Архимаг. Колдовская война [трилогия] - Рудазов Александр - Страница 313

— Кого встречу?… - пролепетала испуганная принцесса. — Маркиза, о чем вы?…

— А, ну да, этих ты тут вряд ли встретишь… Но в целом ты поняла, что я имею в виду?…

Гвениола жалобно всхлипнула, утыкаясь Ванессе в плечо. Та сострадательно вздохнула, гладя золотистые локоны. Не позавидуешь бедняжке — только-только позабыла о гибели родителей и сестер, сбросила с плеч ненавистный плен у серых… и вот на тебе, снова силком пихают под венец! Причем теперь уже как бы друзья — а значит, нечего и надеяться, что кто-нибудь явится и выручит.

— Ну что ты так разнюнилась, Гвенни?… - жалостливо покачала головой Вон. — Я вот никогда не раскисаю… хотя иногда удержаться трудно.

— Мне так плохо!… - расплакалась принцесса. — Я хочу умереть!

— Ты только при Креоле этого не говори, — вздохнула Ванесса, подавая невесте очередной платок. — Он такие желания исполняет на раз.

Гвениола снова безутешно разрыдалась.

— Слушай, мы тут уже битый час сидим… — неловко пробормотала Вон. — А там на площади чертова уйма народу собралась… Священник там старичок щупленький, кашляет все время — еще простудится, чего доброго…

Гвениола упрямо молчит, не поднимая глаз.

— А еще у Креола терпение может лопнуть — явится сюда, орать начнет…

Тут Ванесса слегка сгустила краски. Насколько она успела изучить своего учителя — сюда тот совершенно точно не явится. Серые благополучно разбиты, торопиться теперь некуда, можно на какое-то время расслабиться.

Вполне может быть, что Креол сейчас попросту дрыхнет.

— Ну что, пойдем?…

Гвениола снова шмыгнула носом, но все же чуть заметно кивнула. Ванесса помогла выплакавшейся принцессе подняться на ноги и повела ее по тропинке. Медленно, осторожно, шажок за шажком…

— Слава Единому, маркиза, наконец-то! — приветствовал их появление Обелезнэ. Последние полчаса король неотрывно глядел на серебряные часы. — Ваше высочество, младшая моя сестра, я счастлив поздравить вас в этот знаменательный день…

— Вах… швы… страш… — хлюпая носом, пробубнила принцесса, глядя на короля покрасневшими глазами.

— Ну, и все такое прочее, — закруглился король, поняв, что какие бы то ни было поздравления в данном случае не слишком уместны.

Площадь заполнена народом до отказа. Светло, как днем — ярко пылают масляные фонари, да еще и колдуны зажгли свои светильники. В толпе оставлен широкий проход — прямо к алтарю, у которого жмется худенький первосвященник в церемониальном облачении. Рядом скучающе переминается с ноги на ногу Логмир в роскошном камзоле. Его таки сумели запихнуть в праздничный наряд — хотя у камергера изрядно прибавилось седых волос.

Ванесса не успела толком узнать правила и обычаи настаолизма. Но вроде бы свадьба у них в целом похожа на католическую. Вот, платье на невесте тоже белого цвета. И к алтарю ее ведет отец.

К сожалению, батюшка Гвениолы, король Казикал, сейчас пребывает в благом Шемуссене. Поэтому невесту взялся сопроводить другой король — Обелезнэ. По возрасту вполне годится в отцы — ему сейчас ровно сорок, а Гвениоле не так давно исполнилось восемнадцать.

Ванесса поискала глазами Креола. Не нашла, конечно. Скорее всего, действительно дрыхнет без задних ног — чхать он хотел на подобные мероприятия.

Не дойдя до алтаря какого-то десятка шагов, Гвениола вдруг вырвала руку у короля Обелезнэ и кинулась к Ванессе, как к спасательному кругу. Толпа издала хоровое аханье.

— Все в порядке, невеста слегка перенервничала, со всяким бывает! — натянуто улыбнулась публике Вон. — Гвенни, не срывай церемонию, ну пожалуйста!

— Но я не хочу, не хочу замуж! — жалобно захлопала ресницами Гвениола. — Я хочу найти себе идеального мужчину!…

— Поздравляю, ты его только что нашла! — резко толкнула ее вперед Вон.

Потерявшая равновесие принцесса ойкнула, влетая прямо в объятья к Логмиру. Тот улыбнулся широченной улыбкой, глядя в обреченные глаза Гвениолы.

