Архимаг. Колдовская война [трилогия] - Рудазов Александр - Страница 99

Прозвучал хриплый глас трубы. Уланский эскадрон налетел на Кровавых Егерей, как грозовая туча. Флюгера на опущенных пиках пронзительно загудели, заставляя трепетать сердца врагов. Несколько солдат попадали с коней, пораженные ружейными пулями, но остальные просто стоптали серых, словно сухую траву. В воздухе свистали сабли, гремели пистоли, пики пронзали егерей насквозь…

Колдун-теневик в зеленом плаще заметил мечущегося в самой гуще Лигордена и радостно загоготал. Главнокомандующий! Серый, недолго думая, швырнул в него Призрачную Стрелу… и хохот замер на губах. Конь пал замертво, но его всадник тут же вскочил на ноги — целый и невредимый. Лазорито Лигорден сжал покрепче палаш и кинулся на колдуна. Тот выбросил перед собой Огненную Завесу, она охватила вражеского полководца, спалила полмундира… и колдун истерично завопил. На обнажившейся груди рокушца открылась причудливая татуировка в виде паутины — противомагическая стигма киигов! Серый рванулся было уйти в Тень, но слишком поздно, слишком поздно…

— Без своих штучек ты не так уж грозен, мразь!!! — прорычал последний из «Мертвой Головы», нанося рубящий удар.

Колдун захрипел и упал, бессильно хватаясь за надрубленное горло. Из него хлестала кровь и еще какая-то желтоватая вязкая жидкость — похоже, Лигорден нарвался на полукровку, потомка демона. Одноглазый полководец с размаху пнул его и еще несколько секунд рубил палашом, пока серый окончательно не затих. Лигорден обтер копоть с лица и взмахнул наградным клинком в последний раз — отсекая врагу голову.

— Харра-а-а-а-а!!! — послышалось сбоку. — Харра-а-а-а-а!!!

Среди подползающих к лагерю ревенантов упала граната. Они слегка притормозили и с легким удивлением уставились на дымящийся шарик. Взрыв!!! Два гнилых мертвяка просто разлетелись на кусочки, еще у одного оторвало руку. Другой гренадер поспешно воспламенил фитиль, крутанулся вокруг своей оси и от души швырнул еще одну гранату — нет лучшего оружия против трупов, чем что-нибудь взрывчатое!

— Не подпускай их!!! — кричал дюжий гренадерский капрал, размахивая тесаком. — Взрывай, пока близко не подошли!!!

Бомбардиры торопливо наводили на цель легкие ручные мортирицы, опирая их на специальные алебарды. Трое из них вдруг разом вскрикнули и упали замертво — их поразило невидимое заклятие, исторгнутое одним из колдунов. Кожаные каски покатились по земле.

— А ну, братушки, помоги-ка! — начал крутить тугой рычаг седой канонир. — Прицел нава-а-ади!!! Фитиль зажи-и-игай!!! Фугасом… пли!!!

Огромная бомбарда восьмисотмиллиметрового калибра шарахнула так, что над лагерем поднялся дымовой гриб. Трехтонный лафет откатился назад, едва не раздавив зазевавшегося фузилера. Фугасная бомба просто разнесла приближающихся ревенантов в клочья, в лоскутья — в чей-то котел с кашей шлепнулась оторванная кисть. Десяток выживших добили гранатами гренадеры, еще одного проткнул серебряным кортиком фузилерский майор — некоторые офицеры специально на такой случай держали при себе оружие из «противотрупного» металла.

Лигорден всего этого уже не видел — он переменил коня и теперь метался среди бомбардиров роты Дрезаена, раздавая приказы. Эта рота отвечала за особое оружие, всего несколько месяцев назад выпущенное в массовое производство. Разведка Рокуша еще в прошлом году донесла, что серые подготавливают воздушную кавалерию, и хитроумные столичные инженеры немедленно изобрели «противоядие».

С небес упал вемпир, подминая под себя одного из бомбардиров, схватил его мощными крючковатыми когтями и вновь взмыл в воздух, пришпоренный колдуном. Несчастный солдат вскрикнул и замолчал — вемпир прямо в воздухе перекусил ему шею. Ужасная пасть, похожая на волчью, окрасилась кровью.

