлений эмоций – настоящая зима. Как бы с ней ужился друг? Трудно. А эта королева земная и теплая, она – лето. На нее смотреть радостно. Ругается, шумит, распоряжается, и подчиняться ей никому не в тягость. Когда Тиэса предложила будущим хранам выбирать: уйти или служить, он довольно долго думал. Потому что оба варианта не давали настоящей свободы. А ее, недосягаемую для ранга тильо, так хотелось ощутить! Сэльви не оставила ему сегодня выбора, но сделала все столь точно и правильно, что это показалось именно той свободой, небывалой прежде. Единственная приняла на себя тяжесть решения. Если не получится – ей будет больно. Ему достанется самая легкая часть ноши. Вернуться на берег – так он уже был там и не надеялся выбраться и на единый миг!

Тропка вывела всех троих по склону холма к поляне, круглой, большой, выпуклой – его безлесой вершине. Розовый свет заката мешался с синими тенями близкой ночи, блики костра добавляли тепла в краски зимнего вечера. У огня сидели двое. За их спинами нервно вышагивала Эриль-а-Синни, отлично знакомая Виолю. Чуть в стороне стоял еще один эльф, не особенно рослый, темноволосый, плечистый, подозрительно похожий на гнома. Виоль рассмотрел его повнимательнее, сочтя интересным противником для возможной завтрашней драки. И возмущенно фыркнул, отнеся по всем фамильным чертам к родне о-Рил, семье слабосильных архивных червей. Серо-зеленые глаза невысокого эльфа весело блеснули, и хран довольно перебрал копытами. Может, и получится побороться с незнакомцем. Но не теперь.

Виоль торопливо – мало ли как все сложится! – подскакал к Эриль, пока остальные рассаживались на бревнах вокруг костра.

– Эри! Слушай, ты здорово похорошела. Была такая тощая, издерганная, я и не рассмотрел…

– О да, – усмехнулась мудрая. – Ты слишком деятельно крутил головой. Неугомонный, раньше хоть из-за этикета молчал. Теперь бы натворил… И еще успеешь.

– Не сомневаешься в ней? – довольно подмигнул кентавр. – Ты прежде была куда менее решительной. Если что, ты объясни, мне ведь нетрудно там, на реке. Особенно теперь, когда я за вас за всех спокоен.

– Сэльви в важных делах не ошибается. Идем, я покажу, где тебе следует встать. Будешь слушать внимательно, отвечать коротко и по делу. И вообще – вести себя, как подобает взрослому эльфу. Никаких глупостей, никакой отсебятины!

– Шутишь? Я умею быть серьезным. Ну-у… иногда.

– Как подумаю, что тебя, заразу, еще раз воспитывать с младенчества, – ехидно сообщила Эриль, – становится не до смеха. Мало нам проблем с Кошкой Ли!

Обсуждая проделки Лэйли, глава Круга мудрых долины Рэлло подвела кентавра к самому костру и устроила там, развернув лицом к собравшимся. Теперь он оказался отделен огнем от живых. Точно напротив сидели двое – светловолосый воин и девушка, очень похожая на королеву. По правую руку от них устроились Сэльви с мужем, по левую – Эриль и тот невысокий широкоплечий эльф. Приятные у него руки, тяжелые, длинные… Виоль заподозрил наконец-то, что рассматривал мужа старинной знакомой. Снова фыркнул: вот никогда бы не подумал, что древняя знатная дама, хрупкая, возвышенная, тонко чувствующая музыку и вообще – алииа по рождению, обретет свое счастье с типичным рабочим гномом.

Королева села прямо и решительно глянула в огонь, послушно взметнувшийся, создавший высокий столб рыжего света. Хран пожал плечами. Так теперь ткут заклятия? Ни слова не сказано – а ведь отменно работает…

– Виоль-а-Дивир, – серьезно начала королева, и темное пламя в ее зрачках уже не отпустило взгляд храна, – ты отдал заклятию зимы всего себя, повинуясь воле королевы. Это долг, еще не избытый, – ты не мертв. И не оплаченный – ты не жив. Готов ли ты избыть долг, подчиняясь давнему слову, и принять плату, не зная ее?

– Готов, – охотно подтвердил Виоль.

– Долг и плату оговорим мы, собравшиеся тут, – продолжила королева. – Огонь сейчас живет, он слышит нас и исполнит решение в свой срок.

Пламя действительно качнулось, словно вглядываясь в каждого из сидящих в круге света. Согласно хрустнуло смолистым сучком. И хран ощутил, как холод заклятия, всю зиму донимавший его, даже ледяного, стал отпускать душу из своих острых когтей. Полупрозрачное тело наполнилось игрой рыжих бликов – словно огонь соткал в нем кровеносные сосуды. И потек, мерцая и наполняя странной радостью предвкушения. Виоль совершенно отчетливо осознал: не вернется он на серый унылый берег! Эта королева его не уступит безразличной реке.

– Отданное зиме исчерпается, когда ты пройдешь через огонь, и старый долг вынудит тебя уйти из мира. Плата за преданность вернет в него, – твердо сказала Сэльви. – Королева древней долины Рэлло забрала у тебя остаток прежней жизни. Я, живущее ныне Сердце эльфов, прошу принять новую. Семью моей дочери признают созданной по закону людей в день возрождения весны. Готов ли ты оставить прежнее имя для нового рождения? Если нет, назови иное теперь же. – Сэльви чуть быстрее добавила, явно поясняя: – Род эльфов а-Дивир более не существует, увы. Но это можно изменить сегодня.

– Я бы хотел сохранить имя, – охотно подтвердил хран, удивляясь снова той легкости, с которой он соглашается с каждым словом королевы.

Сэльви кивнула. Похожий на гнома муж Эриль негромко запел что-то басовитое, гудящее, как все заклятия подгорников. Сама мудрая тихо, неразличимо для слуха, зашептала слова на старом наречии эльфов. Королева протянула руки к огню, Орильр мягко придержал ее за плечи и тоже склонился ближе к пламени. Сидящая напротив девушка встала. Ее спутник также поднялся на ноги, коротко кивнул.