— Хой, — дружелюбно поздоровался жених. — Это я.

— Искупление Единого, за что мне этот ужас?… - прошептала невеста.

— Судьба так сложилась, — философски пожал плечами Логмир.

Хакудочи Первый, недавно избранный патриарх Ларийский, тягостно вздохнул, в упор глядя на краснокожего жениха. Несомненно, этот юноша весьма храбр и доблестен, но он же, как ни крути, язычник!

Последние десять минут патриарх вполголоса расспрашивал его на разные темы и узнал, что Логмир Двурукий не только поклоняется ложным богам, но даже не может определенно сказать, каким именно! Кажется, у этих дикарей четыре разных веры — все-таки Закатон весьма обширен, там немало всяких стран и народов… но патриарх впервые встретил человека, не знающего, какой конфессии принадлежит!

Впрочем, если рассудить здраво — это даже неплохо. Кажется, у себя на родине жених слывет великим героем. Если такой человек наденет корону Ларии и примет настаолизм, то — вполне может быть! — найдутся и другие закатонцы, что пожелают обратиться к Единому.

Давно следовало обратить внимание на этих заблудших язычников.

— Друзья мои! — поднял старческие длани патриарх. — Единый собрал здесь всех нас, чтобы сделать свидетелями великого события. По воле Его и по слову Его ныне объединяются два любящих сердца. Скажи мне ты, Логмир, согласен ли взять в жены Гвениолу, чтобы любить ее, беречь и почитать до конца своих дней?

— Ну, в целом я как бы не против, — пожал плечами Логмир. — Можно даже сказать, что я за. Да, точно.

— Прекрасно! — натянуто улыбнулся патриарх. — А теперь скажи мне ты, Гвениола, согласна ли взять в мужья Логмира, чтобы любить его, беречь и почитать до конца своих дней?

Воцарилось молчание. Гвениола надулась и шумно засопела, всем видом демонстрируя приближающуюся грозу. Ванесса в ужасе зажмурилась — неужели церемония сорвется?!

— У меня есть какой-нибудь выбор? — наконец спросила принцесса, оглядываясь по сторонам.

— Считаю этот ответ за утвердительный, — торопливо произнес патриарх, прикладывая два пальца ко лбу. — Единый все видит и все знает. Теперь дайте друг другу пищу.

Жених и невеста одновременно вложили друг другу в губы по щепотке вареной гречки. В ларийской свадьбе это действие скрепляет священный брак, связывает новобрачных нерушимыми узами. Аналог христианского обмена кольцами.

— Властью, возложенной на меня свыше, объявляю вас мужем и женой! — провозгласил патриарх. — И то, что однажды соединил Единый, человеку не разъединить вовек! Желаю вам счастья!

Заиграла торжественная музыка. На новобрачных посыпались розовые лепестки. Гвениола подняла голову и увидела Хубаксиса — одноглазый джинн парит в воздухе, с дурацкой улыбкой опорожняя корзинку. Ванесса поручила ему создать в нужный момент романтическое настроение.

— Прекрати сыпать на меня этот мусор!!! - истерично завизжала принцесса, топая ножкой. — Ненавижу!!! Всех ненави… мр-ррмрфф?…

Наконец-то дорвавшийся Логмир сграбастал новоявленную супругу в объятия и заткнул ее вопли страстным поцелуем. Вначале Гвениола возмущенно затрепыхалась, пытаясь вырваться, но потом покорно затихла, томно прикрыв глаза. Логмир наглядно продемонстрировал, почему его так привечали дамы по всему Закатону.

Гости, в гробовом молчании следившие за церемонией, взорвались приветственными криками. К ногам новобрачных полетели букеты цветов и яркие шелковые платки — в Ларии считается хорошей приметой кинуть такой в жениха или невесту.

— Ваше святейшество, не тяните, приступайте сразу и к коронации, — шепнул на ухо патриарху Обелезнэ.

— Может, все-таки перенесем на другой день?… - с сомнением промямлил патриарх.

— Не стоит. Лария разорена, разграблена — а вся эта мишура обходится в кругленькую сумму. Лучше сэкономить. Вы со мной согласны?

— Конечно, ваше величество…

Патриарх деликатно дождался, пока счастливые новобрачные не завершат первый поцелуй. Он затянулся надолго, но в конце концов все же закончился. Логмир расплылся в своей всегдашней широченной улыбке, а в затуманенных глазах Гвениолы отразилась покорность судьбе.