Другой колдун выпрямился в седле, упираясь в стремена, и с силой метнул в скопление фузилеров пурпурную стеклянистую флягу. Солдаты в едином порыве бросились прочь, а в момент столкновения снаряда с землей попадали навзничь — ногами к точке поражения. Фляга раскололось, ударила беззвучная синеватая вспышка, захватив четверых фузилеров. Несчастные забились в судорогах — их кожа мгновенно посерела, вспучилась язвами, и четверо крепких солдат в несколько секунд превратились в иссохшие мумии. По колдуну ударили единым залпом, из пробитого брюха вемпира брызнула буроватая жидкость, но сам алхимик остался невредим.

А выше всех парил командир — колдун в зеленом плаще. На груди у него красовался значок в виде двух неравных соприкасающихся ромбиков — трансформатор-элементарист. Серый лениво поводил рукой, нацеливаясь от солдата к солдату, и рокушцы, пораженные невидимыми чарами, падали наземь, почти мгновенно обращаясь в камень.

Наперерез ужасному колдовству бросился полковой капеллан, храбро выставляя перед собой молитвенный жезл. Колдун дважды тряхнул кистями в его сторону, но жрец Единого только вспотел, с ужасом чувствуя, как твердеют ногти на ногах. Вера в бога всегда дает заслон от враждебной магии… вопрос только в том, окажется ли этот заслон достаточно прочным. Старик неустанно хрипел молитву, закрывая собой солдат, и с трепетом готовился к неизбежной гибели — еще чуть-чуть, и колдун пересилит.

— Ну, ребята, давай… особыми! — махнул рукой Лигорден.

Бомбардиры спешно корректировали угол стрельбы. Удивительные многоствольные пушки, еще не имеющие устоявшегося названия, нацелились почти вертикально в небо — в сторону машущих крыльями вемпиров. Фузилеры уже давно по ним палили, но обычные пули ничего не могли поделать с этими тварями, а колдуны надежно укрывались за своими «рысаками».

Но вот Лигорден махнул палашом, давая сигнал. Шесть «многостволок» грохнули единым залпом, выстреливая разрывными снарядами, начиненными серебром. Все они были снабжены запалами с временной задержкой, рассчитанной до секунды — каждый из шестидесяти шести взрывов прозвучал на большой высоте, среди носящихся вемпиров.

Грохот, огонь, воздушная волна раскидали летучих тварей, как мошкару. Серебряная шрапнель изрешетила вемпиров, словно мокрую бумагу — вся восьмерка сдохла почти моментально. Пятеро колдунов также погибли — трое остальных сумели защититься магией, но теперь падали вниз.

— Лови колдунов!!! — прогремел Лигорден.

И их поймали. Все трое приземлились очень удачно — на штыки, выставленные навстречу. Корчащихся серых добили почти мгновенно — рокушцы хорошо выучили, что колдунов в плен брать нельзя. Даже связанный колдун с кляпом во рту в самый неожиданный момент может выкинуть какую-нибудь пакость.

С плеч капеллана словно сняли невидимую тяжесть. Колени его подкосились, и он упал, роняя молитвенный жезл. Лицо стало мокрым от пота, жрец мелко дрожал, тяжело дышал и в панике ощупывал ступни — кончики пальцев ног таки успели окаменеть. Отважного старца хлопали по плечам, в руки сунули фляжку рома — он выпил не глядя и завалился набок в глубоком обмороке.

То тут, то там наземь падали обожженные изуродованные трупы вемпиров. К ним торопливо спешили артельные — на той восьмице совершенно случайно выяснилось, что мясо у этих тварей очень нежное и вкусное, почти как куриное. И вредных последствий никаких нет — пленные серые, на которых производили эксперименты, до сих пор не выказали ни малейшего недомогания. Рокушский солдат — существо неприхотливое, в походах, бывает, собственные подметки скушает, да еще добавки попросит.

Лигорден носился по месту стычки, подсчитывая потери. Всего погибло чуть больше четырех дюжин рокушцев — по большей части от чар колдунов. Но и враг потерял почти столько же, плюс целая куча ревенантов! А если учесть, что среди лазутчиков была аж дюжина колдунов… просто блестящий результат! Колдуны — товар штучный, на деревьях не растут, и подобный размен очень даже окупается.

— Молодцы, ребята! — прокричал Лигорден. — Даст Единый, и остальных так же разобьем!

— Харра! Рады стараться, ваше сиятельство! — закричали в ответ. На солдатских и офицерских лицах играли довольные улыбки.

— Молодцы, эх, ну и молодцы же! — продолжал нахваливать своих бойцов генерал.