Подарок ангела - Феррарелла Мари - Страница 39

     Пора кончать с этим сомнамбулическим существованием.

     Не об этом ли он говорил Донне? Что нужно похоронить прошлое и жить дальше?

     И все же приятно было сидеть здесь, в полумраке, и представлять себе, что она рядом.

     Песня пришла к нему сама собой.

     Мелодия «Зеленых рукавов» будто сама потекла из-под пальцев, перебирающих струны гитары. Джо, долговязый бас-гитарист, обменялся взглядом с остальными тремя музыкантами. Они договаривались начинать не с этой вещи. Пожав плечами, он присоединился. Мгновение спустя за ним последовали остальные.

     Фрэнк начал петь, и в его баритоне переплелись боль и скорбь по утраченной любви.

     В зале стояла полная тишина.

     Открылась входная дверь, и свет от уличного фонаря словно стилетом пронзил темноту. Фрэнк поднял глаза и увидел Джинни: она входила, ведя перед собой Молли. Шейн тоже был с ними.

     Фрэнк ошибся в аккорде.

     С Джинни было еще три человека.

     Он не знал, как исполнил еще песню или две, последовавшие за первой. Он играл будто в полусне. Может быть, так оно и было. Может быть, он просто спал и она явилась ему как сновидение.

     Это было бы не в первый раз.

     — Сейчас мы сделаем маленький перерыв, леди и джентльмены, — пробормотал Фрэнк в микрофон. Он очень осторожно прислонил гитару к табурету. — Я вернусь через несколько минут. — Обещание адресовалось стоявшим позади ребятам, но смотрел он вперед.

     Неуверенно, как не вполне проснувшийся человек, Фрэнк пошел к одному из больших столов. К столу, за которым сидела она.

     Молли уже прыгала на стуле, возбужденно блестя глазами. Не дождавшись, пока дядя подойдет, она закричала ему навстречу:

     — Мамочка сказала, что ты разрешишь мне спеть сегодня, дядя Фрэнк. Правда?

     — Чуть позже, Разбойница, — отвечал он уже из объятий, достававших ему до пояса. Стивен чуть не опрокинул стул, бросившись к нему. Сердце Фрэнка согревалось, хотя он еще и не вполне поверил в происходящее. Он положил ладони на головы мальчиков. — Ну, и как вы жили, парни?

     — Плохо. Мы скучали по тебе, Фрэнк, — объявил Стивен.

     — Ага, — подтвердил Тейлор. — Без тебя все стало не так.

     — Знаете, я тоже по вас скучал. — Теперь он обнимал их за плечи и смотрел через стол на Донну. Она чудесно выглядела в костюме цвета ванильного мороженого. Она выглядела как само чудо. Как сон наяву. Но сны, напомнил он себе, заканчиваются пробуждением. Он медленно опустил руки. — Привет, Донна, — сказал он почти официальным голосом.

     Казалось, рев мотора сотрясал все ее тело.

     — Привет, Фрэнк.

     Ее голос, как виски с медом в холодный день, устремился по его венам.

     — Каким ветром тебя занесло в наш Богом забытый уголок?

     Он решил помучить ее. Ну что ж, она выдержит.

     — Тем же, что и мальчиков.

     Он понимающе улыбнулся.

     — «Веселым ветром», значит. Чартерный рейс.

     Неужели он не знает, почему она здесь? Неужели он не видит?

     — Можно сказать и так.

     Сердце Джинни колотилось от нетерпения, пока она наблюдала за этой парочкой, обменивающейся репликами, как комики в интермедии. Им нужно немного побыть наедине. По меньшей мере. Вообще-то им бы нужно обняться покрепче.

     Джинни обратилась к мужу:

     — Шейн, подкормил бы ты музыкальный автомат. Может быть, Фрэнк и Донна захотят потанцевать.

     — Мама больше не танцует, — сообщил Стивен. — Давным-давно.

     Наверное, с тех пор, как умер муж, догадалась Джинни. Она сочувственно улыбнулась Донне. Сама она не испытала, что значит быть вдовой, зато знала, каково остаться в один прекрасный день одной с ребенком на руках.

     — Значит, самое время вернуть эту привычку. — Джинни взяла женщину за руку, и Шейн отправился к музыкальному автомату. — Это то же самое, что ездить на велосипеде и целоваться, — доверительно сообщила она Донне, — раз научившись, никогда не забудешь.

     На Тейлора это произвело большое впечатление.

     — Вы умеете ехать на велосипеде и целоваться? Одновременно?

     Джинни подмигнула мальчику.

     — Без тренировки ничего не выйдет, но научиться можно. — В воздухе заструилась мелодия. Сладкая и сентиментальная. Именно то, что нужно.

     Джинни улыбнулась, довольная.

     — Нашел. — Она выжидающе посмотрела на брата. — Фрэнк, по-моему, теперь твоя очередь.

     Фрэнк, глядя на Донну, кивнул в сторону сестры.

     — Всегда любила командовать. — Он протянул Донне руку. — Я — с удовольствием, если ты не против.

     Ее сердце так колотилось в горле, что Донна боялась, как бы оно не выскочило наружу. Но сердце осталось в груди. Донна взяла его руку и встала.

     — Я не против.

     Он улыбался, ведя ее к небольшому, расчищенному для танцев пространству. Не более шести квадратных футов, но энергичный танец не планируется, думал Фрэнк, беря Донну за талию. Тело его напряглось, и эмоции рвались на волю. Легкий аромат ее духов вызвал мысли о весне и новой жизни.

     Скажи что-нибудь, дура, приказывала она себе. Она готова была перевернуть небо и землю, чтобы попасть сюда; готова была перестроить всю свою жизнь, потому что она наконец очнулась. И вот она здесь и танцует с ним, строя из себя сфинкса.

     — Я не знала, что ты поешь. — Не блестяще, но для начала сгодится.

     — Ты многого обо мне еще не знаешь. — Он помолчал, ожидая реакции, и, не дождавшись, повторил прежний вопрос: — Так что же ты здесь делаешь?

     Нервы ее натянулись до предела. Что, если он откажется от нее? У него есть на это полное право после того, как поступила с ним она.

     Помедлив, она ответила:

     — Танцую.

     — Понятно. — Он слышал стук ее сердца, чувствовал, как она дрожит, хотя в помещении было тепло. — Ладно. Начнем с чего-нибудь попроще. Как ты меня нашла?

     На этот вопрос она ответить смогла:

     — Ты был прав. Городок у вас небольшой. Я просто поспрашивала на улице, и кто-то сказал мне, где ты живешь. Джинни увидела, как я стучу к тебе, и сказала, что тебя нет дома. — Улыбка тронула ее губы. — Она угадала, кто я. Наверное, Тейлор со Стивеном выдали.

     — Наверное.

     Почему он так бесстрастен? Не выставляет ли она себя на посмешище? И все же Донна продолжала:

     — Она предложила проводить меня сюда. — Донна облизнула нижнюю губу, храбрость ее была на исходе. — То есть нас.

     Он поднял бровь.

     — Ну ладно, а теперь попробуем еще раз. — Песня закончилась, но началась другая баллада. Похоже, Шейн накормил этот автомат до отвала, подумал Фрэнк. Он прикинул, что может позволить себе еще один танец до возвращения на сцену. — Так почему же ты здесь?

     Она надеялась на пощаду.

     — Тебе нужно спрашивать?

     — Да, нужно.

     Донна приняла и это.

     — Что ж, я это заслужила. — Она набрала воздуху, но слова не пришли. Глаза их встретились. Донна ничего не могла прочитать в его глазах, не знала, рад ли он ей. — Мне не приходится ждать снисхождения?

     В «Дакоте» было очень много народу даже для предсубботнего вечера, но он видел только ее. На всем свете существовала только Донна. И все же на этот раз он не уступит чувству. Не уступит до тех пор, пока не будет совершенно уверен.

     — А ты ждала? Насколько я помню, у нас было не слишком теплое прощание.

     Он прав. Она лежала тогда ничком на кровати, борясь со слезами, и слышала, как закрылась входная дверь. А потом были мучительные дни, наполненные попытками избавиться от него, вернуть жизнь в нормальное русло. Но не было больше никакого русла. И она жила возле телефона, надеясь, что он позвонит.

     — Ты не позвонил.

     — Не позвонил. — Он плавно покачивался в такт музыке, стараясь не позволить прикосновениям ее тела пробудить в нем прежние чувства. Стараясь убедить себя, что теперь у него есть иммунитет, и зная, что это ложь. — Хотел, но следующий ход был за тобой.